Люди быстро покинули место. На этот раз никто не спорил, даже вновь прибывшие, которым быстро объяснили, кто здесь правит балом, после чего все их вопросы отпали сами собой. Это было самым большим плюсом в почитании меня, как Бога. Больше всего раздражало утреннее и вечернее падение на колени, со всеми вытекающими. Если в первый день люди молились где-то в сторонке, то после моего становления, все, как один, считали своим долгом делать это возле меня. Раздражало сильно, но поделать с этим я ничего не мог, как ни старался. Вот уж точно, никогда бы не подумал, что со мной такое случится.

Наконец стало спокойно. Все ушли, и местность погрузилась в тишину. Не гробовую, конечно, природа окрашивала её различными звуками: то ветер зашуршит широкой листвой, то деревья затрещат, а птицы так и вообще не замолкали даже ночью. Сменялось лишь их пение, в зависимости от времени суток. Ночью оно больше походило на крик, сейчас же пернатые переливались на все тональности. А уж что вытворяли болотные жабы после заката солнца, вообще не поддаётся описанию. За их синхронным кваканьем, даже храп нескольких сотен человеческих глоток невозможно было расслышать.

Я уже в который раз за сегодняшний день выбрался к болоту и на каком-то рефлекторном уровне заморозил его поверхность. Очень уж мне не хотелось пачкать одежду, дабы лишний раз не вызывать ненужные вопросы в стане противника.

— Дебила кусок, — хлопнул я себя ладонью по лбу, когда сообразил, что сейчас произошло.

Мы вчера до рассвета кувыркались в болотной жиже и кормили пиявок, когда могли легко перебраться по льду. Вот что это было: старческий маразм? Так для него вроде как рановато. Скорее всего, я попросту ещё не привык к новым способностям, в голове даже не возникает, что есть способ решить ту или иную задачу с их помощью. Я привык полагаться лишь на собственные силы и знания. Что ж, видимо, придётся переучиваться, потому как ночной просчёт мог легко оказаться фатальным, особенно, будь у нас на хвосте преследователи.

По твёрдой поверхности я преодолел болото минут за сорок, вместо привычных двух с половиной часов. По ходу, я периодически играл силами, формируя из воды различные фигуры, а впоследствии, то замораживал их, то испарял. Заметил, что с каждым разом мне это даётся всё легче. Времени уходит меньше, а сложные фигуры получаются с второго-третьего раза вместо сотни попыток, в сравнении с вчерашними, дневными тренировками.

А ещё я заметил, что совсем перестал пить. Вообще на это намекнула Лема, которая по нескольку раз на дню бегала к роднику и наполняла флягу. А затем я прислушался к себе и вдруг понял, что действительно не испытываю жажды. Впрочем, голод так никуда и не делся, а уж как хотелось впиться зубами в огромный кусок жареного мяса, вообще трудно описать. Орехи и фрукты конечно хорошо, витамины, и всё такое. Да, они полностью восполняют потребности в энергии, но хочется именно вкуса.

— А на охоту ведь и не сходили, — пробормотал я и приступил к подъёму.

Выбрался на площадку, осмотрел одиноко стоящую машину и даже на всякий случай в храм заглянул. Ничего не изменилось, трупы всё ещё на месте, хотя некоторые из них уже объедены дикими животными. Странно всё это, почему никто не ищет пропавших? Техника, опять же, стоит нетронута, будто всем плевать, хотя верится с трудом. Ладно, эти вопросы не суть как важны, если получится понять по ходу — хорошо, нет — плакать не стану. В любом случае нам оно только на руку.

Было большое искушение воспользоваться машиной, но я отказался. Всё же в задачу входило несколько иное: нужно сделать вид, что я выбрался из портала вместе с остальными. Иначе придется как-то объяснять своё появление и грузовик совсем не сыграет на пользу в данном вопросе. Я выбрался на тропу и уверенно перешёл на бег трусцой. Нужно успеть выбраться к месту до открытия перехода, а неспешным прогулочным шагом этого сделать не получится.

Когда достиг города, на несколько минут остановился. Потребовалась пауза, чтобы дыхание перевести. Всё же, несмотря на все усовершенствования, организм требовал отдыха, в том числе сказывалась бессонная ночь. Но даже не это стало причиной остановки, содрогнулось что-то внутри, навевая мрачные мысли. Возможно, тому способствовал запах, хотя, здесь напрашивается слово «вонь». Да, нам с Лемой удалось вывести часть людей из-под артобстрела, однако сколько их не успело спастись. И теперь они, в клочья растерзанные осколками, смердили, украшали руины разбитых домов, торчащими отовсюду обглоданными частями тел. Удручающая картина, которая никак не способствует улучшению настроения.

Мне довелось многое видеть в жизни, и подобные образы я тоже встречал не впервые. Но как ни крути, от неприятного осадка после их созерцания избавиться невозможно, как и привыкнуть к этому. Было бы в разы проще, живи здесь агрессивные, беспринципные твари, которые заслуживают смерти. Но всё как раз с точностью до наоборот. Кетта перешла все границы дозволенного, и она за это ответит.

Я сжал кулаки до хруста костяшек пальцев, презрительно сплюнул в сторону и пустился в обход города, что превратили в руины. Разработанная земля вокруг прекрасно позволяла это сделать, в отличие от посёлка Лесорубов, который расположился прямо на границе джунглей. Запах тухлого мяса ещё долго щекотал мои ноздри, впрочем, и трупы постоянно попадались на глаза. Люди искали спасения, разбегались, кто куда, и немалая их часть выбрала совсем не то направление. Как я и предполагал, они сами вышли в руки врага, который безжалостно поливал их свинцом из автоматов и пулемётов.

Ближе к тропе настроение окончательно испортилось, когда взгляд наткнулся на очередную кучу трупов. Несколько сотен мертвецов лежали в самых нелепых позах. Видимо, это и есть основная группа беженцев, которая первой наткнулись на команду зачистки. А они не пожалели никого, ни женщин, ни подростков, ни даже младенцев. Какими же нужно быть людьми, чтобы совершить такое?

Ещё около часа я бежал по тропе, пока не взбунтовалось внутреннее чутьё. Ему я уже давно привык доверять, потому тут же свернул в джунгли, пробрался сквозь густую листву, присел и затаился. Вскоре, где-то на пределе слышимости, сквозь бесконечные птичьи трели удалось уловить голоса. Сидел долго, прислушивался в попытке разобрать: отдаляются они или приближаются. В итоге сделал вывод, что они остаются на месте, а значит, я уже близок к цели. Скорее всего, это основной лагерь войск Кетты.

Всё правильно, кто-то должен защищать единственный выход в этот мир. Да и нет пока смысла уходить далеко, ведь вторжение находится в самой начальной стадии. Логистика, как следует, не отлажена, а судя по последней атаке на местных, с боеприпасами тоже пока перебой. Это только в кино война — дело пяти минут, мол, перешагнул границу и понеслась нелёгкая. На самом деле такие вещи планируются годами, ведётся подготовка, предварительный переброс войск и поставок продовольствия. Готовятся опорные пункты, на случай отступления, а так же организуются резервные склады с боеприпасами. Кетта рванула без должной подготовки, а теперь застряла и виной тому я — уверен.

Она спешит, хочет поскорее загнать меня в угол, потому что знает: даже в этих обстоятельствах я не сдамся, найду способ дать отпор. Если промедлить, предоставить мне время на подготовку, то я попросту перекрою выход в этот мир, чем, собственно, и собираюсь заняться в будущем. Пока не знаю как, чем и возможно ли это, но если взять под контроль данную территорию, это уже можно считать победой. Достаточно несколько раз грамотно встретить подкрепление и всё, на этом её наступление закончится. Проход слишком узок, с задачей сдерживания легко справится сотня хорошо обученных бойцов. Вот только у меня их нет, потому как для тренировки требуется время, которое Кетта старается у меня забрать.

Дальше пришлось продираться сквозь джунгли и самое сложное — постараться сделать это бесшумно, что при местной густой растительности практически невозможно. Я уже не спешил попасть к открытию портала, в крайнем случае, дождусь ночного, что, возможно, даже лучше. Зато смогу как следует осмотреться, прикинуть точку выхода, да и за войском понаблюдать лишним тоже не будет.

Несколько раз я осторожно подбирался к краю лагеря. Впрочем, ничего нового не рассмотрел, типичный палаточный военный городок. При помощи техники бойцы расчистили от растительности приличный пятачок, на котором и разместились. В сторону, с которой я пришёл, организовали некие укрепления, не забыли несколько рядов окопов и проволочного заграждения. Несколько пулемётных точек за мешками, набитыми грунтом, всё как по учебнику. И глядя на лагерь опытным взглядом, я понимал: взять его будет очень не просто, даже учитывая наличие опытных бойцов и современных видов оружия. У меня на данный момент, нет ни того, ни другого, а вот войска Кетты до сих пор ведут работы по укреплению позиций. Вскоре они зачистят территорию от зарослей, и незамеченным сюда подобраться больше не получится. Как ни крути, а я очень даже вовремя — день-два и здесь появятся конкретные укрепления.

На то, чтобы обогнуть весь лагерь, ушло не меньше часа. О том, что я упустил момент открытия портала, догадался по возросшему шуму, в том числе и появлению нового. Если до этого слышался лишь гул голосов, частый хохот, то сейчас к нему присоединился рык двигателей и матерная брань командиров. Я вновь рискнул пробраться поближе к лагерю, после чего окончательно убедился в своей правоте: я пропустил выход подкрепления. Жаль, хотелось бы понять, как всё это выглядит.

Место входа отыскал быстро. Оно тоже охранялось, но не это его выдавало. Для данного мира следы от протекторов нонсенс, а именно здесь они отчётливо появлялись из ниоткуда. Некоторое время я потратил, наблюдая за поведением часовых, а так же за организацией размещения новоприбывших. Очень не понравился момент с перекличкой, хотя можно попробовать её избежать. Пару раз такое точно прокатит, а там мне уже и сваливать пора. Покончив со всем, что я считал необходимым, резонно решил, что всё, можно смело разрешить себе небольшой отдых.

Углубляться в джунгли занятие не из лёгких, но и вот так, развалиться спать прямо у границ лагеря, тоже крайне тупо. Лишь когда птицы вновь стали перекрывать гул голосов, я остановился. Осмотрелся, выбрал более или менее подходящее место для сна, после чего соорудил вокруг себя водную преграду, для защиты от насекомых и, наконец, лёг спать.

*****

Внутренние часы отработали, как положено, и разбудили меня на закате. Проспал я каких-то четыре часа, но этого было достаточно, по крайней мере, чувствовал я себя бодрым и отдохнувшим. Мышцы размял на ходу, пока продирался сквозь заросли обратно к лагерю. Природа джунглей удивительна, в особенности своей скоростью роста и восстановления после повреждений. Уже через полчаса невозможно сказать, прошёл здесь кто-то или нет. Трава буквально на глазах поднимается и вновь занимает прежнее положение, а кустарник и различные хрупкие растения я старался обходить стороной, хотя это было довольно сложно.

Ждать я тоже умею. Это, можно сказать, один из основных навыков в моей профессии: сидеть в засаде сутками и просто вести наблюдение. Обычно от скуки я всегда спасался какой-нибудь безделушкой, которую просто теребил в руках. Сейчас, за неимением таковой, гонял между пальцами тонкую струйку воды. Довольно увлекательное занятие, не побоюсь этого слова, «залипательное».

Бойцы в лагере никакого беспокойства не проявляли. Однако беглого взгляда было достаточно, чтобы понять: их количество знатно уменьшилось, как, впрочем, и техники. А это значит, что где-то снова умирают люди.

Время шло и практически до самого запуска портала ничего не менялось. Некое движение наметилось минут за сорок до его открытия, но никаких, важных для меня изменений, не произошло. Часовых не сменили, усиление к ним не приставили, обычный штатный режим по встрече новоприбывших. Появилось несколько человек с табличками в руках, которые указывали, куда следует двигаться технике. Да ещё небольшая кучка офицеров подошла, видимо, для дополнительного контроля за порядком.

Я даже немного занервничал, предполагая, что портал откроется с минуты на минуту, но этот процесс растянулся, как раз на те самые сорок минут. Изменения произошли буквально за мгновение, что стало для меня несколько неожиданным. В памяти всё ещё были свежи моменты, связанные с пробиванием прохода между мирами. Гулкая вибрация, что чувствовалась телом, но не слухом, потеря гравитации, левитация каменей, да и предварительная суета на площадке подразумевали некую подготовку к чему-то масштабному. Здесь же всё выглядело иначе. Вот я смотрю на заросли джунглей, отвлекаюсь на вспышку прожекторов по периметру, а когда возвращаю взгляд обратно, уже наблюдаю, как разрастается чёрное пятно портала в воздухе. И через секунду из его нутра выглянул нос первого грузовика.

Я подобрался, ожидая подходящего момента для своего появления. План был прост: как только закроется портал или чуть раньше, и начнётся разгрузка техники, в том числе от людей, я отвлеку внимание часовых и наглым образом проскочу на территорию лагеря. Здесь уже смешаюсь с толпой, а затем сделаю вид, что так и было. В целом всё сработало идеально.

Едва портал, сквозь который успело проскочить всего восемь машин, и показалась девятая, начал менять свои размеры, и вообще, вести себя крайне нестабильно, я создал фантом на пути одного из грузовиков. Естественной реакцией водителя, был резкий удар по тормозам, а так как техника спешила и двигалась практически впритирку друг к другу, столкновения избежать не удалось. Вроде бы простая заминка произвела эффект разорвавшейся бомбы. Все тут же забегали, принялись кричать, чем ещё больше вгоняли водителя в панику. И тут я понял, из-за чего столько шума. Девятый грузовик выбрался из тёмного провала всего лишь наполовину, а в следующий момент проход резко схлопнулся. Какие-то доли секунды ничего не происходило, а затем раздался грохот от падения кузова, потерявшего заднюю ось, после которого гомон голосов перекрыл человеческий крик, полный боли. Впрочем, подобного исхода следовало ожидать. При закрытии портала машину поделило на две части, вместе с тем, что находилось внутри. Судя по всему, кто-то в кузове потерял часть себя, в прямом смысле этого слова. Зато паника поднялась знатная, и она приковала к себе внимание всех, в том числе и часовых. И пока вражеские бойцы развлекались, я незаметно проскочил на территорию лагеря, где тут же присоединился к всеобщей суматохе.

Раненому даже не попытались помочь, его пристрелили, а двое бойцов, подхватив лопаты, направились хоронить бедолагу. Не сказать, что я был сильно удивлён данному поступку, к тому же ситуация с ним выглядела плачевно. Он лишился четверти тела, по всей правой стороне. Полностью отсутствовала рука, часть рёбер и половина ноги, притом не нижняя, её обрезало вдоль, вместе с частью кости оголив мозг. Пристрелить его, в самом деле, было более гуманным решением, чем попытка спасти.

Тем не менее, процесс быстро наладили, грузовики отправились на стоянку, часть бойцов выгрузилась ещё во время суматохи и я без особых проблем с ними смешался. Переднюю половину, не успевшего пройти через портал грузовика, зацепили тросом и отволокли в сторону, дабы не мешался посреди дороги. Ну и постепенно ситуация сгладилась, а нас дружной толпой провели с кратким экскурсом по лагерю. Показали спальные места, где набивать живот и справлять нужду, после чего распределили по палаткам и оставили разбирать вещи и обустраиваться.

Я спокойно занял одну из коек, бросил под неё рюкзак и, закинув руки за голову, принялся наблюдать за остальными. Само собой, мало кого волновал момент обустройства, ведь военным привычно жить на рюкзаке и быть всегда готовым к боевой тревоге. А потому основным занятием стало обсуждение произошедшего. Слушал я вполуха, больше ожидал, когда появится возможность выбраться обратно в лагерь и проявить любопытство. Очень хотелось засыпать кого-нибудь вопросами, побольше разузнать о мире, в который нас занесло. Но я сдерживал порыв, памятуя указание старшего офицера и, по-видимому, начальника лагеря: «По территории не болтаться, через час построение и инструктаж».

Так я и лежал, молча присматриваясь к суете вокруг, пока не откинулся полог палатки. Я едва смог эмоции сдержать и с большим трудом остаться в той же позе. Но улыбку скрывать было выше моих сил.

— Здравствуй, Мыш, — поприветствовал я старого друга, когда тот уселся на соседнюю койку. — Давно ты здесь?

— Судя по всему, вместе с вами вошёл, — вежливо улыбнулся тот. — У меня для вас послание от госпожи Лии…

— Э, ты чё здесь расселся, это моё место! — внезапно нашу тихую беседу прервал здоровенный чёрный парень.

— Не ори, мы поговорим, и он уйдёт, — не менее дерзким тоном ответил я.

— Да мне насрать, мать твою, пусть убирает свою белую задницу с моей кровати.

— Сиди ровно, — остановил я Мыша, который хотел уже подняться, дабы избежать ненужного конфликта.

Вместо него поднялся я и встал напротив чернокожего здоровяка, с вызовом глядя ему в глаза.

— Тебе так сильно нужны проблемы, чувак? — с улыбкой спросил тот и бросил быстрый взгляд на своих товарищей, которые словно по мановению волшебной палочки, возникли за его спиной.

Парень явно искал конфликта. Может быть, таким образом он самоутверждался, не знаю, но не исключаю, что попросту в самом деле ненавидел всех белых. Ситуаций с обратным расизмом хватает, притом в любом государстве. Я часто видел похожие стычки в частях срочной службы, когда, например, кавказцы задирали славян. Людям вообще свойственно унижать тех, кто хоть немного выделяется из общей, серой массы.

Вступать с этим кабаном в словесную перепалку мне не хотелось, но ещё меньшим было желание отсвечивать. Наверняка конфликт привлечёт лишнее внимание, начнутся вопросы, например: с какого подразделения, как к нам попал, где бумаги и всё такое. Но оставлять задиру безнаказанным тоже нельзя, почувствует превосходство и каждый раз станет провоцировать конфликт, что опять повлечёт за собой ненужные вопросы. Лучше зарубить сразу, так сказать на корню.

Ровно такие мысли витали в голове, когда я начал действовать. Короткий удар в кадык, заставил его подбросить руки, одну из которых я и поймал на лету. Нехитрое движение и кисть здоровяка попала в замок, после чего я довернул её против сустава и слегка надавил. От боли он тут же припал на колени и если бы мог нормально дышать, обязательно сопроводил это криком.

— Стоять! — ледяным тоном, сквозь зубы процедил я его дружкам, которые дёрнулись на помощь. — Или я ему руку сломаю.

— Ты лучше спать сегодня не ложись, — пригрозил мне один из них.

— Спасибо, что предупредил, — ухмыльнулся я, — но если у вас в самом деле такое огромное желание продолжать конфликт, лучше сразу забронируйте себе места в санитарной палатке.

— Пусти, — прохрипел здоровяк, едва смог прокашляться.

Я спокойно исполнил его просьбу и остался стоять в максимально расслабленной позе, продолжая при этом сверлить уверенным взглядом чернокожую компанию. Это всегда работает одинаково безотказно, вначале выводишь из равновесия самого здорового, а затем излучаешь силу и уверенность. Сейчас мне это давалось легко, потому как за себя я знал наверняка: они мне не противники, если будет необходимо, умрут быстрее, чем произнесут хоть звук.

— Ещё увидимся, мать твою, — не желая терять лицо, компания оставила последнее слово за собой.

Я же, молча вернулся к Мышу, с желанием продолжить беседу. Но видно не судьба, потому как полог вновь откинулся и внутрь заглянул один из офицеров.

— Выходи строиться! — рявкнул он и скрылся из вида.

Похоже, пришло время для переклички с последующим инструктажем. И если второе мне как раз было интересно, то первую часть я собирался наглым образом пропустить по известным причинам. Мыш, словно почувствовал мои сомнения, хотя этот человек знал меня даже лучше Лемы. Не удивлюсь, если он подготовился прежде, чем решил заглянуть в нашу палатку.

— Господин, отзовитесь, когда назовут фамилию Дроздов.

— Принял, — одними губами ответил я и шагнул на улицу.