1. Женщина в слишком обтягивающей блузке, которая протиснулась мимо меня в магазине «Маркс & Спенсер».
2. Люди, которые собирают дерьмо за своими собаками в пакетик и бросают этот пакетик на землю.
3. Мой собственный аппетит: я постоянно умираю с голоду, Элейн стала с вечера оставлять для меня нарезанные фрукты, завернутые в пленку, чтобы я прямо с утра пораньше могла наброситься на них, как прожорливый Санта-Клаус.
Опять приснился кошмар – на этот раз действие сосредоточилось в ванне в квартире миссис Уиттэкер. Проснулась вся с ног до головы мокрая от пота. На этот раз я резала не Эй Джея, а ребенка. Искромсала ножом собственного малыша.
Все утро не могла думать ни о чем другом. Джим позвал меня помочь ему «укутать сад к зиме», и, хотя это позволило хотя бы урывками отвлекаться, ночной кошмар звучал в голове непрестанным музыкальным фоном. Мы почистили водосточные желоба (Джим залезал на лестницу, а я держала ведро), выскребли воду, убрали на зиму садовую мебель, сгребли листья, а еще Джим послал меня собирать семенные коробочки маков, агапантусов и ворсянок – сказал, что семена можно будет посадить на будущий год, а коробочки можно покрасить золотой краской и украшать ими елку на Рождество.
Вы даже не представляете, как сильно мне бы хотелось предвкушать, как мы станем наряжать елку. Но я была не в состоянии. Я могла думать лишь о том, что на Рождество меня будет отделять от материнства всего два месяца. И спустя два месяца жизнь моя изменится навсегда.
В обед возникла еще одна возможность отвлечься: на пороге возник Кстати-Фредди, которого я, судя по всему, окончательно вывела из себя. Я догадалась об этом потому, что он сказал:
– Рианнон, вы меня окончательно вывели из себя.
– Чем?
– Тем, что назначали мне встречу уже три раза, – сказал он, мрачнея лицом, – и все три раза не пришли. Вчера я прождал вас в кафе «Иллюминатор» два часа – и опять зря. Рианнон, я вам не мальчишка. Если угодно, просто прогоните меня, но перестаньте кормить пустыми обещаниями.
– Простите, – сказала я.
– Я не пойму, вы что, не в себе? Или в чем прикол?
– Просто я с вами играю. Я люблю играть, это весело. А вы разве не любите?
– Назначать встречи и не приходить? Это, по-вашему, весело?
– По-моему, да.
Он покачал головой, зачесал пятерней волосы и ударил себя ладонями по ляжкам. Я почувствовала, что это означает разочарованность и/или «Смотрите, какие у меня прекрасные волосы и суперупругие бедра». Я оценила и то и другое.
– Ну что ж, заявляю вам официально, что с меня хватит, – сказал он. – Не беспокойтесь, больше я не стану дежурить у вас под дверью. Не так уж и сильно мне хочется о вас написать. Ваша взяла. Я выхожу из игры.
С этими словами он зашагал по дорожке к калитке.
– Лана Раунтри, – сказала я.
Он обернулся.
– Вот о ком вам нужно написать.
– Кто такая Лана Раунтри?
– Если хотите запустить в Твиттере тренд #КэнселКрейг
Уилкинс, без Ланы вам не обойтись. Крейг весь этот год с ней встречался. Полиция утверждает, что как минимум одно из убийств повесить на него они не могут. А у нее алиби нет.
Секунду он озирался по сторонам.
– Вы опять меня накалываете?
Я покачала головой.
– Могу дать вам адрес. Отправляйтесь к ней и спросите у нее сами. Защита Крейга теперь переключает все внимание на нее – вот вам и эксклюзив. Если он невиновен, следующая подозреваемая – она. Максимум, чем вы рискуете, это зря потраченным временем на дорогу, если ее не окажется дома.
– А если она дома?
– Тогда вы встретитесь лицом к лицу с новым подозреваемым.