Путешествия. Больше всего на свете Варвара любила именно путешествия. Выход из зоны комфорта, обязательно новые впечатления, даже если едешь туда, где уже был. А особенно прекрасны были путешествия, когда собиралась большая компания. Суета на сборах, еще бо́льшая суета в день, когда надо выезжать. Постоянная переписка в чате, даже ночью. Кто-нибудь обязательно забудет что-нибудь очень нужное. Обязательно случится ссора, потому что каждый хочет как лучше, а понимание того, что лучше, у всех разное. И все это дает ощущение единения, общности. Каждый – важное звено цепи, которая называется «выезд».

С этим выездом все было сложно с самого начала и обещало невероятное путешествие. Добраться до места, которого уже давно нет на карте. Выяснить заранее, что нужен проводник, потому что дороги дикие и просто на машине не проехать. Потом понять, что место находится совсем не там, где они думали сначала, поэтому надо менять билеты. И так с каждым пунктом.

– Оно будто переместилось, – сказал один из группы, Варвара называла его Стриж.

– Нам еще не хватало озер, которые переезжают! – Этот называл себя Лукошко.

Помимо того что постоянно ворчал, он еще обладал особой способностью – собирать вокруг себя нужные и правильные вещи. Лукошко обожал свою машину, в которой можно было найти все, что нужно для жизни, а еще материалы, чтобы построить дом.

Если Лукошко ехал со всей группой, то можно было быть спокойным: среди городских точно есть человек, который знает, как правильно поставить палатку, развести костер. Ну а бонусом – вечно недовольный.

– Да, давайте выезжать еще позже, – ворчал на парковке Лукошко, запихивая в машину набор пенок и теплые спальники. – Чтобы мы в пробку встали и там и заночевали. А потом по темноте лагерь разбивать.

– Нам до лагеря еще доехать надо, – парировал Стриж, который в этот момент списывался с остальными членами группы. Те опаздывали.

– Варь, предупреди нашего провожатого, что мы опаздываем. Как он там себя называл?

– Шаман, кажется. – Варвара полезла в чаты.

Этого провожатого она нашла случайно, когда копалась в интернете в поисках хоть какой-то информации об озере.

Ей казалось, что форумы давно умерли, но именно там она нашла и про само озеро, и про город, где в последний раз оно было ближе всего. Там же нашелся и провожатый. Сначала казалось, что он какой-то проходимец. По его словам, озеро находилось совершенно в другом месте. Ближе к городу Варвары, безусловно, но совсем не там, где писали пользователи форума. Оказалось, что в старых картах была ошибка и озеро на самом деле находилось ближе к центральному региону, а не к морю. Проводник назвался Шаманом, прислал фото озера и подробно расписал, как к нему проехать. Попросил только планировать поездку ближе к октябрю, потому что в сентябре он не сможет помочь и показать дорогу.

– Тем лучше, – сказал Стриж на это условие, – успеем собрать все, что нужно для ночевки в осеннем лесу. Я еще машину хотел на ТО свозить. Короче, могу не переживать, что не успею.

– А кто планирует еще ехать?

– Кирилл собирался. – Стриж почесал переносицу. – Все мозги мне выел, что он своим ходом и что поедет от родителей. Короче, мы будем его ждать сто лет. Лукошко будет, это ты знаешь. Таня еще хочет поехать с подругой. Короче, у нас две полные машины.

На каждое «короче» Стрижа Варваре хотелось ответить «Длиннее!», все равно коротко он никогда не говорил.

К тому моменту, как приехали Кирилл с Таней и девушкой, которую Варя видела впервые, Лукошко успел пересобрать несколько раз вещи в машине, проверить колеса, сходить за кофе и изныться так, что ехать с ним в одной машине не было никакого желания.

– Нам этого Шамана надо будет вот на этом перекрестке забрать. – Варя показала Стрижу маршрут и первую точку.

До точки доехали быстро. Не было пробок, как переживал Лукошко, никто не ныл всю дорогу. Даже не пришлось делать техническую остановку. Возле назначенного перекрестка стояла пустая остановка. Прямо шла трасса, и пересекала ее раздолбанная грунтовая дорога.

– Надеюсь, нам не придется туда сворачивать, – заметил Лукошко, выходя из машины. – И где наш гид?

– Мы же сказали, что задерживаемся. – Кирилл достал сигарету и затянулся. – Наверное, тоже решил попозже выйти.

– Скоро смеркаться будет. Ставить палатку в темноте – никакого удовольствия, – не унимался Лукошко. – Как и ехать по такой дороге. Подвеску в момент потеряешь.

– Спроси у Шамана, где он, – попросил Стриж, который еле-еле терпел нытье друга.

– Уже написала. – Варя посмотрела в телефон. – Говорит, минут через десять будет.

– Может, тогда перекусим? – Таня достала из рюкзака термос и бутерброды. – А то мы так гнали, что даже не остановились на заправке.

Подруга поддержала ее. Варя так и не запомнила, как зовут эту девушку, хотя несколько раз слышала, как к ней обращаются. Она была то ли Алиса, то ли Раиса – память никак не хотела удержать эту информацию. В целом если это на один выезд, то почему бы и нет?

– Ну и где твой Шаман? Его уже полчаса нет! Осенью, вообще-то, темнеет куда раньше, чем летом.

– Мы уже поняли, что ты не хочешь ставить палатку ночью, – осадил Лукошко Стриж.

По грунтовой дороге кто-то шел. С такого расстояния невозможно было понять, кто это.

– Извините, что задержался. Пробки в лесу.

Над шуткой никто не засмеялся, компания с интересом разглядывала незнакомца. У него были длинные волосы, которые он забрал в хвост. За спиной на ремне висел огромный бубен. Штаны и трекинговые ботинки были покрыты толстым слоем грязи.

– Вы в таком виде в машину сядете? – Лукошко не отличался вежливостью и этичностью, поэтому задал вопрос, который беспокоил и Стрижа.

Шаман оглядел одежду, поправил непонятного цвета куртку и пару раз топнул ногой. Грязь отвалилась, словно скорлупа с хорошо сваренного яйца. Ботинки и штаны стали идеально чистыми.

– За бубен не переживайте, – улыбнулся Шаман. – Он влезает в любую машину. Давайте не будем терять время – озеро в нескольких километрах.

– Я читала, что озеро находится недалеко от моря. – Варя поспешила уточнить то, что беспокоило ее. – Но те координаты, что дали вы, отличаются. Тут до моря тысячи километров.

– Ну не тысячи. – Шаман снял с плеча бубен. – Это старые ошибочные данные. Мы сейчас доедем до точки, и вы сами все узнаете.

– А правда, что если положить руку в воду, то можно увидеть кости? – спросил Кирилл. – Это ведь оптическая иллюзия?

– Сами увидите.

Шаман сел в машину к Стрижу, разместив рядом с собой бубен. Остальным ничего не оставалось, кроме как быстро занять свои места и добраться наконец до этого загадочного озера.

Как и опасался Лукошко, Шаман направил машину на разбитую грунтовку. И скорость резко упала до шага. Стало казаться, что пешком они бы добрались быстрее, и не так сильно бы шатало.

– Здесь можно поставить машины. Дальше не проехать.

– У нас столько вещей, мы все это не унесем на себе, – покачал головой Стриж. Он уже представил, что скажет на это Лукошко в соседней машине.

– Вещи можно перенести в несколько заходов, тут недалеко, – спокойно ответил Шаман. – А машины застрянут среди деревьев. Вас ни один трактор не вытащит.

Пришлось парковаться. Воздух стал ощутимо прохладнее, быстро темнело. Варвара зябко поежилась, осматриваясь вокруг. Они встали на границе с лесом, от деревьев веяло могильным холодом, а с поля несло сырой прелой травой. Все резко стало неуютным и злым.

– Приехали? – Недовольный голос Лукошко спугнул ощущение надвигающейся бури. – Не вижу озера.

– До него надо немного пройти, – ответил ему Шаман.

– То есть на своем горбу это все переть? – Лукошко мотнул головой в сторону переполненного багажника. – Много удовольствия.

– Лучше, конечно же, оставить машину в лесу и домой идти пешком, – парировал Шаман.

Варя думала, что он никогда не поддается эмоциям, но, кажется, характер Лукошко способен вывести из себя каждого.

Решили не брать с собой сразу много вещей, а для начала осмотреть берег и найти место для лагеря. Важнее всего было успеть до темноты сделать именно это.

Шаман шел впереди всех, буквально освещая своим бубном дорогу. Варя шла следом и смогла рассмотреть этот странный инструмент. Белую кожу покрыли рисунками, словно дерево, рванное солнцем. Бубен висел так, что дерево выглядело перевернутым, хотелось вернуть его на место.

– Подождем остальных – отстали. – Шаман резко остановился, и Варя чуть не столкнулась с ним.

Компания растянулась гуськом по тропинке. Последним шел Лукошко, в любой момент готовый включить огромный фонарь. Варе показалось, что это прожектор.

– Ну и где озеро? – недовольно спросил Лукошко, когда все собрались в кучку.

– За холмом, – ответил ему Шаман.

– За каким холмом? – Лукошко огляделся, но никаких холмов не увидел. Насколько хватало глаз, он видел, как частоколом стояли голые деревья. – Можно нам другого провожатого?

– Угомонись, – не выдержал Стриж. – Мы почти дошли. Вон, даже Таня не ноет.

– А я близка, – призналась та.

Уверенности в том, что они дошли, у Вари не было, никакого холма она тоже не увидела. Но спорить с проводником не хотелось – белый бубен все больше занимал мысли. Хотелось узнать, что означает рисунок и чем Шаман стучит по туго натянутой коже. Но спрашивать на ходу Варя боялась, да какое-то странное ревностное чувство не давало делиться этой информацией с остальными. Не оценят.

Все меньше света становилось в лесу, хуже было видно тропинку, а Шаман шел вперед, освещая бубном дорогу. Варя споткнулась, стукнулась о бубен. Глухой звук растворился среди деревьев, и лес вздохнул. А может, это был не лес. Прямо перед Варей было огромное озеро, дальний берег которого утопал в тумане. Показалось, что там мелькнула чья-то огромная тень. Варя моргнула, и наваждение прошло. Шаман стоял возле самой воды – ждал, когда доберется остальная часть команды.

– Мы сколько шли вообще сюда? – Возмущение Лукошко достигло берега раньше его самого. – Нам по темноте сейчас обратно за вещами идти.

Шаман ничего не ответил, молча показал, где можно поставить палатку. Рядом нашлось старое кострище.

Лагерь разбили быстро, даже быстрее, чем прогнозировал Лукошко. Разожгли костер и уютно расселись вокруг.

Шаман держался в стороне. Отдельно ото всех поставил свою палатку, не разводил огонь, а сидел возле самой воды, тихо постукивая по бубну.

Варе надоело слушать, как Кирилл защищал проект, а Таня поругалась с очередной любовью на всю жизнь. А еще хотелось узнать побольше об озере. Утром Шаман обещал уйти.

– Можно я рядом посижу? – Она подошла поближе к проводнику, тут было тихо, несмотря на то что костер с друзьями был совсем рядом. Гул от бубна словно создавал купол и не пускал другие звуки.

Шаман кивнул, не прекращая настукивать по натянутой коже. Варя опустилась рядом и вдохнула стылый воздух. Совсем стемнело, и озерная вода казалась черной дырой.

– А почему его так назвали? – Варя пыталась разглядеть хоть что-то в темноте впереди. – Умру-озеро?

Шаман отложил бубен.

– Мы предположили, что это из-за состава воды. Может, там есть какие примеси. – Варя продолжала рассуждать вслух. – Есть же водоемы, где высокая концентрация железа. А что здесь?

– Смерть, – ответил Шаман. – Хочешь, покажу?

– Смерть?! – ужаснулась Варя.

– Нет, – Шаман улыбнулся, – покажу, почему озеро так называется.

Варе стало не по себе. Может, тут когда-то погибло много живых существ и вода теперь полна трупного яда?

– Не бойся. Если ты не зайдешь в воду полностью, с тобой ничего не случится.

Это не успокаивало, а лишь сильнее вызывало тревогу. Шаман приблизился к озеру и опустил туда свою руку. Варя думала, ей показалось, но сквозь воду просматривались белые кости там, где только что были обтянутые кожей пальцы. Шаман достал руку из воды, и все стало как прежде.

– Хочешь попробовать?

Варя подвинулась ближе, тоже протянула руку и опустила ее в воду. На белой кости повисло бисерное колечко, которое она периодически крутила на пальце. В ужасе отшатнувшись от озера, Варя упала. Страшно было посмотреть на свою руку. Нащупывались бисерное колечко, ногти, кожа и мышцы. Рука как рука, немного мокрая только.

Шаман молча наблюдал, как Варя встала, посмотрела на него с нескрываемым ужасом и вернулась к костру. Ее знобило – увиденное не давало расслабиться. Казалось бредом. Вода же не может давать такую иллюзию на самом деле.

Все уже разошлись по палаткам. Возле догорающего костра осталась только Варя, подруга Тани, и все так же на своем месте сидел Шаман.

– Спать надо идти, – тихо сказала Варя, и Танина подруга кивнула, пошевелила палкой угли, чтобы те побыстрее погасли.

В палатке было неприятно холодно и сыро. В спальник залезать не хотелось, а снаружи было еще противнее, но закрывать проход Варя не спешила. Взгляд сам тянулся к замершей фигуре Шамана и бесконечно черному Умру-озеру.

– Надо спать, – повторила себе еще раз Варя. – Сходить в кусты, чтобы потом из нагретого не вылезать, и спать.

Эта мысль ей понравилась, и, вооружившись фонариком, Варя снова выбралась из палатки. Луч света мазнул по черной воде и выцепил фигуру, стоящую в Умру-озере по пояс. Сердце девушки ушло в пятки и пропустило удар. Это стояла Танина подруга. Как же ее зовут?

– Эй! – Варя попыталась привлечь к себе ее внимание, пошарила фонарем по берегу в поисках Шамана, но его нигде не было. – Эй, лучше не плавать сейчас, холодно же!

Она хотела сказать, что останутся только кости, а не тело, но не смогла даже переварить в себе эту мысль.

А Танина подруга шла вперед и уже зашла в воду по грудь. Варя подошла совсем близко к озеру, держа луч фонаря на удаляющейся фигуре.

– Вернись! – позвала в надежде, что получится повернуть ее обратно.

Над водой осталась только голова. Она медленно обернулась и посмотрела на Варю. Было плохо видно, но Танина подруга плакала. Лицо было красное и опухло от слез. А потом скрылось в воде совсем. Варя закричала.

* * *

Отвратительно дребезжал дверной звонок. Брют стоял, нажимая на черную кнопку и молясь, чтобы хозяин был на месте. Пчелы беспокойно кружили вокруг. Они впервые использовали этот заговор. Физически тело было далеко, здесь же стояла иллюзия, мираж, фигура, созданная тысячей пчел и желанием Брюта. Главное, чтобы все усилия не были напрасны, – очень много энергии уходило на поддержание иллюзии. Помогли советы Ставра. Медиум, привыкший к иллюзорной части мира, рассказал, кому еще стоит предложить вступить в Стражу.

– Если она действительно такая сильная, как ты рассказываешь, то я должен встретить женщину, выглядящую хорошо за пятьдесят. – Брют задумчиво потянулся к бусине. – Ладная сила сжигает.

– Ей повезло. – Ставр затянулся и выпустил струю дыма в форточку. – Но еще лет через пять, думаю, она будет выглядеть сильно старше своего возраста.

Страже надо было нарабатывать новые инструменты. Брют чувствовал, что старые безнадежно устарели. Он словно проснулся после семи лет анабиоза и точно знал, что надо делать.

– Хочу кое-что попробовать, но нужна страховка.

Пчелы плотно сгрудились вокруг стражника. Ставр погасил окурок и закрыл окно.

– Что надо делать?

– Контролировать, если я потеряюсь, – ответил Брют и сел на пол. В руке он сжимал бусину. – Хочу попробовать тот фокус, который раньше срабатывал только в Ладном мире.

Ставр недоверчиво покосился на воеводу. Тот продолжал собирать вокруг себя пчел, посмотрел на чайник, повернул голову в сторону ванной.

– Под раковиной стоит таз. Налей туда теплой воды и принеси.

– Полный?

– Так, чтобы туда можно было опустить голову и вода не выплеснулась.

– А теплая зачем?

– Когда остынет – значит, пора возвращаться. А в горячей я долго не просижу.

Ставр поставил таз напротив Брюта.

– Боюсь, ты без воздуха долго не просидишь.

– Дышать за меня ты будешь. – Брют указал напротив себя. – Если что-то не так, ты почувствуешь. Или пчелы подскажут.

– Они уже подсказывают, что эта затея – просто барсучий кал, – проворчал Ставр и сел рядом с воеводой.

Брют не обратил внимания на это замечание, посидел немного, потом прошептал:

– Вода – это связь, а пчелы – мое тело.

И опустил голову в таз так, что почти залил водой уши.

Ставр напрягся, пчелы оглушительно гудели. Стал заканчиваться воздух – Ставр чувствовал, как все тяжелее дается каждый вдох. Надо сосредоточиться, надо вспомнить, что такое дышать. Вдох. Выход из тела.

Брют стоял напротив двери парня, которого Ставр видел много раз рядом со своей хорошей знакомой. Мальчик был умным, а значит, можно не беспокоиться, что шебутная Мира куда-то влезет. Ставр смотрел на постаревшую дверь глазами Брюта, а Брют дышал легкими Ставра.

– Мне кажется, твоя ведьма уехала, – проговорил Брют. Точнее, Ставр услышал в голове его голос.

– Надо узнать у ее друга.

– Как его зовут?

– Вася.

– Давай, Вася, открой дверь. – Тело – не тело нажало на дверной звонок.

Молодой человек был сильно старше, чем помнил Ставр. Еще бы – прошло десять лет с тех пор, как он покинул родной город. Появилось во взгляде этого мальчика что-то еще, что-то древнее. Так смотрят люди, которым пришлось пройти не самые приятные испытания. А бывают ли они вообще приятными? Испытания ломают, делают сильнее или убивают.

– Она уехала, – коротко ответил Вася, сразу поняв, к кому пришли.

– Давно? – прогудело тело.

– Поезд отбыл час назад.

Брют задумался. Он почувствовал, как быстро остыла вода, как стала потихоньку замерзать. Все сложнее было удерживать иллюзию.

– Хочешь стать частью Стражи?

Было бы здорово получить в команду такого человека, как этот Вася.

Он не ответил, хмуро смотрел на тело и видел, как то распадается.

– Приезжай в столицу.

Говорить было все сложнее.

– Откуда у меня деньги на билет? – без иронии спросил Вася.

Времени уговаривать почти не было. Еще немного, и Ставру придется вырубать лицо Брюта из таза.

– В Стражу, парень, – заговорил Ставр, понимая, что последние силы Брюта уходят на поддержание иллюзии. – Или ладная сила тебя сожжет.

Брют резко выдернул голову из промерзшего таза, оставив там клок волос. Его лихорадило, пошла носом кровь.

– Времени не хватило, надо было его уговорить. – Брют коснулся пальцами виска и поморщился, волосы выдрал вместе с куском кожи.

Ставр встал, пошатываясь, пошел за аптечкой, вернулся и помог обработать рану.

– Из города можно уехать на машине, поездом или через соседний город – на самолете. Думаю, он уже покупает билеты.

– На деньги, которых у него нет, – улыбнулся Брют. – Пусть пчелы напишут ему адрес. Если я правильно посчитал, то на поезде ехать полтора дня, а на самолете лететь часа два.

– Чуть больше, – кивнул Ставр. – Он приедет не потому, что ему в Стражу надо.

Медиум посчитал необходимым это объяснить.

– Эта ведьма, Мира, сожжет себя быстрее, чем он. И он это знает.

– Он просто в нее влюблен всю жизнь.

Брют поднялся, взял таз, поморщился оттого, что холодом обожгло руки, и отнес таз в ванну.

– Значит, плюс два стражника в команду, – довольно заметил Ставр.

– Мне надо знать о них больше. – Брют заварил кофе. – То, что они сильны, я понял, но что у них в жизни происходило…

– Я не видел их десять лет, – признался Ставр. – Надеюсь, за это время они не наломали дров.