Как только Линник ступил на кухню дома старосты, Мария поднялась из-за стола навстречу сыщику:

— Слава Богу, вы живы!

— А про мужа не хотите узнать?

— Простите, — смутилась хозяйка. — Вы, наверное, считаете меня плохой женой.

— Не мне об этом судить.

— Что с ним?

— Он ранен. Ченада выстрелил в него, спасая меня.

— Что ему теперь грозит?

— Смертная казнь.

По лицу женщины Кондрат понял, что она не очень расстроена.

— Вы хотите с ним попрощаться?

— Нет, — покачала головой Мария.

— Вы его любите?

— Я никогда его не любила, — призналась хозяйка. — Тогда в моем бедственном положении я посчитала Мишу хорошей партией. Мне было трудно ему отказать.

— А Кирилл?

— С Кириллом я познала любовь. Никогда не встречала такого мужчину. Не устояла я, согрешила. Он предлагал мне сбежать с ним, но я не решилась.

— Как вы узнали, что ваш муж убил Сушицкого?

— Я сразу обо всем догадалась, когда Миша вернулся из леса с ружьем. Он редко охотится, а в тот день он пришел ни с чем, вид у него был жуткий. Потом я узнала, что Кирилла съели волки, и все поняла… Наверное, я должна быть благодарна мужу за то, что он защитил мою честь, но с тех пор я испытываю к нему одно только презрение.

— Во всяком случае, теперь вы обретете свободу.

— Зачем она мне сейчас?

— Найдете себе другого мужа. Хозяйство у вас завидное, сами будете женихов выбирать, — обнадежил Линник Марию.

— Вот только Кирилла они мне не заменят, — тяжело вздохнула хозяйка.

В Ворохи возвращались вшестером: Ольшук правил саврасой лошадью, сидя на облучке, за ним под охраной сотских разместились два связанных преступника, сзади полулежал сыщик. Когда телега, скрипя и подрагивая, миновала бревенчатый мост, Кондрат бросил прощальный взгляд на Боянстово. Пробившийся сквозь толщу облаков солнечный луч озарил деревню мягким желтоватым сиянием. Линник улыбнулся и тайком смахнул с щеки выкатившуюся откуда-то слезу.

2022–2025 гг.