Мое детство прошло в старом Кишиневе, и я благодарен судьбе, что испытал дворовую дружбу и застал двухвековой южнорусский быт, исчезнувший сегодня почти повсеместно. В нашем квартале на улице Вознесенской сложилась дружная компания из моих ровесников разной национальности, не ходивших тогда еще в школу. Мы каждый день встречались и проводили время во дворах друг у друга или гуляя в окрестностях. В те годы в этой части города отсутствовала канализация, но в каждом дворе имелось соответствующее деревянное или каменное сооружение, которое посещали местные жители. Как правило, эти шедевры народной архитектуры находились на задворках в глубине дворовой территории, но отличались почти одинаковым состоянием. Степень их «заполненности» нередко доходила до критического уровня. Туалетный вопрос постоянно обсуждался и критиковался нашими родителями, но очень редко решался городскими властями.

Наша дружная компания с улицы Вознесенской (автор второй слева)

Поэтому приезд специализированной машины в соседний двор, где мы периодически собирались, вызвал в нашей компании ажиотаж. Старенький ГАЗ-51 с цистерной с трудом въехал в узкие деревянные ворота и проследовал в противоположную часть двора – к деревянному сооружению на две кабины. Приехавшие молодые веселые ребята с прибаутками вытащили гофрированную трубу и погрузили ее в переполненную яму. При этом запели переделанную под данный момент песню с профессиональным уклоном. Запомнились лишь две строчки под известную и популярную в те годы мелодию:

Эти нехитрые слова вызвали смех, и мы с удовольствием стали подпевать, наблюдая за спорой работой «говновозников». Взрослые же единодушно прокомментировали происходящее: «Наконец-то!..» Всем казалось, что столь редкая и экзотическая в нашем районе операция хоть на какое-то время сделает более комфортной жизнь местных обитателей.

Увы, как выяснилось, общая радость была преждевременной. Выезжая, переполненная машина неожиданно провалилась задними колесами в яму прямо в центре двора. Озадаченные ассенизаторы быстро узнали, что на этом месте находился старый сортир, который при переносе на новое место был просто закрыт досками и засыпан слоем земли. Естественно, перегнившее дерево не выдержало веса заполненной машины. Водитель с напарником безуспешно буксовали, пытаясь выбраться из ямы, а затем куда-то исчезли. Мы потеряли интерес к происходящему и перебрались играть в другой двор. До наступления темноты машина оставалась на месте.

Следующим утром целый квартал на Вознесенской проснулся от сильного зловония. Ворота соседнего двора были открыты настежь, но машины там уже не было. Зато прямо в его центре зияла открытая и до краев заполненная яма. Видимо, отчаявшись вытащить перегруженную машину, ее водитель с напарником под покровом ночи выкачали содержимое в старую яму и только тогда сумели выбраться из западни. А на память о неудавшейся операции оставили жителям Вознесенской «ароматный» подарок. Не буду повторять русско-еврейские проклятия и соответствующие шуточки, звучавшие несколько дней в этом районе Кишинева, пока коммунальные службы не исправили ситуацию. Но ребята из соседнего квартала какое-то время незаслуженно называли нашу компанию «говновозниками».