Федор Васильевич Чижов вел дневник с юности до последних дней. Он писал обо всем: своих переживаниях, надеждах, сомнениях. Документировал расходы, деловые и финансовые договоренности. Рассказывал о встречах с разными людьми, делился планами. Набрасывал статьи, письма, отмечал интересные мысли, высказывания и даже услышанные в путешествиях песни. Дневники Чижова отражают целую эпоху и имеют сейчас для нас неоспоримую историческую и культурную ценность.

В своем завещании он наложил запрет на открытие и публикацию своего дневника на большой срок — на 40 лет. И для того была весомая причина: он рассказывал о своих сердечных муках и тайной любви всей своей жизни.

Чижов никогда не был женат, хотя, по воспоминаниям современников, был человеком темпераментным, увлекающимся, влюбчивым. В 1840 году, будучи профессором Петербургского университета, Федор Васильевич познакомился в Малороссии с женой одного местного помещика. Екатерина Маркевич без памяти влюбилась в Чижова.

«Думал ли я, — задавался вопросом Чижов, — что женщина может меня любить до такой степени?» Ему казалось, что он не соответствует ее такой прекрасной, такой самоотверженной любви: «Я не способен к такому сильному чувству…», но тотчас отметал эту мысль: «Я тоже люблю и люблю сильно»[43]. Чижов использовал все возможности, чтобы подольше быть рядом с предметом своей страсти. Муж Екатерины узнал об этом романе, но до семейного разрыва дело не дошло. Не желая навредить репутации возлюбленной, Чижов доверял свои сердечные переживания только страницам дневника. Тайный роман продолжался вплоть до смерти женщины в 1847 году. Федор Васильевич провел полгода в имении Маркевичей, оставался рядом с Екатериной и надеялся на исцеление. Но чуда не случилось, и 11 января 1848 г. в дневнике Чижова появилась запись: «Жизнь моя разбилась, будущность без всяких определенных очерков…»[44]

Самому Чижову судьба дала еще 30 лет успешной, наполненной жизни. Но он, верный памяти Екатерины, больше не смог испытать таких же сильных чувств, как испытывал к ней, и никогда не женился.

В своем завещании Федор Васильевич распорядился открыть в Костроме, на его малой родине, родильный дом и училище, готовящее акушеров. Такой выбор, считают биографы Чижова, связан с причиной смерти его возлюбленной, которая умерла после тяжелой беременности. Ребенок при этом выжил — это была дочь Чижова, названная в честь матери Екатериной. Девочка осталась в семье овдовевшего помещика Маркевича, но Федор Васильевич не остался в стороне — стал ей крестным отцом. Всю дальнейшую жизнь он интересовался ее жизнью, помогал материально, вел с ней регулярную переписку. Возможно, юная Екатерина догадывалась, кем на самом деле приходится ей крестный, но в письмах искренне недоумевала: «Право, не знаю, чем я заслужила Вашу любовь и расположение…» Екатерине Чижов завещал свой московский дом и солидную финансовую долю наследства.