Ровальд шел вспоминая каждое слово из отцовского дневника. Представляя, будто его отец наверняка шел той же самой дорогой. Представил, как паук здесь однажды появился из ниоткуда и сцапал пробегавшего мимо неудачливого оленя. Трудно поверить, что всё происходит по-настоящему и он действительно в том же самом месте. Вот еще недавно он пытался узнать тайны вселенной, теперь же сам неотъемлемая их часть. Впрочем, боятся ему уже нечем. Он не боится ни правительства АЗК, которое стало мировым. Ни полиции. Ни уж тем более всех, кто желал его головы.

Ровальд наступил и раздавил сухую ветку. Звук эхом упал в огромную подземную паучью нору и понесся в глубины, где и стих. Даже со стороны видно, что размеры норы столь велики, запросто может влететь целых два эсхельмада, а то и три.

Опустив взгляд на ногу, под которой хрустнуло, он медленно поднял ступню, отвел в сторону и увидел раздавленную тонкую птичью кость. Была надежда, что пауки сдохли от голода. Может у них целая сеть туннелей? Есть же землеройные пауки, которые только так и живут. Хотя о туннелях Ровальд не слышал.

Ровальд размял плечи и прижал приклад автомата к плечу. Боязно было всё равно. Он без доспеха. Приложился щекой, подстроил прицел под глаз, и тяжело выдохнул.

Белый автомат активирован. Его включённость не чувствовалось. Но в руках ощущалась эта жуткая невысказанная мощь. Так хотелось увидеть на что способна арийская техника, и так страшно было расхлебывать последствия с пауками.

С одной стороны Ровальд жаждал проверить, с другой понимал, что его реакции может не хватить. Даже не смотря на то что она выше чем у среднего человека. Всё же это не совсем так по отношению к явлениям природы. Тяжелые обстоятельства это доказывали не раз.

Хруст ветки раздавался только в голове, его эхо давно прошло. Пещера и ее жители, скорей всего, мертвы. Но страх наравне с мыслями оставался.

Ровальд увидел на левом рукаве мигающий желтый пиксель-квадратик. Что бы это могло значить? Отпустив рукоятку автомата, он прикоснулся к рукаву левой руки, которая держала автомат за белое цевье (держатель на стволе ближе к центру автомата), который никак не отличался от корпуса.

Паук в три раза больше него самого уже летел на встречу. Двенадцать глаз перекрылись разинутой пастью с растопыренными жвалами. Всё происходило быстро. Но момент перед смертью растянулся. Вот Ровальд медленно возвращает руку на место. Паук на расстоянии пяти метров. Дистанция сокращается. Его острые жуткие лапы протянулись вперед и уже касаются плеч в попытке подарить смертельные объятия.

Ровальд понимает что правильно расположить пальцы не успеет, момент упущен. Вместо того, чтобы схватиться за рукоятку, он просто цепляется ногтем большого пальца за крючок спускового механизма. Еще чуть-чуть, еще мгновение.

Но еще перед тем, как раздался залп из древнего белого автомата, пережившего апокалипсисы мира, паука разорвало на мириады дымчатых сгустков. Его ошметки облетели Ровальда в разные стороны. Будто паук встретился с непреодолимым препятствия и разбился об него.

Рядом со шкалой-индикатором патронов появляется другая полоска. Она быстро набирается не до конца, а лишь до трети несколько раз. Вперед улетает несколько громких выстрелов. Паука уже нет. Паучью сеть пробивает насквозь, создавая в паутине огромную пещеру на две сотни метров до противоположного земляного края кратера. Ровальд отшатывается, спотыкается каблуком сапога о камень и падает на спину. Автомат твердо сидит в руках и выставлен вперед. Сердце трепещет. Дыхание прерывистое. Противника нет.

Невысокого висит эсхельмад с двумя высунувшимися турелями. Только сейчас Ровальд пришел в себя и услышал эхо от выстрела турелей и автомата, которое жутко размножилось, уходя вглубь по туннелю. Оно скакало там, как бешеная гончая. Прыгая от стены к стене, и не желая прекращаться. Стиснув зубы, Ровальд с трудом смирился с неприятным фактом. Так или иначе, он дал знать о себе. Здесь для паучков новое мясо. Почти на подносе.

Его вовремя прикрыли. Ровальд напряженно выдохнул, перевалился на бок, оперся на локоть, не выпуская автомата из рук, поднялся, измазался в пали. Миссию прекращать даже и не думал. Он добудет себе пищу любой ценой, и после пережитого со стражами, пауки были самой безобидной тварью.

На рукаве мигал пиксель. Не имея мысли лучше, нажал на него. Над левым ухом раздался голос.

-Хотел сообщить, что мною замечен затаившийся хищник. Он ждал пока ты замешкаешься.

-Ты ждал до последнего.

-Ситуация была под контролем. Я хотел чтобы капитан испытал вооружение.

-Слушай, если будешь так делать, то лучше перестань. Если видишь противника, открывай на поражение. У меня не так много нервов осталось после всего. Я могу и не успеть. Я ещё не в форме.

-Команда принята. Режим инициативы по данному вопросу отключен.

-К слову, как называется автомат? - Ровальд решил отвлечься.

-Сефирот. По имени ОКБ Сефирот. Модель допереходная, индекс С-2. Но называй просто сефирот. Всё равно, его модельный ряд найти та еще задача. На Колыбелях такого нет. Последние экземляры остались в твоих руках и здесь на складах.

-Склады это мы посетим обязательно. Но допереходная я не понял. То есть — до перехода человечества в кристаллизованный мир?

-Именно так.

-Сложилось впечатление, что до перехода оружие куда разрушительнее.

-Так и есть. - Ответил Первый. - Межзвездная война с зараженными арийцами длилась не долго, и была страшной, но оружия наклепали сколько надо. Все спасались как могли.

-Настоящая межгалактическая война в раю? Что за ужасы у вас там творились? Да не отвечай. Просто риторический вопрос.

Но компьютер всё равно ответил.

-Свои убивали своих. Это было кровавое побоище больных и тех, кто просто хотел жить со своей семьёй в мире и здравии. Как тысячи лет до этого. Осталось много неприятных ран в генетической памяти людей. У многих есть психологический блок, и они боятся копаться в прошлом, боятся знать правду. Ведь в глубине души какая-то часть их души всё ещё чувствует тот ужас.

-Говоришь так, будто война между своими была страшнее, чем с иронами.

-Она была из-за иронов, это так. Но действительно, страшнее. Одна масса гениальных чистых умов против оскверненных, против одураченных других. Оскверненные сталкивали массы людей друг с другом, а те искреннее воевали, насколько широко их сердце. Остатки той войны собрались в Колыбели, чтобы не переживать эту войну до конца, когда от людей не останется и слова. Собрались и улетели.

-Самому тяжело, пока ты это говоришь. Пока я на взводе, этот разговор отложим. Давай о чем-то приземленном. Чем оружие послепереходное отличается на самом деле? - Ровальд вскинул автомат и пошел дальше.

-Послепереходное делалось из того что осталось под рукой. У одной Колыбели одних ресурсов было в избытке, у другой — других, у третьей четвертых. Технологии одни и те же, реализация получилась разная. Приспосабливались. Потом добавилась проблема с иронами внутри самих Колыбелей. Особенно когда поняли, что реальная проблема попала на ковчег, и плывет вместе с ними в новый дивный мир. Узнали о существовании иронов прямо на месте, когда в Колыбелях чертовщина начала происходить. То свет отключается. То ремонто-завод перепрограммируется и начинает создавать роботов с деффектами. Агрессивных, подлых, выжидающих своего часа. В один момент он подметает пол, всасывает пыль, в другой — отрубает людям ноги. Много ужасного происходило, и люди справлялись как могли. Да еще эти черные ядра. Я знаю разговоры центрального 1го посева с другими Колыбелями.

Пока черные ядра не пошли следом, общая межгалактическая сеть стала опасной. Она выдавала местонахождение, стала разносчиком программ иронов. Сами ироны даже не пытались попасть на Колыбель своим привычным способом — квантовый радиосигнал. Они сразу разрушались от одного прикосновения к броне. Даже к любым материалам внутри Колыбели. Им нужны были скафандры. Их программам, и им самим. Чтобы довести начатое до конца. Начатый бунт в Колыбелях — должен был погубить всех, кто не давал иронам ассимилироваться.

Остальное итог этого действия. Впрочем, для тебя ничего нового.

-Ты прав, для меня ничего нового. Но я доведу начатое до конца.

-Будет здорово, если так. В раю давно навели порядок и ждут.

-Откуда ты знаешь?

-Когда первые уходили, ненадолго сигнал между мирами возобновился. Так что, я единственный кто знает. В раю теперь всё в порядке. Убрали неприятеля от и до. Вибрации повышены. Мир стал еще чище, и сильнее. С учетом этой гнили, чтобы никогда не проникла. Ждут только нас.

Роваьд мечтательно выдохнул. Как же сладко стелет этот компьютер. Слушать приятно. Но тот продолжал, и вернулся к обсуждению оружия.

-...Поэтому оружие пришлось сильно модернизировать для уничтожения квантовых паразитов. Так что действительно самое мощное и убойное оружие против иронов, оно, конечно,самое позднее. Не этот автомат. Явно не оружие первого посева. Ибо с иронами тут расправились еще в зачатке, не дав им размножится. Думали другие колонии так же быстро справятся.

-Не судьба. Никто не справился.

-Никто. - Подтвердил Эсхель Первый. - Однако, вооружение против иронов бьет на первый взгляд абы как. На самом деле разрушения происходят на другом уровне. Квантово-атомарном. Если выстрелить в человека, то в зависимости от зараженности может случится два исхода. Либо его расщепит на составляющие и он начнет распадаться на черный пепел. Либо из него выбьет иронью погань с одного выстрела, и он мгновенно перестанет быть зараженным.

-Думаю, чем дольше будет зараженный с ироном и программами жить, тем меньше шансов его вернуть.

-Верно.

-Если в стражей пальнуть с зараженным пилотом, что будет?

-Думаю, подобную ересь еще никто не проверял, ибо раньше такой потребности не было. Ты первый, кто это проверит.

-Я с ними уже воевал. Для меня это жуткая реальность здесь и сейчас.

-Видел.

-Хотя бы догадки есть?

-Пилотов, этих несчастных людей уже не вернуть. Как бы не хотелось. Лучшее что можно сделать с неуязвимым... Кхм. После встречи с тобой, я уже, думаю, данная формулировка не применима. Отныне пилоты звездных стражей уязвимы. Думаю, от выстрела сефиротом поздней модели эффект будет. От подобного воздействия звездная броня точно защитит. Даже если это реплика. Однако, на квантовом уровне. Думаю, ироны будут гореть. Не смертельно, но мучительно.

-Ладно, тоже хорошая новость.

-Кстати, у 12ых большинство стражей были репликантами. Оригиналы с тобой почти не сражались.

-То есть я перебил кучу реплик. Ну, знаешь, всё равно страшно. И не менее опасно.

-Это так. Ты уничтожил небольшое войско. Две сотни человек с небольшим. Среди них оригиналов всего 9 единиц. Но и их, благодаря твоим усилиям, постигла печальная судьба. Кто-то смог выжить в саркофаге памяти, и будет перерожден, кто-то нет.

Ровальд довольно ухмыльнулся.

-Хоть бы нет. Эти ненасытные паскуды положили свою грязную руку на святое. На невинных людей. Когда могли всё решить одним разговором. Я бы не стал прятаться. Мне есть кого защищать.

-Ты хорошо поработал. Знали бы предки твои усилия, тебя бы представили к высшей награде. Сражение со стражами всегда тяжелое. Еще повезло, что они были неопытными.

Ровальд ухмыльнулся.

-А как же их лагеря, институты обучения пилотов? Там такое. Если верить Насте. Я ей по данному вопросу точно верю. Частично с этим знаком.

-Институты институтами. Но когда тактика строится на твоей неуязвимости, всё рушится. Человеческая психика превращается в неопытность. Никто не умеет сражаться с тем, что разрезает всё.

-Это всё Морло. Только благодаря ему, этот невероятный вибро-клинок стал возможен. Целых два. - Ровальд мечтательно закатил глаза. - Еще бы разок этих паскуд порубил бы в капусту. Жаль клинки не сохранились.

-Думаю, на складах ты найдешь много интересного.

Ровальд вскинул белый волновой автомат сефирот. Действительно, с оружием и броней такого качества даже один человек в поле воин. Приставил арийский автомат древней космической войны к плечу, и опасливо пошел дальше, а потом в сердцах плюнул.

Чего он выкаблучивается? За ним же следит Эсхель. Но сильно опускать автомат не стал, будучи готовым чуть что, дать встречного огня. Он с некоторой опаской прошел к краю пещеры, обошел е по периметру, поглядывая в глубинные пустоши паутины. Эти заросли белых канатов.

Подойдя к другому концу норы-кратера, Ровальд увидел искомый корабль, который давным-давно рухнул, носом пропоров в краю стены хорошую царапину. Лежал почти параллельно, и немного вниз, оперевшись на натянутую паутину. Кажется, держался на одном честном слове, чтобы не свалится внутрь норы. Лишь изредка тихонечко покачивался под дуновением ветра. Может по другим причинам, о которых знать совсем не хотелось.

Пауков всё нет, не смотря на созданный шум, кажется, им нет дела до него. Это хорошо. Значит, пока он не тянет за ниточки, всё в порядке. Оценивая корабль, думал как к нему подступится, чтобы подойти к двери. Которая, к слову, частично была очищена. Следы выкорчевывания мха, и небольшой слой ново-наросшего. Балансируя на грани падения в пропасть, Ровальд соскользнул и спрыгнул на корабль. Удар ног о корпус ракеты эхом покатился по пещере, из которой раздалось шипение, но и только. Оно было слишком далеко.

Подойдя к гермодверям со мхом, увидел терминал, который так же был покрыт тонким зеленым слоем.

Получается, сюда отец прикладывал руку? Точнее, Томас. Удивительно, насколько мир может быть тесен. Сейчас ты об этом читаешь и удивляешься, а завтра уже сам стоишь на том же месте, и повторяешь действия героев.

Он очистил прикладом от мха. Соскреб остатки, приложил ладонь. Затем еще раз. Подышал на поверхность и еще раз приложил. Пришлось с грустью отметить, что техника сдохла. Вот она вечная арийская технология. Всё-таки дала осечку. Роввальд почесал репу, и зажал рукав в нужном месте. Для связи с Эсхелем. Микрофон в капитанском комбезе, судя по всему, располагался где-то в области шеи.

-Первый. Скан ладони не работает.

-Тогда остается только один вариант. Выбей дверь.

-Как ты себе это представляешь? Нет. Я задам другой вопрос. Допустим, это возможно, а нахрена? Древняя техника! Повреждать такое кощунство... - Тут Ровальд осекся, и вспомнил, что он давным-давно не археолог. Разве что в душе остались чувства, а реальность диктует другое.

-Есть выбор? - Спросил Эсхель. - Корабль завалился, то что раньше давало энергию сдохло окончательно. Здесь, в лучшем случае, лишь некоторые части с Колыбели. Они да, приблизительно вечные. Но судя по всему, энергобатарея точно не райская.

-Резонно. Однако, как я буду вскрывать гермо дверь? Она же прочная,чокнешься.

-Сефирот способен. Допереходная модель.

-Разве? - Приятно удивился Ровальд.

-Не сомневайся.

Но Ровальд боялся, что ракета будет качаться, и движение паутины привлечет пауков. Шаны не нулевые.

-А пауки?

-Беру на себя.

Эсхельмад медленно подлетел, устроился в двадцати метрах над Ровальдом, плавно высунул свои турели, и приготовился встречать противника. Этот точно прикроет. Сразу потеплело на душе.

-Ох не нравится мне это. - Сказал Ровальд отступая насколько позволяла земля перед входом у ракеты. Вышло всего пять шагов. Слишком близко. Да плевать. Он прицелился...

-Стой. - Сказал Эсхель.

-Чего? - Ровальд опустил сефирот.

-Выставь максимальную мощность.

-Об этом ты не говорил.

-Переключи режим.

-Рассказывай. Я кнопок не вижу.

-Кнопок нет. Переключение режимов производится сенсорными командами. Конкретно движением пальца по корпусу сефирота. Коснись корпуса и проведи линию в сторону ствола.

Ровальд с удивлением провел указательным пальцем. Ствол раздвинулся на две половинки. На дисплее рядом с отображением патронов появилась полоска заряда, она росла, и дотянулась до самого верха, замигала. Воздух вокруг ствола стал изгибаться от нагрева. Ровальд понимающе кивнул. В его руках дивная пушка, способная творить чудеса, и он, как главный кудесник, обязан ею воспользоваться.

-Надеюсь, меня не убьёт.

-Тебя нет. То что перед тобой — да. - Сказал Эсхель.

-С Богом, господа.

Коснулся спускового крючка, раздался слабый и приятный щелчок под указательным пальцем. Даже не щелчок, а его вибрация. Из раздвоенного ствола сефирота вырвался синий сгусток и врезался в космическое покрытие двери. Появилась вмятина, мох сгорел до тла, а его остатки опали, растаяв на лету.

-О, суки. Как же мне это нравится! Всех бы подонков перебил! Плевать мне,мужчины, или женщины. Гниды что запросто рубят невиновных, порабощают и не хотят меняться должны умереть!

Кому Ровальд это говорил, Бог его знает. Но удовольствие от мощнейших выстрелов он испытывал огромное.

Полоска уже набралась для следующего выстрела. Синий сгусток вылетел из сефирота и впился в гермодвери, прогнув их еще чуть. Покрытие накалилось, или кажется? Это надо проверить.

Полоска набралась. Ровальд с удовольствием произвел следующий выстрел, который с жутким воплем освободил накопившийся стресс, заставив грудь дышать свободнее. Вмятина сильнее, покрытие заметно раскраснелось. Нет, не кажется. Ровальд присвистнул, подождал накопления снаряда и выстрелил. Он произвел более 10 выстрелов, прежде чем центральное покрытие гермо-врат вмялось внутрь и пролетело вглубь мертвого корабля. Оно с грохотом упало в темноте тоннеля, оцарапав на пути полета стены, и много чего еще.

Судя по звукам множество вещей так же оторвалось и упало. Но плевать. Края открывшегося прохода раскалены до бела. От них разит жаром, что обжигает лицо. Комбинезон защищал. Поэтому жар ощущался только на ладонях, и лицом. Жгло даже уши. Допотопный сефирот это зверь. Ровальд с удовольствием повесил его на лямку, откинув за спину. Внутри точно никого нет. В этом он не сомневался.

Пригнулся, шагнул внутрь. Жаром обдало сильнее, но критическая температура тут же отступила. Ноги ступили на твердую поверхность. Ровальд медленно пошел, ощущая затылком отдаляющийся жар. Внутри душно, но воздух обменивался с внешним миром, поэтому не так сильно било, как могло бы. Да и комбез выручал.

Добрался до выбитой искорежнной центральной части гермодвери и наступил на неё. Нашумел. Пошел дальше.

-Первый. - Спросил Ровальд, вдыхая ноздрями аромат запустевшей тьмы. Свет от дверей сзади становился всё более тусклым. Видно всё хуже.

-Слушаю.

-Где должен быть биосинт?

Желудок предательски заурчал. Извещая о своем плачевном положении.

-Второй уровень, столовая. Тебе надо найти вертикальную лестницу, она же центральный коридор и подняться по ней до середины этого запасного пассажирского челнока.

Легче сказать, чем сделать. Челнок был длинной в добрые сто метров, не меньше. Зато коридор даже при тусклом освещении оказалось найти не трудно. Но дальше открывалась откровенная темень, в которой сориентироваться вообще невозможно.

-Вопрос на миллион кредитов, Первый. У меня есть фонарь?

-Сенсорное движение по сефироту. Круг.

Ровальд начертил пальцем на прикладе круг. Под автоматом включился далеко бьющий источник света.

-Кружок. Палец не убирать. Касание вторым пальцем — регулирует силу освещения. Одно касание слабый режим. Два средний. Три дальний.

Ровальд поигрался с сенсорным управление арийского автомата, регулируя освещение подфонарника. И с удовольствием отметил, что действительно. Всё работает как сказано. Самый сильный режим бьет вдаль настолько мощно, что отражение в металле из которого состоит коридор ударило по глазам. Слабого достаточно. Во мзду это всё.

Нашел лестницу, которая оказалась сбоку, под самым носом. Так как корабль наклонен, воспользоваться ею не пришлось. Ровальд спокойно шел лишь придерживаясь за нее рукой, чтобы не соскользнуть и не прокувыряться до самого победного дна (он же нос корабля). Хотя наклон и был небольшой, зато съехать вниз реально.

Добравшись до первого поворота направо он осмотрел содержимое, и увидел тысячелетнюю пыль, что царила в воздухе, пробужденная от своего вечного сна. За этой занавесой, превратившейся в небольшой плотный туман, находилась, кажется, столовая. Вдоль стен нечто пыльное, похожее на кухонную гарнитуру, на которой хорошо прикрепленные приборы.

-Как я пойму что вижу биосинт? Тут много чего.

-Там значок органики.

-Откуда я знаю как у вас изображается значок органики?

-Тоже верно. Руна березы и озеро. Нет. Скажу проще. Это остроугольная В, и цифра 1 смотрит в другую сторону.

-Кажется нашел.

Это оказался прибор напоминающий обычную свч-печь, с той лишь разницей, что у неё был отдел для (очевидно) расщепления той самой органики. Ровальд попытался вырвать устройство, но сил, конечно же, не хватало. Ближайший осмотр деталей дал понять, что креплений не найти. Они скрыты. И до них не добраться.

-Снимается, дай угадаю, тоже сенсорно, по команде?

-Ты про биосинт? Да. Всё управление голосового, или сенсорно-фигурного типа.

-И корабль как на зло обесточен.

-У тебя есть батарея, заряда которой достаточно для нужных действий. Тебе надо подключить сефирот к биосинту, поделиться зарядом, чтобы дать команду снять стационарный режим.

-Как я могу это сделать?

Зазвучал частые выстрелы турелей. Эсхельмад начал атаку.

-Эсхель, что там?!

-Нет причин для беспокойства. Подключить автомат к биосинту можно сенсорной командой. Начерти на корпусе квадрат. Вместо указания патронов на дисплее появится количество имеющейся энергии и устройства доступные к подключению. Движение пальцем вверх, вниз, и двойное касание выбор. Биосинт, повторяю, будет обозначаться рунами. Буква В и зеркальная 1.

-Понял.

Начертив квадрат Ровальд стал выбирать на дисплее нужные руны. Так знчаит показан список из имеющихся поблизости устройств, что можно было запитать? Предки удивительны. Ужетя потеряв надежду, увидел, биосинт, который оказался самым последним в списке.

Подключил его и увидел, как заполненная на 90% полоска энергии автомата начала медленно таять. Прибор для синтеза органики — включился. На нем загорелся один индикатор, затем второй. Третий. Включился дисплей на дверце СВЧ-печи, на котором можно было что-то выбрать. Но как убрать крепления? Только методом тыка. Под звуки грохота снаружи и покачивания ракеты, Ровальд тыкал, и взамен получал кучу отрицательных резких сигналов, говорящих о том, что биосинту нечем напечатать выбранное блюдо. Или что там у него?

Но найти креплеиня удалось. Под наклоном корабля биосинт вдруг начал съезжать в сторону, И Ровальд его просто подхватил. Весит пищеблок не меньше 10 килограмм, а то и больше. Схватив его под мышку, и ухая от тяжести, поперся к выходу, пытаясь удержать равновесие. Другой рукой вцепился за лестницу, чтобы не упасть, и пошел к выходух. Но стоило дойти до поворота налево, в дыре гермодверей увидел жуткие кадры.

Кучи пауков прыгали на парящий эсхельмад и их тут же разрывало. Это прыжки не прекращались, а турели то стихали, то снова истошно включались. Не решаясь подойти к побоищу, Ровальд пришел к мысли, что там целый рой. И как кишмя в этом аду о будет добираться до корабля?

-Иди к выходу. - Прочитал мысли Эсхель. - Их меньше не станет. Я подберу тебя. Спущусь, ты прыгнешь на крыло, мы поднимемся на высоту, там на крыше ближайшего здания перейдешь на трап.

-Понял. - Ровальд поместил автомат за спину, и поудобнее перехватил биосинт.