Дату Троянской войны древние авторы не знали точно, они вычисляли ее по догадкам — это показал старый немецкий историк Э. Роде. И получались у них разные результаты: от XIV века до XII (Forsdyke 1956; Mylonas 1964; Немировский2003). Но после XIII века уже невозможен был какой-нибудь ахейский поход на Трою: захирели ахейские центры Греции, в руинах лежали Микены и Пилос — резиденции царей Агамемнона и Нестора (первый из них в «Илиаде» — верховный вождь ахейской коалиции, второй — видный ее участник).

А теперь мы знаем вдобавок, что реальный Илион, раскопанный в холме Гиссарлык, не был взят штурмом во втором тысячелетии до новой эры ранее середины XII века. Не повезло Блегену с датировкой падения Трои. Он исходил из того, что в Гиссарлык даже после пожара еще поступала такая импортная микенская керамика, которая в Греции изготовлялась только до упадка ахейских государств. Это хорошо соответствует древнему преданию, согласно которому микенские государства погибли через два поколения после Троянской войны. «Черепки» вообще играют для археологии особую роль, поэтому об открытиях и предложениях, касающихся их, здесь придется рассказать довольно подробно.

Как уже указывалось выше, в определении керамических стилей Блеген опирался на классическую работу шведа Фюрюмарка. Но сам Фюрюмарк, ознакомившись с керамикой из Гиссарлыка, отметил, что Блеген неверно распределил черепки по стилям. Существовали недостатки и в блегеновской методике анализа: например, прослеживая сорта керамики по слоям, он за единицу подсчета брал любой обломок — мелкий черепок и почти целый сосуд. Когда же Блеген натыкался на керамику, «не подходящую» по времени к Трое, он честно фиксировал ее в документации, но при анализе не учитывал, а принимал за случайно попавшую.

В последней четверти ХХ века несколько археологов (Mee 1978; Podzuweit 1982) независимо друг от друга занялись тщательным изучением привозной микенской керамики Гиссарлыка, проследив ее изменения от слоя к слою, от «горизонта» к «горизонту» (слой состоит из нескольких «горизонтов»). Они пришли к выводу о том, что в последние наслоения Трои VI поступала очень поздняя микенская керамика. То есть, что конец Трои VI наступил позже, чем думал Блеген.

Особенно радикальные выводы предложил Кр. Подцувейт, который в основу сравнения клал целые сосуды и крупные обломки и не отбрасывал ничего.

Оказалось, что поступление в Гиссарлык керамики из микенских государств времени их расцвета (стиль позднемикенский III B1) прекратилось не только задолго до пожара, уничтожившего город VIIa, но еще и до землетрясения, разрушившего шестой город. Более поздняя керамика (стиль III B2) вообще не поступала ни в Гиссарлык, ни в другие города Малой Азии или на близлежащие острова. Стало быть, во второй половине XIII века ахейцам было уже не до торговли и не до плаваний в Малую Азию (именно тогда бедствия обрушились на ахейцев материковой Греции). Нет и ранней керамики последующего стиля (III C) — времени упадка, а более поздняя керамика этого стиля появляется, но — вот неожиданность! — тоже еще в слое VI, в самом верхнем его горизонте, то есть опять-таки до землетрясения. А начало стиля III C Подцувейт (вместе со многими учеными) по восточным аналогиям относит не к 1230 г. (как у Фюрюмарка), а к началу XII века.

В слое VIIa (якобы от города, осажденного ахейцами) вообще очень мало керамики того стиля (III C), что относится ко времени упадка, и она не из Греции, это местный, малоазийский вариант того же стиля. Над пожарищем сразу вновь появляется (в очень небольшом количестве) импортная греческая керамика, но даже не следующего по времени, а еще более позднего — протогеометрического стиля, и это уже не самое начало Темных веков. Выходит, что сгоревший город существовал и через века после гибели ахейских государств Греции. Ахейские армии не только не штурмовали его, но и не могли штурмовать: их уже не было. Город опустошен в XI веке. Кем — это другой вопрос.

Прошло два с половиной века, прежде чем в уже запустевшие места пришли первые греческие колонисты античного времени (рубеж VIII–VII веков), построившие тут новый город.

[Манфред Корфман не принял столь существенную передвижку конца Трои VI к нашему времени на 100–150 лет, но всё же отнес разрушение ее к середине или концу XIII века, а конец Трои VIIa — к середине XII века. В связи с этим стало невозможно относить Троянскую войну к сожжению города VIIa: штурмовать его ахейцы уже не могли. Поэтому он с сомнениями (под вопросом) вернул Троянскую войну к концу VI города (Korfmann und Mannsperger 1998:29, Abb. 40). Но там следов ахейского штурма не появилось].

Впрочем, возвращение к Трое VI предложила еще в 1970 г. Хильдегард Вейгель в книге с широковещательным названием: «Троянская война — решение». Принимая на веру пребывание Елены в Египте, связывая взрыв вулкана в Санторине с землетрясениями в Троаде и строя цепь умозаключений, она даже выводит и точную дату падения Трои — 10 октября 1300 г. Эрнст Мейер охарактеризовал ее сочинение кратко: «Дилетантская бессмыслица».

[Но в очень популярной книге «Троя. В поисках Троянской войны» видный британский историк-популяризатор и телеведущий Майкл Вуд (книга его выходила несколькими изданиями — в 1985, 1996 и 2005, переведена на русский в 2007) принял то же решение. Он отстаивал традиционную трактовку «Илиады» (единый автор, один город под двумя именами, микенская Греция — единая империя во главе с Агамемноном, Троя раскопана в Гиссарлыке, Троянская война — факт истории).

Почему, писал он, неприметный Илион оказался в центре греческого национального эпоса? Это возможно, только если Троянская война — реальность (Вуд 2007: 191). А для этого нужно передвинуть ее из Трои VIIa, погибшей уже после гибели греческих городов, в Трою VI. А землетрясение как-то заменить на военный разгром или дополнить разгромом. Это ахейцы так рушили целые блоки толстенных стен разом, снося город. Предметы вооружения, находимые кое-где, это от них, от ахейцев; можно провести какие-то аналогии с микенским... Вуд даже предложил дату реконструированной таким образом Троянской войны — ок. 1260 г. (Вуд 2007:310–315).

Ничего этого не получается по «Илиаде» и по археологии, даже с датировками Блегена. А новейшие исследования исправили датировку Блегена на век-два — подтянули слой пожарища ближе к нашему времени. Но как раз в XII веке ахейцы уже и не могли сжечь Илион, ибо к этому времени от могущества Микен и величия Пилоса остались одни воспоминания. Да и нет в слое, связанном с пожарищем, никаких следов нападения именно ахейцев. Не они, а какой-то другой народ победил илионцев в XII веке. То есть обнаружилось явное несовпадение реальных событий с описанием в «Илиаде» и «Одиссее», коренное несовпадение — по времени и участникам.

Есть еще одна, новейшая попытка сделать традиционную дату более реальной, на сей раз не за счет изменения интерпретации археологических данных, а за счет пересчета цифр античных авторов. Один российский историк пересчитал по-новому поколения в девяти царских генеалогиях, и у него получилось, что по традиционному исчислению Троянская война состоялась не между 1250 и 1184 гг., а в промежутке 988±20 гг. Если же считать по данным Паросского камня (которые он тоже откорректировал), то война падает на 966±15 гг. (Букалов 2007). Что ж, значит, она падает на тот период, в который, по археологическим данным, город стоял запустелым. Когда там не было никого и ничего.