Вплоть до середины 1286 г. Бурхард оставался в Акре. О его деятельности в первые три года магистерства известно очень мало. Он был одним из немногих магистров, которые задержались в Палестине на большой срок. Причиной столь длительного пребывания на востоке был вовсе не "Закон о море", принятый около 1264 г. и запрещавший магистрам уезжать в Европу без согласия капитула главного Дома ордена. Этот закон не мешал его предшественникам для решения насущных вопросов садиться на корабли, уходящие "за море". Скорее всего, решающее значение для него имели убеждения, что долг магистра обязывает защищать Святую Землю. Бурхард из Акры пытался регулировать спорные вопросы ордена в Европе. Так, Грисштедт из баллея Тюринген он переподчинил балл ею Марбург. Но ответственность перед орденом всё же вынудила его покинуть Святую Землю и лично взяться за устройство дел в Пруссии и Ливонии. В мае 1287 г. он созвал Генеральный капитул ордена во Франкфурте-на-Майне. Там он намеревался решить вопросы между баллеями Франкия и Кобленц. Там же он разделил баллей Саксония — Тюрингия на два: Тюрингия и Саксония, которые передал двум ландкомтурам. Реформы управления, начатые в Святой Земле, здесь он довёл до конца. Собрав отряд, Бурхард двинулся в Пруссию, где граница с Литвой оставалась незащищённой и могла в любое время подвергнуться вражескому нападению. Собственно, на тот момент главной проблемой ордена в Прибалтике была война с земгалами, которые 26 марта 1287 г. совместно с литовцами разбили орденское войско, в этом бою погиб и ландмейстер Виллекин фон Шурборг[410].
Бурхард фон Шванден недолго находился в Пруссии и Ливонии, 2 февраля 1288 г. он уже был в Эльбинге, а 6 апреля — в орденских баллеях Мерзебург и Саксония/Анхальт. Главной задачей его пребывания в Европе в 1287–1290 гг. была организация орденских баллеев в Германии. Хохмейстер заботился также и о дисциплине в этих владениях. Это подтверждают законы, которые он представил собранному в Майнце региональному капитулу 11 октября 1289 г.[411] К тому времени становится ясно, что единого закона для всех ветвей ордена быть не может: слишком велики различия между владениями в Германии, Пруссии, Ливонии, Палестине и т. д.
В это время на Востоке новый султан Египта Килавун (Калаун) 17 марта 1289 г. осадил город Триполи, на помощь которому были стянуты все свободные силы орденов, киприотов, а также генуэзцев, пизанцев и венецианцев. Но огромное превосходство в силах позволило мусульманам штурмом взять этот город.
Узнав о тревожных событиях на Ближнем Востоке, верховный магистр заторопился в свою резиденцию в Акре. По пути он остановился в Германии для сбора подкреплений для братьев в Палестине. В это время к нему обратился король Рудольф I Габсбург (1273–1291) с просьбой переговорить с папой Николаем IV о его коронации императором. По прибытии в Рим Бурхард фон Шванден неоднократно встречается с папой. Параллельно с вопросом о коронации он решал также и орденские проблемы. В частности, получил от папы освобождение от обязанности платить десятину на содержание королевства Сицилия и 1/3 часть доходов в помощь Ближнему Востоку[412]. Папа также защитил Тевтонский орден от поползновений высшего духовенства на его права и привилегии, ради благополучия и процветания ордена.
К этому времени благодаря усердным проповедям папы были собраны довольно значительные силы крестоносцев, по некоторым данным — около 4000 человек[413], которые были отправлены в Азию на венецианских кораблях. Вместе с ними на Восток отбыл и верховный магистр в сопровождении сорока лучших орденских братьев. Его планы защиты Святой Земли не вызывали энтузиазма в европейских владениях ордена. Немецкий ландмейстер Конрад фон Фойхтванген не сопровождал его, а остался в Германской империи. Ранее существовавшее мнение, что он прибыл в Акру с Бурхардом фон Шванденом и после отставки последнего был избран в Святой Земле хохмейстером[414], не соответствует действительности. Ландмейстер Конрад, которому в тот момент было уже более 60 лет, остался в Германии[415].
В Акре в отсутствие магистра орденскими делами руководил особый ландмейстер или, как его называли, великий ландкомтур. Все значительные вопросы орденской политики решались в старейшем орденском Доме в Акре, где проходили генеральные капитулы.
Положение в Святой Земле к этому времени очень напоминало узаконенную анархию[416]. Пагубные раздоры мешали упорядочить силы христиан, а отсутствие единого командования сильно ослабляло их и так небольшие военные формирования на Ближнем Востоке.
Прибыв в Акру, Бурхард фон Шванден, вероятно, сразу же встретился с магистрами тамплиеров и иоаннитов. Разногласия в оценке положения и предполагаемой тактике военных действий на случай осады города, а также запутанное общее состояние дел в Святой Земле требовали срочного решения. Но на третий день своего пребывания верховный магистр собирает в Доме Тевтонского ордена капитул, на котором неожиданно отказывается от должности, чтобы с разрешения папы вступить в орден Святого Иоанна (!). Он ничем не объясняет причин этого шага. Члены капитула и другие орденские братья пытались отговорить его, к ним присоединились магистры тамплиеров и иоаннитов. Но Бурхард твёрдо придерживался своего решения и вскоре надел плащ иоаннитов{67}.
После этого неожиданного события Тевтонский орден в Акре возглавил Хайнрих фон Боланден, назначенный наместником хохмейстера (Hochmeister-Statthalter).
После падения Триполи с мусульманами было заключено перемирие. Но из-за отсутствия единой политики среди христиан уже в 1290 г. оно было нарушено. Попытки не допустить войны были сорваны в результате отсутствия гибкой политики руководства рыцарских орденов в Акре.
Понимая, что войны уже не избежать, магистры орденов разослали приказы в свои европейские владения о срочном прибытии подкреплений.
Падение Акры, 1291 г. Наряду с другими Тевтонский орден тоже послал новый отборный отряд рыцарей с соразмерным числом кнехтов из орденских конвентов в Германии, Италии и даже из Пруссии[417]. Всем было ясно, что с потерей Акры удержаться в Святой Земле будет невозможно. Для Тевтонского ордена Акра была колыбелью и значила много больше, чем просто центр христиан на Востоке. Здесь располагалось его высшее руководство, и на этой земле в старые времена принимались в орден молодые рыцари. Сюда же ежегодно стекались доклады со всех орденских владений. Из Акры исходили необходимые предписания и распоряжения. В этом отношении для Тевтонского ордена было очень важно сохранить город для христиан.
Сын султана Килавуна аль-Ашраф Халил (Малек ал-Эссераф), собрав огромную армию — по свидетельствам современников, в ней насчитывалось 60 тысяч всадников и 160 тысяч пехотинцев — 5 апреля 1291 г. осадил Акру. Вероятно, эти данные сильно преувеличены, однако не вызывает сомнения, что силы мусульман во много раз превосходили число оборонявшихся. Для осады города было подвезено большое количество осадных машин, в том числе огромные камнемёты.
Толпы жителей Акры ещё до подхода врага покинули город на кораблях. Таким образом, оборона легла на плечи рыцарских орденов. Численность их достигала 600–700 рыцарей и 13 тысяч воинов.
Мощные штурмы мусульман перемежались ночными вылазками рыцарей. К началу мая первый пояс укреплений был подкопан арабами и рухнул. Небольшое подкрепление во главе с королём Кипра Анри II Лузиньяном прибыло 4 мая. Город явно находился в тяжёлом положении, и король принял наиболее здравое решение — начать переговоры с султаном. Малек ал-Эссераф предложил оставить христианам жизнь и имущество в обмен на сдачу города, посланцы отвергли эти предложения, "ибо люди из-за моря (с Запада) посчитают нас предателями"[418].
Осада возобновилась, 16 мая рухнул фасад королевской башни, подкопанный сарацинами, а вскоре были захвачены и остатки башни. После этого начался последний мощный штурм. Отбивая наступление мусульман, получил смертельную рану магистр ордена Храма. В пятницу 18 мая раненый великий магистр иоаннитов Жан де Вилье, видя, что сопротивление бесполезно, во главе своих рыцарей прорубил себе дорогу на орденскую галеру. В то время как с палубы лучники прикрывали их отход, обрушив на врага град стрел, оставшиеся в живых иоанниты погрузились на корабль[419]. Их путь пролегал на Кипр.
После прорыва мамлюков внутрь города большинство оставшихся жителей утратили мужество и бросились в порт в надежде спастись. Король Кипра и патриарх Иерусалима тайно покинули Акру и наряду с видными деятелями бежали на кораблях[420]. Братья Тевтонского ордена, видя, что на их участке городских стен уже невозможно сдержать врагов, отступили в орденский Дом, укреплённый как крепость. Попытки мусульман взять его штурмом были отбиты героической обороной рыцарей. Но из-за своей малочисленности противостоять отборным силам египетского султана они не могли, и следующая атака стала для них последней. Практически все рыцари Тевтонского ордена во главе с наместником магистра Хайнрихом фон Боланденом погибли в развалинах Акры. "Едва ли кто-то избежал этой кровавой бойни"[421].
Так как практически всё уже было во власти врага, султан в ярости от упорного сопротивления приказал поджечь город.
Маршал тамплиеров Пьер де Севри в резиденции ордена принял на себя командование. Резиденция Храма была самым укреплённым местом в Акре. Она располагалась на полуострове, вдававшемся в бухту, была отрезана от материка рвом и толстой, массивной стеной; вход защищала надвратная башня. Братья-рыцари продержались в своём Доме ещё 10 дней. Султан вновь начал переговоры, и Пьер де Севри доверился ему. Оставив в крепости раненых, тамплиеры вышли к победителям. Окруженные мусульманскими воинами, они по приказу Малек ал-Эссерафа были схвачены и обезглавлены. Таким образом, 18 мая последнее сопротивление христиан в Акре было подавлено.
С падением последнего бастиона христианства на Ближнем Востоке повсюду усилилась критика рыцарских орденов. Их упрекали в мелочных перебранках и ссорах между собой, стали раздаваться голоса об объединении и радикальной реформе орденов. В самих орденах идеи объединения не встречали поддержки, гораздо большим спросом пользовались опыт и связи, которые могли помочь им справиться с критической ситуацией.
После поражения из всех, кому удалось бежать на Кипр, тамплиеры были наиболее дезорганизованы. Новый великий магистр Тибо Годен оказался человеком, не готовым в этих условиях возглавлять орденское братство, и достаточно скверно справлялся со своими обязанностями. В сложившихся обстоятельствах у него не хватило гибкости сменить приоритеты и отказаться от прежней политики, ориентированной на Ближний Восток. Возможно, тамплиерам было бы лучше перебросить свои силы в Испанию, где они играли большую роль в отвоевании Иберийского полуострова. Но они всё ещё надеялись вернуться в Палестину и Сирию, а пока разделились между командорствами на Кипре и в Париже.
Рыцари Святого Иоанна, став вассалами короля Кипра ещё при Ги де Лузиньяне, получили от него на Кипре город Лимассол в качестве лена. В 1291 г. король Анри II Лузиньян подтвердил это дарение, которое было утверждено также римским папой Климентом V. В течение последующих 18 лет этот город был резиденцией великих магистров ордена иоаннитов. В их состав влился орден Св. Самсона, также вынужденный покинуть Святую Землю[422].
Остатки ордена Госпиталя Девы Марии Немецкого Дома в Иерусалиме также отступили на Кипр, где у них были свои незначительные владения. В числе прибывших на остров были сопровождающие казну, архивы и канцелярию и эвакуированные из Акры раненые. Король Анри II, полагая, что они останутся на острове, в чём он, конечно же, был заинтересован, предложил им дополнительно земельную собственность.
Как и все рыцарские ордены, Тевтонский орден в 1291 г. находился на переломе своей истории. Но прежде всего он должен был избрать себе магистра.
Конрад фон Фойхтванген, которому было уже больше 60 лет, не отправился с последним магистром в Святую Землю, а оставался в Германии. Образ этого орденского рыцаря достоин более пристального рассмотрения. Пожалуй, нет такой должности в ордене, которую не занимал бы Конрад: ландкомтуром он служил в баллее Австрия (1259). Затем был членом совета треслера в Святой Земле (1261–1271(7). В 1271–1279 гг. он вновь стал ландкомтуром в баллее Австрия, а в 1282–1284 гг. — в баллее Франкия. В промежутках был ландмейстером в Пруссии (1271–1280) и Ливонии (1279–1281). В начале 1284 г. стал Немецким магистром.
После отставки Бурхарда фон Швандена он являлся, бесспорно, самым высокопоставленным орденским рыцарем. Самое раннее осенью 1291 г. (точная дата не отражена в источниках), вероятно, в Венеции состоялись выборы. Конрад фон Фойхтванген стал новым хохмейстером — верховным магистром. Такой выбор был ожидаемым и логичным[423]. На этом же капитуле было решено главную резиденцию магистра учредить в Венеции, где орден уже несколько десятилетий имел свой конвент.
Ещё в период крупных войн Венеции с Генуей Тевтонский орден всегда выступал на стороне города на островах. Рыцари ордена рассматривались как особые друзья республики. В середине века дож Венеции Ренье Цено (Renuer Zeno) в качестве благодарности рыцарям велел построить в городе церковь Св. Троицы, передав её ордену, к тому же отписал им значительные доходы[424].
Тамошний Дом Тевтонского ордена стал его постоянной резиденцией, в которой, как и в Акре, расположился Малый совет в лице великого комтура, маршала, казначея (треслера) и госпитальера. Сюда были перевезены архивы ордена и его казна. К тому же Венеция в то время представляла европейский информационный и управленческий центр как империи, так и церкви.
В этот период Пруссия ещё не рассматривалась как главная база Тевтонского ордена. Его деятельность оставалась направленной на Ближний Восток, и ни папа, ни король Кипра не допускали мысли, что Святая Земля навсегда останется во власти неверных. Их надежды на скорое освобождение потерянного королевства, без сомнения, разделял и магистр Тевтонского ордена.
В день Святого Иоанна в 1293 г. должен был начаться новый крестовый поход, но уже в апреле 1292 г. папа неожиданно умирает, и все его усилия оказались напрасны. В последовавшие годы эти планы никто уже не смог претворить в жизнь.