Глава Семнадцать



У меня открылся рот.

— Что?

— Да. — Сэйон снова засмеялся. — Разразился гребаный хаос. Мы знали, что это значит, особенно Колис. Видишь ли, Колис якобы постоянно устраивал подобное дерьмо, когда был истинным Первозданным Смерти. Только он делал это, когда кто — то его злил. Но, так или иначе, наши души были у Никтоса. Никто из других Первозданных не мог к нам прикоснуться. Мы принадлежали ему.

Ошеломленная, я покачнулась назад. Я знала, что Никтос может делать это, вызывать душу одним прикосновением, но почему — то забыла, насколько смертоносным и опасным он может быть.

— Колис все еще может это делать?

— Не думаю. Если бы мог, думаю, он бы делал это направо и налево.

Слава богам, этот ублюдок не может.

— Что случилось после того, как он это сделал?

— Ну, Фанос был в ярости. Странно, но это позабавило Колиса. Он увидел, что Никтос переиграл Фаноса или что — то в этом роде, — сказал он, и я подумала о словах Нектаса о том, что Колис считал Никтоса верным ему. — В любом случае, ничего нельзя было поделать. Фанос вернулся в свой Двор очень злой, а нас забрали в Царство Теней.

— Он вернул вам ваши души, так ведь?

— Если бы он это сделал, и Фанос когда — нибудь узнал об этом, он мог бы забрать нас обратно.

Это не было прямым ответом, но я готова была поспорить, что Никтос вернул их. Те, кто служит Царству Теней, делают это не потому, что должны, и не потому, что у Никтоса было что — то столь же ценное, как их душа. Он вернул их, и Сэйон с Рахаром были достаточно мудры, чтобы держать это при себе.

— Он спас ваши жизни, — сказала я, подняв на него глаза.

— Наши — не единственные жизни, которые он спас.

Я знала это, но все же… действия Никтоса было трудно осмыслить. Даже мысль о том, что было бы, если бы я успешно убила его, заставила мое сердце остановиться, а грудь — болеть. Я подняла стакан с соком и допила его, но это не помогло ни ослабить ком в горле, ни укрепить внезапную слабость вокруг трещины в груди.

— Я… я действительно верила, что мой долг убить Никтоса был единственным способом спасти мое королевство. — Я прочистила горло, мой голос едва превышал шепот. — Никто — и я имею в виду, никто — не может ненавидеть меня за это больше, чем я.

— Знаешь, — сказал Сэйон, — Я действительно верю в это.

Кончики моих ушей горели, я поднялась с кресла, внезапно нуждаясь в тишине, от которой не так давно бежала.

— Думаю, теперь я вернусь в свои покои. — Я взглянула на молодого дракена, который все еще спал. — Может, разбудить Ривера?

— Он будет в порядке.

— Ты уверен? — Было как — то неловко оставлять его, пока он спит.

Сэйон кивнул, выходя в коридор и ожидая меня.

— Если ты его разбудишь, он, скорее всего, будет слегка… огрызаться. Зубами, а не словами.

Я подняла бровь.

— Тогда, думаю, я оставлю его в покое.

— Мудрый выбор.

Я подошла к задней лестнице, похожей на ту, что была в конце крыла, где находился кабинет Никтоса, и толкнула дверь. Слабый звук столкновения металла с металлом эхом разнесся по лестничной клетке. Сэйон никак не отреагировал на этот звук, но любопытство впилось в меня своими когтями. Я подошла к наружной двери.

— Куда ты идешь?

— Никуда.

— Похоже, ты куда — то идешь, и это не твоя спальня, — пробормотал Сэйон.

Я распахнула тяжелую дверь и выглянула наружу. Я сразу же заметила Никтоса в тени Вала, поднимающего меч. Я сказала себе, что это потому, что он был выше, чем дюжина или около того других, стоявших рядом с ним, когда он встречал чужой удар. Или что это было тепло в моей груди, слабое гудение уголька, который принадлежал ему. Я убедила себя, что это не имеет ничего общего с предвкушением, нетерпением, которое ожило при виде его.

Сэйон двинулся следом за мной, глядя поверх моей головы на стражников, разбившихся на пары.

— Они тренируются.

— Я так и думала, — пробормотала, завороженная тем, как двигался Никтос. В том, как он использовал свое огромное тело, была хищная грациозность, он пружинил вперед и назад, словно был легок как воздух.

Я наблюдала за ним, думая о том, как он спас Сэйона и Рахара с помощью хитроумной уловки. Но какую цену он заплатил, когда веселье Колиса угасло? Ведь хотя Колис и верил, что Никтос предан ему, он все равно пронзил богов на Вале.

Никтос обрушил свой меч на противника с достаточной силой, чтобы обезоружить стражника. Он поймал другой меч, а затем нацелил оба клинка на горло мужчины.

Беспокойная тоска пронеслась во мне, когда Никтос схватил мужчину за плечо. Я отвернулась, быстро найдя Рейна и Эктора в паре с незнакомыми стражниками. В Ласании бывали дни, когда мне приходилось тащиться в восточную башню, чтобы тренироваться. Дни, которые я хотела провести, занимаясь только тем, что выбирала сама. Но тренировки занимали меня и, возможно, даже помогали сдерживать те настроения, которые я испытывала.

Я не привыкла к такому существованию, когда единственным вариантом скоротать время был сон, чтение или блуждание по окрестностям, раздражая окружающих своим присутствием. Я не привыкла к тому, что у меня нет цели.

— Я думал, ты направляешься в свои покои, — напомнил мне Сэйон.

— Так и было. — Я закусила нижнюю губу, когда Никтос пригласил вперед другого стража — толстого, мускулистого и светловолосого.

— Было. — Сэйон вздохнул. — Прошедшее время. Отлично.

Я проигнорировала это.

— Как часто они тренируются?

— Каждый день, обычно несколько часов утром.

— Раньше я тренировалась каждый день.

— Поздравляю, — сухо ответил он.

Тренировки — это хоть что — то. И я должна была тренироваться, оттачивать свои рефлексы. В одиночку я могла сделать лишь очень немногое. Я посмотрела через плечо на Сэйона, мои мысли неслись вскачь.

— Ты бы предпочел стоять за пределами моих покоев, уставившись на глухую стену, или тренироваться?

Он посмотрел на меня сверху вниз.

— Это вопрос с подвохом? Конечно, я бы предпочел тренироваться.

Решимость охватила меня.

— Тогда давай тренироваться.

Его брови взлетели вверх.

— Тренироваться. С тобой?

— Да.

Сэйон издал задушенный звук.

— Извини. Этого не будет.

Я нахмурилась.

— Почему?

— Потому что я бы предпочел не быть выпотрошенным Никтосом, а именно это и произойдет, если я подниму меч против тебя, тренируясь или нет.

— Это смешно.

— Это то, что есть.

Я уставилась на него.

— Ты серьезно, да?

— Да.

— Никтос отдал этот приказ?

— Не так многословно, но это не тот приказ, который нужно произносить вслух, чтобы его знали и понимали. — Сэйон вздохнул, когда я повернулась обратно к Никтосу и стражникам. — Почему у меня такое чувство, что ты собираешься сделать что — то необдуманное?

Может, так и было, но мне было все равно. Я не хотела провести еще один день впустую в своих покоях. Я не могла. Я больше не буду просто существовать, превратившись в безжизненный дух, который бродит по залам, а не по лесу. Не тогда, когда мне надоело жить так, словно у меня нет права голоса в моей жизни. И разве я уже не решила это? Разве я не говорила об этом? Пришло время действовать в соответствии с этими словами, потому что все должно измениться. Широко распахнув двери, я вышла на улицу.

— Так и знал, — пробормотал Сэйон.

Половинки моего платья развевались вокруг ног, когда я шла через двор. Несколько стражников сразу же заметили меня и остановились, когда я приблизилась.

Никтос заблокировал удар боковой стороной своего меча, повернув голову в мою сторону. Черты его лица выражали холодные линии и углы.

— Остановитесь, — рявкнул он требование, и по всему полю прекратились тренировки. Стражники начали кланяться в мою сторону.

— Ваше Высочество, — сказала я так вежливо, как никогда в жизни не говорила двух слов.

В его холодных серых глазах мелькнул огонек, к настороженному взгляду добавился настороженный блеск, когда он встретился со мной взглядом. Он бросил короткий взгляд на Сэйона, а затем снова перевел свое внимание на меня.

— Ты решила прогуляться?

Прогуляться? Как прекрасные дамы Ласании прогуливаются по садам Уэйфера? Я чуть не рассмеялась.

— Я бы хотела узнать, возможно ли, чтобы Сэйон тренировался со мной.

— Вау. — Сэйон мотнул головой в мою сторону. — Я сказал ей, что это невозможно.

— Он боится, что ты выпотрошишь его, если он это сделает, — продолжила я, заметив медленное приближение Эктора и Рейна. — Надеюсь, это преувеличение, чтобы скрыть тот факт, что он просто нервничает, что я гораздо лучше владею мечом, чем он.

— Причина не в этом, — ответил Сэйон. — То, что ты сказала сначала, было правдой. Я просто переживаю, что мои внутренности покажутся наружу.

— С чего бы тебе волноваться? — спросила я, сцепив руки вместе. — Сомневаюсь, что ты причинишь мне вред; поэтому у Никтоса нет причин причинять вред тебе. — Я посмотрела на Первозданного. — Верно?

Никтос ничего не ответил, но оттенок его глаз стал еще глубже.

— Я не причиню тебе вреда намеренно, — начал Сэйон, — Но я бог.

— Поздравляю, — вклинилась я, подражая его предыдущему тону.

Глаза Сэйона сузились.

— Следовательно, я намного сильнее тебя.

— Сила имеет очень мало общего с мастерством, когда речь идет о мече, — сказала я.

— Вообще — то она права, — подхватил Эктор.

— Эктор. — Сэйон повернулся. — Ты можешь закрыть…?

Я рванулась вперед, схватилась за рукоять одного из мечей Сэйона и выдернула его. Сэйон повернулся ко мне, его глаза расширились, когда Эктор подавил смех.

— У меня есть меч, который можно использовать, — объявила я, повернувшись лицом к Никтосу и улыбаясь ему. — Есть множество логических причин, почему я должна продолжать обучение. Но раз уж твои стражники слишком нервничают, чтобы тренироваться со мной, то не лучше ли это сделать тебе?

— Черт, — пробормотал Рейн.

Я подняла меч, направив его на горло Никтоса.

— Или ты тоже… нервничаешь?

Во дворе воцарилась тишина, когда Никтос уставился на меня. В глазах, раскаленных до зыбучести, зашевелились сполохи эфира.

— Нервность — последнее, что я чувствую в данный момент.

Эктор прочистил горло, глядя в землю.

— Хорошо. — Я не позволила своему разуму принять его слова прямо в сточную канаву. — Тогда ты должен поднять свой меч.

Единственное, что приподнялось, это уголок его губ.

— А если я этого не сделаю?

— Ты будешь очень нуждаться в кормлении.

Его глаза стали огнем Первозданной сущности, зажженным то ли от гнева, то ли от чего — то, о чем я предпочла не думать в данный момент.

— Ты же понимаешь, что большинство мужчин восприняли бы как оскорбление то, что их будущая Супруга приставила меч к их горлу на глазах у их стражников.

— Это одна из причин, по которой я считаю, что большинство мужчин легко обидеть. Рукоять меча хорошо ощущалась на моей ладони, вес был приятным.

— Но ты не похож на большинство мужчин, не так ли?

— Полагаю, что нет, поскольку большинство из них за такой поступок отправили бы своих жен в покои.

— Будущих жен, — мягко поправила я. — И если ты прикажешь мне вернуться в мои покои, моя хватка на этом мече может соскользнуть на дюйм.

— Случайно, конечно.

Осознав, что мы собрали достаточно зрителей, я натянуто улыбнулась.

— Намеренно.

Короткий смех Никтоса был грубым, гортанным и… теплым.

— Ты хочешь тренироваться со мной? Чего ты ждешь?

— Ты не поднял свой меч.

— Мне и не нужно.

Моя голова склонилась набок, когда я взглянула на его оружие. Он держал его острием к земле, а не наготове. Это означало только одно. Он считал, что ему не нужно защищаться. Сдерживая гнев на непреднамеренное — или нет — оскорбление, я опустила меч. Наши взгляды встретились, и я начала медленно кружить вокруг него. Если он считает, что ему не нужна защита, пусть так. Это станет его ошибкой. Я дождалась, пока его губы приоткроются.

Затем атаковала.

Никтос быстро отразил удар, даже не повернувшись ко мне лицом.

— Ты ударила меня в спину. — Он посмотрел на меня через плечо, ухмыляясь. — Я должен был догадаться, что ты будешь драться грязно.

— А мне следовало бы знать, что не стоит переоценивать твои навыки.

Его брови приподнялись.

— Правда?

— Даже новичок знает, что нельзя поворачиваться спиной к человеку с мечом. — Я быстро и чисто провела лезвием по его шее, отрезав клок волос, выбившийся из узла.

Он повернулся ко мне, его глаза сузились. Кто — то издал низкий свист, когда прядь волос упала на твердую серую землю.

— Ха. — Я притворно расширила глаза. — Эти мечи из теневого камня острые.

— Туше. — Он ударил, не так быстро, как я, но удар его меча, соприкоснувшегося с моим, сотряс всю мою руку, доказывая, что он не совсем сдерживается.

— Если хочешь, можешь тоже меня подстричь. — Я направила меч ему в грудь.

Он отбил удар взмахом своего клинка.

— Я бы никогда не осмелился даже подумать о том, чтобы срезать хоть прядь волос с твоей головы.

— Очень жаль. — Втайне довольная, я следила за его движениями, пока он кружил вокруг меня, держа меч частично опущенным. Он был намного легче, чем тот, что он держал, но я знала, что мои мышцы все равно устанут. Я также знала, что у меня нет надежды выстоять против него, если он действительно решит перестать сдерживаться.

Но речь шла не о победе.

— Теперь, когда я завладела твоим вниманием, — начала я, внимательно наблюдая за ним.

— Сейчас у тебя есть мое полное, безраздельное внимание. — Он практически промурлыкал эти слова, вскинув подбородок и сверкнув глазами из — под ресниц.

Мышцы внизу моего живота напряглись.

— Я понимаю, что за мной нужно наблюдать.

— Приятно это слышать, поскольку мы уже обсуждали это до такой степени, что это стало повторяться. — Он сделал выпад.

Я парировала, подняв меч обеими руками и блокируя его удар.

— Я не закончила.

— Мои извинения. — Он начал кланяться.

Кинувшись вперед, я крутанулась и отмахнулась рукоятью меча, вонзив ее ему в живот. Никтос издал резкое проклятие.

Приглушенные смешки и свист эхом разнеслись по двору, когда я танцевала на расстоянии вытянутой руки, а он вскочил на ноги.

— Ау, — прокашлялся он со смехом.

Я встретилась с ним взглядом, улыбаясь уже не так натянуто.

— Как я уже говорила, я понимаю, что ты считаешь это необходимым, хотя я уверена, что Сэйон предпочел бы нянчиться с Джадис, пока Ривер избегает ее, чем следовать за мной из комнаты в комнату.

— Знаешь, — пробурчал Сэйон с валуна, на котором сейчас сидел. — На самом деле мне придется долго думать, какой вариант предпочтительнее.

— Я присмотрю за ней, — предложил стражник, и я бросила на него быстрый взгляд. Все, что я успела увидеть, это то, что это был светловолосый страж, с которым я впервые увидела Никтоса. — Похоже, это будет интересная обязанность.

— В этом нет необходимости, Карс, — прорычал Никтос, показав клыки.

Довольная его реакцией, я не смогла сдержать ухмылку.

— И меня не заставят оставаться в моих покоях, чтобы читать, вязать или еще что — нибудь.

— Никто не говорил, что ты должна всегда оставаться в своей спальне. — Никтос направился ко мне, подняв меч, и остановился. — Подожди. Ты вяжешь?

— А ты что думаешь?

— Не знаю. — Он провел клыками по нижней губе. — Но у меня такое чувство, что ты будешь делать ужасные вещи со спицами.

— Дай мне пару, и узнаешь. — Я замахнулась на него.

Никтос бросился вперед, блокируя мой удар, а другой рукой поймал рукоять моего меча. Он притянул меня к себе. У меня перехватило дыхание от прикосновения его груди к моей.

— Как бы мне ни нравились твои угрозы расправы, тебе следует тратить меньше времени на них и больше на то, чтобы понять, почему ты меня прервала.

— Но мне так нравится угрожать тебе, — сказала я, поднимая колено. Несколько проклятий вырвалось у зрителей.

Никтос сбросил мое запястье, используя свое бедро, чтобы избежать прямого удара в очень чувствительное место.

— Платье, в котором ты была вчера, отвлекало внимание, — прошептал он, опуская взгляд туда, где выпуклости моей груди упирались в черные кружева лифа. — Но это довольно неприличное.

— Как я уже говорила, твоя неспособность не отводить взгляд не отражается на мне.

— Я должен быть сделан из камня, чтобы мой взгляд отводился. — Прядь рыжевато — каштановых волос упала ему на щеку, когда он наклонил подбородок. — Но я всего лишь плоть и кровь, а ты…

— Кто я?

— Ты — плоть и огонь.

— Тогда тебе следует быть осторожным, — насмехалась я, — Чтобы не превратиться в пепел и угольки. — Резко повернувшись, я разорвала его хватку и отступила назад, подмигнув ему. — Мне нужно чем — то заняться.

— Помимо того, чтобы отвлекать?

— Помимо этого.

Никтос рассмеялся и сделал свой ход. Он замахнулся с такой силой, что, если бы попал по моему мечу, наверняка обезоружил бы меня. Я метнулась влево и крутанулась, обрушив свой клинок вниз. Удар эхом разнесся по двору.

— Отлично, — крикнул кто — то — возможно, этот Карс или Эктор. Я не была уверена.

Я не могла сдержать улыбку, которая расплылась по моему лицу.

— Мне нужно тренироваться.

Никтос откинул с лица короткую прядь волос, выпрямившись.

— Ты же понимаешь, что если ты хотела тренироваться, тебе нужно было только попросить.

Мои глаза сузились.

— Правда?

— Правда. — Он снова замахнулся.

Я нырнула под его руку и крутанулась, нанося удар ногой. Моя нога соприкоснулась с его животом, когда я подбросила меч вверх и вверх. Стражники закричали, а Никтос откинулся назад. Мой меч прорезал воздух в том месте, где была его грудь. Он отступил, его глаза сверкнули так, как сверкали глаза Холланда, когда я удивляла его на тренировках, и он одобрял то, что я делала.

Я практически парила, пока кружила вокруг него.

— Я спрашиваю сейчас.

— Я уверен, что есть что — то еще. — Его меч был наготове. — Если только ты не планируешь провести весь день в тренировках. Если нет, скажи мне, чего ты хочешь.

— Я хочу присутствовать при дворе, — сказала я через мгновение. — Сейчас. Я не хочу ждать.

— Должен ли я вести записи? — спросил Рейн, прислонившись к валуну, на котором сидел Сэйон.

— Нет необходимости. — Эти серебряные глаза были устремлены на меня. — Я ничего не забуду. — Он помахал мне мечом. — Что еще, Сера?

Он произнес мое имя как поцелуй. Я едва подавила дрожь.

— Я хочу участвовать в любых планах относительно Колиса, а не получать о них информацию постфактум, — сказала я. — Или вообще не получать. Я хочу знать правду, когда речь идет о твоих планах относительно него.

— Есть что — то еще?

Есть, и оно пришло ко мне как раз тогда — то, что должно было стать очевидным в тот момент, когда Аттез ушел, передав свое сообщение. Я понизила голос, чтобы услышали только Сэйон и те, кто стоял у валуна.

— Я не хочу ждать, пока мы отправимся в Долину. Нам нужно действовать, скорее раньше, чем позже, независимо от риска.

На челюсти Никтоса сжался мускул.

— Что — нибудь еще?

— Я хочу увидеть свою сводную сестру.

— Сера…

Мой меч со звоном отскочил от меча Никтоса.

— Я знаю, что чары действуют на меня только пока я нахожусь в Царстве Теней, и что переход в царство смертных — это тоже риск, но я готова на него пойти. Это мое право.

Желкаки на его челюсти заходили еще быстрее.

— И я знаю, что ты пытаешься сохранить угли в безопасности…

— Не только угли. — Он отклонил мой удар. — Тебя.

Я споткнулась, но быстро встала на ноги.

— Я… я ценю это, но это мой выбор, и я согласилась со всем, чего ты хотел… — Я увидела, как недоверчиво поднялись его брови. — …в основном. Мне нужно сообщить Эзре, что мы делаем все возможное, чтобы остановить Гниль, но она должна подготовиться на случай, если что — то пойдет не так.

— Есть что — то еще? — прорычал Никтос.

Еще?

— Ужины, — пробурчала я.

— А что с ними?

Я подняла меч, блокируя его удар.

— Я больше не хочу проводить их в одиночку, — сказала я, сохраняя низкий голос.

Его меч опустился на дюйм.

— Только ужин?

Я замахнулась, отбросив его меч в сторону.

— Только ужин. И я… я хочу помочь.

— Каким образом?

Капелька пота выступила на моем лбу, пока мы орудовали и парировали.

— Любым, когда я буду нужна.

Глаза Никтоса засветились.

— И кто определяет, когда ты нужна?

— Я, — сказала я, начиная задыхаться, в то время как Никтос не проявлял абсолютно никаких признаков усталости. — И ты.

Никтос остановился.

Я ударила. Мой клинок прорезал воздух, пронзив руку Никтоса. Я крутанулась, оттолкнулась ногой и нацелилась ему в грудь.

Он поймал мою лодыжку и удержал. Половинки юбки разошлись. Моя кожа, от середины бедра до того места, где его рука обхватила мою лодыжку, была открыта для жаркой ласки его взгляда. Его мозолистая ладонь грубо прижалась к моей обнаженной плоти, отчего кровь запульсировала во мне головокружительным приливом.

— Ты опять пялишься на мои непристойности, — задыхаясь, сказала я, и это не имело никакого отношения к драке.

Его взгляд переместился на меня.

— Я знаю.

— Извращенец.

Никтос улыбнулся, затем отбросил мою лодыжку и вонзил свой меч, кончиком вниз, в землю. Я повернулась, но он схватил меня за руку, крутанув. Я попыталась вывернуться из его захвата, но он оказался быстрее и притянул меня спиной к своей груди. Его голова наклонилась, когда он провел рукой по моей руке. Тепло его тела на моей спине и его дыхание на склоне моей шеи пронзили меня острым светом.

— Ты понимаешь, что теперь мне нужно вырвать глаза моим стражам?

— Почему?

— Потому что они тоже мельком видели твои непристойности.

— Стоит того, — воскликнул кто — то.

Никтос зарычал, и я почувствовала гул предупреждения по всей спине и заду, где я… я ощущала его твердую длину. Ноющая тяжесть поселилась в моей груди и ниже, когда моя грудь быстро поднималась и опускалась.

— Это лишнее, — сказала я, каждый слишком быстрый вдох наполнялся его свежим ароматом.

— Правда? — его пальцы надавили на сухожилия с достаточным давлением, чтобы моя рука раскрылась. Бороться с этим было невозможно. Короткий меч выскользнул из моего захвата и упал на землю.

— И заставляет тебя казаться… собственником. — Я повернула голову в сторону, мой живот сжался, когда его губы коснулись моей щеки. Я понизила голос до шепота, опустив правую руку на бедро. — Того, на что ты отказываешься претендовать.

Никтос напрягся позади меня.

Дернувшись в сторону, я ударила его локтем в живот достаточно сильно, чтобы застать его врасплох. Он отпустил меня, потянулся за мечом, который вонзил в землю, когда я вертелась, но я не стала его доставать.

Да мне и не нужно было.

Никтос замер, когда во дворе воцарилась тишина. Его взгляд упал на кинжал из теневого камня, который я держала у его горла, а затем переместился на меня.

Я улыбнулась ему.

— Браво, — пробормотал он.

Двор разразился аплодисментами и улюлюканьем, а моя улыбка стала еще шире.

— Кто будет тренироваться со мной?

— Я уверен, список желающих уже очень длинный, — прокомментировал Эктор, и его слова были встречены несколькими бурными одобрительными возгласами.

— Я буду, — сказал Никтос, его голос навевал на мысли о спутанных конечностях и бальзамических ночах. — Теперь ты опустишь клинок?

Смеясь под нос, я отняла кинжал и убрала его в ножны.

— Лучше?

— Не уверен. — Он выпрямился, его глаза не отрывались от моих.

По моей шее поползло тепло, когда я снова сцепила руки, прекрасно понимая, что на меня смотрят. Прочистив горло, я отвела взгляд от его глаз и посмотрела на Сэйона.

— Думаю, теперь я вернусь в свои покои.

Сэйон уставился на меня, а затем откинул голову назад, глубоко рассмеявшись.

— Судьбы, — пробормотал он, соскальзывая с валуна.

— До скорого, — сказала я Никтосу.

Никтос в напряженном молчании наблюдал, как я подобрала отброшенный меч Сэйона и передала его богу рукоятью вперед. Я сделала пару шагов к дверям, а затем остановилась, обернулась к Никтосу и его стражам и сделала им самый замысловатый реверанс, на который была способна.

Послышались смешки, даже со стороны неохотно забавляющегося Рейна, но глубокий, грубый смех Никтоса остался со мной.