Глава 16

Жалкий раб.

Мне едва удалось дождаться вечера. Не терпелось скорее прижать к себе Лему, ощутить её тепло, дыхание, снова утонуть в глазах. Время тянулось, будто имело что-то против нас.

Так всегда бывает, когда плохо, время словно останавливается, но стоит почувствовать себя счастливым, оно устремляется вперёд с такой скоростью, что теряешь ему счёт.

Дарий всё же закатил пир, выставил вино, накрыл столы и сейчас все до одного нахваливали мою славную победу. Новички размечтались, наперебой рассказывая, как они вскоре всем покажут, выкрикивали тосты о том, что школа Дария самая лучшая. Глупцы.

Каждый из нас рискует быть убитым в любой момент, ведь на любого профессионала найдётся более опытный боец. Не исключены травмы, увечья, да мало ли что может преподнести «господин случай». Как бы я ни относился к суевериям, но однажды я уже споткнулся на арене и теперь до конца дней останусь калекой.

Да, может быть я смогу победить, стать новым чемпионом, получить свободу, вот только для этого нужно очень много работать. Ничего не даётся просто так, ни в этом мире, не в том.

— А я в тебя верил, — пьяным голосом заявил Молот, — Всегда верил, знал, что ты будешь великим воином.

— Ты пьян, Молот, — усмехнулся я.

— Да, я пьян, — кивнул тот, — И что? Разве я не могу поднять чарку за победу своего товарища?

— Так я не запрещаю, — ответил я с улыбкой, — Я, пожалуй, пойду.

— Ступай, ты это заработал, — махнул рукой тот и опрокинул свой бокал, зацепив его, — Ух, едрит твою…

Дослушивать эту триаду я не стал, хлопнул по спине наставника и отправился на улицу. Вечерний воздух уже начала накапливать влагу, скорее всего, утром снова будет дождь. А раз так, то можно провести с Лемой больше времени. А уж где нам укрыться от этого ливня мы найдём.

Обычно в это время жизнь вокруг замирала, движение останавливалось, люди старались не выходить на улицу. С неба изливались мощные потоки воды, скапливались на мостовых и устремлялись к реке, смывая всё на своём пути. После них город сиял чистотой и первозданной свежестью.

Лема уже дожидалась меня в безлюдном переулке, в котором мы каждый раз и назначали друг другу встречи. Едва я появился в проулке, как она тут же бросилась на меня и принялась осматривать, целовать лицо, губы, а затем прижалась всем телом, будто собиралась стать со мной одним целым.

— Живой, — прошептала она, — я так боялась.

— Да что со мной станет? — усмехнулся я.

— Замолчи, дурак, никогда такое не говори вслух, — отстранилась она и посмотрела мне в глаза. — Ты понял?!

— Хорошо, — с улыбкой произнёс я, — ну что, на пустырь?

— Пойдём, — кивнула она, — Моня наверняка уже весь извёлся, ждёт подробного рассказа.

— Перебьётся, — отмахнулся я, — Не люблю об этом говорить, да и рассказчик из меня никудышный.

— Ага, тогда знаешь что начнётся? — засмеялась она. — Лямка, ну скажи ему, ну пожалуйста, — попыталась она изобразить голос здоровяка.

Вышло довольно комично и мы вместе захохотали.

Скорее всего, она оказалась права и Моня ни за что не отстанет, пока я не перескажу ему весь бой в мельчайших деталях. Вот только узнать об этом было не суждено.

Мы как раз проходили мимо таверны, из которой буквально навстречу вывалилась пьяная компания.

Многое в нашей жизни зависит от таких вот случайностей. Хотя, что есть случай? Когда-то давно я запомнил одну фразу: «Случайность, это проявившаяся неизбежность».

Возможно, пойди мы по другой улице или появись я в переулке чуть раньше, даже будь Лема одна, всё могло бы быть иначе. Но все предыдущие события свели нас именно к этому моменту.

— Эй, кажется, я тебя знаю, — услышал я наглый голос за спиной, когда мы молча разошлись с подвыпившей компанией. — Слышь, ты, вонючий раб, я к тебе обращаюсь!

— Вы обознались, господин, — ответил я, пытаясь спрятать своё лицо.

— Где ты потерял свою руку? — подошёл ко мне человек в дорогой одежде. — Смотри на меня, когда тебя спрашивают?

Я поднял взгляд и понял, что конфликта избежать не получится. Передо мной стоял Ярг.

— Ха-ха-ха, гля народ, да это же сам Безликий, собственной персоной, — захохотал тот, привлекая к нам ещё больше внимания. — А это у нас кто? Новая подружка?

— Вы обознались, господин, — в очередной раз повторился я и опустил голову.

— Ты что, хочешь сказать, что я тупой? — холодным тоном произнёс он. — Или слепой?

— Отстань от него! — вступилась за меня Лема, — Он тебе ничего не сделал!

— А что он может мне сделать? — захохотал Ярг. — Жалкий выскочка, возомнивший себя чемпионом. Постой, ты что, из свободных?

— Не трогай её, — попросил я уже не скрываясь и попытался спрятать девушку за спину.

— А то что?! — нагло улыбнулся тот. — Что ты мне сделаешь, вонючий раб? А она ничего. Как она, хороша в постели, или такая же скучная, как твоя бывшая? — он попытался схватить её за руку, но я заступил ему дорогу.

— Она невинна, Ярг, — тихо ответил я. — Ты знаешь, что с тобой будет, если ты её тронешь?

— Мне не будет ничего, — захохотал он. — А вот раба, который изнасиловал свободную, ждёт очень много неприятностей.

— Лема, беги, — оттолкнул я девушку, но она не тронулась с места, — вали, я сказал!

— А ты? — начала было она.

— Быстро отсюда! Бегом! — крикнул я, пока события только начали набирать свой ход.

Лема сорвалась с места, а я перекрыл дорогу Яргу и его парочке друзей, которые хотели пуститься вслед.

Чемпион арены тут же попытался вывести меня из игры. Драться с ним на улице, означало больше никогда не появляться на арене. Меня просто казнят за нападение на свободного человека. Однако уходить от ударов и отталкивать его, мне никто не запрещал. Первую двойку в голову я парировал культёй и ладонью левой руки оттолкнул от себя Ярга.

— Ты что о себе возомнил, животное?! — прорычал тот и бросился в атаку уже серьёзно.

Удар ногой я пропустил над головой и снова оттолкнул чемпиона уже в спину, тот едва устоял на ногах. Хмель в голове не давал ему возможности двигаться так, как он делал это на арене, но менее опасным противником от этого не сделался.

Двое его друзе, наконец-то, сообразили, что происходит и тоже вступили в схватку, пытаясь обойти меня со спины. Я вжался в стену и как мог отклонялся и блокировал удары, вот только надолго меня не хватило. Будь у меня возможность на адекватный ответ, здесь, скорее всего уже лежали три покойника, но я раб и не имею права даже на ответный удар в челюсть.

Самое главное, что Лямка успела убежать, остальное уже неважно.

Удар палкой, которую один из друзей Ярга выбил из перил таверны, пришёлся прямо по голове. Я получил лёгкий нокдаун и поплыл. Буквально сразу же на меня посыпался град ударов, которые я уже не мог отразить. Единственный выход, это упасть, свернуться калачиком и прикрыть голову руками, что я и сделал.

Болезненные удары ногами сыпались на моё тело один за другим, пока Ярг не остановил своих товарищей.

— Хватит! — выкрикнул он и почти сразу же всё прекратилось.

Губы разбиты, во рту противный, медный привкус крови, один глаз уже заплыл и ничего не видел, всё тело болело, но я попытался улыбнуться в лицо чемпиону, который присел передо мной на корточки.

— Ну что, выскочка? — спросил он и достал нож, — Убить тебя прямо сейчас, а потом пойти и трахнуть твою подружку?

— Трус, — пробормотал я разбитыми губами.

— Что ты там вякнул? — чуть ниже наклонился он.

— Ты ссыкло, Ярг, — повторил я.

— Ха-ха-ха, — расхохотался тот. — Видимо, тебе сильно по башке прилетело?

— Ты это чувствуешь, да? — продолжал гнуть свою линию я. — Я подбираюсь к тебе всё ближе. Давай, убей меня, чтобы вся Эллодия знала, что ты ссыкло.

— Ты просто вонючий раб, сраный инвалид, с чего вдруг ты решил, что я боюсь тебя? — голос его стал менее решительным и оскорблений в мой адрес прибавилось.

— Давай, успокаивай себя, но ты чувствуешь, как я дышу тебе в затылок, — я начал хохотать, — убей меня, давай, пусть все знают, какое ты ссыкло, зарезал основного претендента, когда тот не мог тебе ответить. Давай, сука! — я приподнялся и схватил его за отворот одежды.

— Псих, — тут же отпрянул тот. — Нет, это будет для тебя слишком легко.

Ярг повёлся но мои слова, гордость и заносчивость не дали ему просчитать реальные варианты развития. К тому же здесь присутствовали двое его товарищей, которые могли буквально понять мою речь.

— Ты прав, — схватил он меня за горло, немного помолчал и оттолкнул. — Ты лишь жалкий, безрукий, вонючий раб. Я разделаю тебя на арене, как свинью и все увидят, что ты лишь выскочка, пустое место. Имя Безликого забудут, они будут воспевать меня. Я Ярг, непобедимый воин клана Лис, а ты кусок говна. Запомни это.

Он поднялся и ударом ноги отправил меня в темноту.

В себя я пришёл от того, что кто-то бьёт меня по щекам. Попытался отстраниться и тут же вывернул содержимое желудка на мостовую.

— Эй, дружище, ты как? — услышал я будто сквозь вату голос Мони, — Он жив, Лямка. Кажется, у него сотряс.

— Что нам теперь делать? — я сразу узнал голос Лемы.

— Помоги мне, — попросил тот, — Отнесём его домой.

Меня взяли за руки и вскоре я почувствовал, как моё тело взвалили на спину. Моня закряхтел и поднялся на ноги. Вскоре от мерного покачивания меня снова стошнило, прямо на друга, но тот не обратил на это никакого внимания, постоянно приговаривая одну фразу: «Потерпи, сейчас, мы уже почти пришли». Сознание то проваливалось в темноту, то снова всплывало на поверхность, отдаваясь болью во всём теле.

Лема всё это время не отходила ни на шаг, я чувствовал её присутствие, она что-то говорила и причитала, но слов разобрать не удалось. О том, что мы на месте я понял по гулу голосов.

Моня занёс меня внутрь и уложил на что-то мягкое, видимо я снова выселил из дома Скама и Гретту. Даже неудобно как-то.

Вскоре наступила тишина и моё сознание провалилось в темноту.

*****

Пробуждение было скверным. Болело всё, каждая клеточка, губы распухли и слиплись, а правый глаз так и не хотел открываться. Такое чувство, что я побывал под катком, даже после травм на арене я не чувствовал себя так плохо. Сильно болело разорванное в схватке со Змеем плечо, видимо Ярг со своими дружками сорвал повязку и повредил швы. Голова кружилась каждый раз, когда я хотел осмотреться.

Затем начался дождь, он грохотал по крыше с такой силой, что казалось, собирается пробить её. От этого монотонного звука я снова провалился в сон.

Проснувшись, я ощутил чьё-то присутствие и попытался посмотреть. Голова закружилась, подкатила тошнота и я застонал.

— Может Молот прав? — услышал я голос Дария. — И тебя больше не стоит выпускать на улицу?

— Стукач, — пробормотал я с закрытыми глазами и попытался улыбнуться, губы сразу треснули, а я вновь ощутил вкус крови во рту.

— А ты идиот, — заметив мой жест, сказал хозяин, — он мог тебя убить.

— Мог, — тихо ответил я, — Но не стал.

— Вот что мне с тобой делать? — устало вздохнул Дарий. — У меня ещё ни с одним гладиатором не было столько проблем. Ты что, специально их ищешь?

— Это случайно вышло, — попробовал оправдаться я. — Не лишайте меня встреч с ней, господин.

— Ты хоть понимаешь то, о чём меня просишь? — возмутился тот. — Предлагаешь мне нарушить закон?

Я ненадолго приоткрыл левый глаз и быстро осмотрелся, чтобы убедиться в том, что мы одни. Сразу подкатила тошнота и пришлось сделать усилие, чтобы не сблевать под ноги хозяину.

— Вам же не привыкать, — справившись с собой, произнёс я.

— Что? — казалось, его удивлению нет предела. — Да ты совсем обнаглел?! Ты что себе позволяешь?!

— Простите, господин, — нисколько не смутившись продолжил я. — Но она всё, ради чего я живу. Не лишайте меня этого.

— Нет, Молот определённо прав, — задумчиво произнёс Дарий. — Я слишком многое тебе позволяю.

— Ваша правда, господин, — покорно сказал я. — Вот только боюсь без неё, я проиграю следующую схватку.

— Шантаж значит? — я даже услышал, как он усмехнулся. — Нет, раб, отныне тебе запрещено покидать эти стены. Я твой хозяин и мне решать. Захочешь с ней увидеться, станешь чемпионом и получишь свободу. Вот тебе моё решение.

— Вы должны мне три награды, — попробовал я привести последний аргумент.

— Нет, на эту тему мы уже заключили соглашение, — ответил Дарий, — у тебя тридцать дней, до следующей схватки.

— Постойте, господин, — я попытался подняться и меня тут же стошнило.

Дарий успел отскочить, чертыхнулся и покинул жилище Скама, а я ещё какое-то время пытался докричаться до хозяина. Вот только кроме Гретты с кувшином воды, ко мне так никто и не пришёл.

Ближе к вечеру появился Молот. Оно и понятно, это я здесь валяюсь в мягкой кровати, а ему нужно парней тренировать. Тот факт, что его индивидуальный ученик сейчас не может продолжать занятия, его от обязанностей не освобождает. Тем более, что от меня он тоже почерпнул не мало и просто обязан поделиться этими знаниями, ведь возможно они спасут чью-то жизнь.

— Доигрался, герой-любовник? — с язвой в голосе произнёс он вместо «здрасьте».

— Стукач, — беззлобно буркнул я.

— Я ничего не говорил, — улыбнулся тот, — или ты считаешь нашего хозяина идиотом?

— Я этого не говорил, — ответил я.

— Зато подумал, — усмехнулся Молот. — Тебя принёс Моня, а рядом с ним с ужасом в огромных глазах маячила свободная девчонка. Кстати, она действительно очень красива. И ты решил, что Дарий не станет задавать ей вопросов?

— Ладно, не оправдывайся, — попытался улыбнуться я и губы вновь потрескались. — Можешь радоваться, Дарий запретил мне покидать дом. Теперь только арена и тренировки. И он, кстати сказал, что это по твоему совету.

— Замечательная новость, — кивнул тот. — И то, что он прислушался к моим словам тоже.

— Вот я и говорю, стукач, — в очередной раз обозвал я товарища.

— А как иначе, если ты слов нормальных не понимаешь? — возмутился тот. — Я сколько раз тебе говорил, будь осторожнее?

— Наверное, миллион, — ответил я.

— Это как? — не понял меня Молот.

— Это много, — сказал я и попробовал съехать с темы, — Молот, я же без неё умру.

— Потерпишь, — отмахнулся тот, — до конца турнира не так долго осталось. Если сможешь побить Ярга — станешь свободным.

— Может кому-то удастся сделать это за меня? — предположил я.

— Сомневаюсь, — покачал головой Молот, — а если такое вдруг случится, значит, твой противник окажется ещё более опасным. От этого ты хотя бы знаешь чего ожидать.

— Это точно, — вздохнул я. — А ты можешь выходить на улицу?

— Хочешь передать ей письмо? — сразу же понял мою мысль Молот.

— Угу, — буркнул я.

— Это можно, — улыбнулся друг. — Попрошу отнести Скама.

— От него, пожалуй, дождёшься, — я в очередной раз сделал попытку улыбнуться, но сразу же поморщился от боли в губах, — Потом неделю причитать будет.

— Ладно, ты поправляйся, — похлопал он меня по плечу, — Пойду я, а то ведь эти всё сожрут, а я ещё не ужинал.

— Иди уже, — тихо кивнул я, — спать мне мешаешь.

Молот слегка сжал мне плечо, улыбнулся и вышел, оставив меня в одиночестве. Вскоре появился Скам и я надиктовал ему записку для Лемы. Он не возмущался, как я полагал, записал мои слова и спросил, где может её найти. Я посоветовал не передавать записку напрямую, а отнести её Моне. Тот скорее всего прочитает, не сможет удержаться, но там нет никакого секрета, зато он сможет спокойно передать письмо, не вызывая подозрений у отчима Лемы. Скам кивнул и тоже покинул меня.

Затем появилась Гретта и начала кормить меня с ложечки, как маленького, каким-то пюре. Я попытался возмущаться, да где там, съел всё, что предлагалось, у неё не забалуешь.

Оставшись один, я попробовал подсчитать время разлуки с любимой девушкой. Выходило много. На турнире я победил всего лишь четверых. После каждого противника мне дают тридцать дней на подготовку. Выходит, что нужно одержать ещё шесть побед, то есть, если я обойдусь без серьёзных травм, то окажусь свободным через полгода, а точнее, лета, как принято в этом мире.

Не так уж и долго. В общем, надеюсь, за это время ничего не случится и Лема не пострадает.

Шесть побед и бой с Яргом. Да, Молот прав, нужно поскорее вставать на ноги и как завещал товарищ Ленин: «Учиться, учиться и ещё раз учиться». В моём случае, тренироваться.