Покинув дом Закиевых, Эмран Сайларов довольно потянулся, расправил плечи. Он едва не заснул, слушая трескотню родителей Зары, и лишь встреча с ней немного встряхнула. Хотя не особо порадовала. Эмран видел, что Зара не из тех девушек, что бросаются на шею любому богатому папику, готовые развести ноги хоть перед самим шайтаном. Это усложняло задачу, но, впрочем, не делало ее неразрешимой. Эмран был уверен, что Зара сломается и даст согласие, что в глубине души она давно уже согласилась. Лишь какие-то тупые девичьи понятия не давали ей ответить сразу, из-за чего он терял драгоценное время на все эти поездки и посиделки.

Эмран забрался в арендованную машину, откинулся на спинку и, прикрыв глаза, вызвал в памяти образ Зары. Она так трогательно сидела на краешке дивана, так упорно таращилась в пол. Не от стыда, он это прекрасно понимал. Он был ей неприятен. Эмрана это мало трогало. «Стерпится – слюбится» – так он считал, и его теория работала. Альбике тоже поначалу не хотела за него идти. Потом смирилась, а потом и вовсе полюбила. И Зара полюбит… А даже если и не полюбит, то просто будет принадлежать ему.

Мысленно Эмран провел взглядом от ступней иллюзорной Зары, обутых в милые плюшевые домашние тапочки, вверх по стройным лодыжкам и застрял в области коленей, так как дальше начиналась строгая темная юбка. Однако это была лишь секундная заминка – он достаточно повидал женских ножек, чтобы без труда представить, что скрывал жалкий кусок ткани. Эмран почувствовал, как быстрее заколотило сердце, облизнул вмиг пересохшие губы и завел мотор, чтобы отвлечься. Скорее бы провести по этому маршруту не взглядом, а рукой. Грудь девушки скрывала свободная кофта, но он еще на той свадьбе благодаря обтягивающему платью прекрасно запомнил каждый аппетитный изгиб. Именно с той проклятой свадьбы и началось его помешательство.

В тот день Эмран Сайларов был не в настроении, впрочем, как и всегда, когда ему приходилось куда-то выбираться из Москвы ради старых друзей. С одной стороны, он, как и в молодости, глубоко уважал Ясира, но с другой… Взбрело же тому в голову выдавать замуж дочь, как раз когда дела закипели особенно бурно! Но Эмран не хотел обижать друга, их и так осталось не много – тех, к кому можно обратиться в любое время суток, в любую геомагнитную обстановку, в любом состоянии, с любым счетом на банковской карте.

Увязавшийся с ним Мика, которого хлебом не корми, дай только тему для репортажа или видео, тоже, как обычно, бесил. Эмран терпеть не мог публичность, поэтому избегал светских мероприятий, не вел никаких аккаунтов в сетях и требовал того же от других членов семьи. Только Мика, всеобщий любимчик, избежал запрета и периодически испытывал терпение отца. Он, видите ли, журналист. У него, видите ли, должна быть постоянная практика. Надо было засунуть его на экономический, и дело с концом, но на четвертом ребенке Эмран устал морально давить и просто дал денег «на мечту».

Сидя на свадьбе дочки Ясира и отсчитывая время, когда можно уже будет уйти и не показаться невежливым, Эмран безучастно осматривал гостей – своих земляков и землячек, как вдруг увидел ее. Что это было – он так и не понял. Стрела Амура? Помешательство? Девушка, имени которой он тогда еще не знал, завладела его вниманием сразу. Весь зал вдруг исчез, музыка затихла. Кто-то обращался к Эмрану, но он не слышал. Не мог отвести взгляд от незнакомки.

«Эмран Раифович? Эмран Раифович? – кто-то тронул его за руку, и он перевел рассеянный взгляд на соседа по столу с ощущением, будто только что слетал на Луну и обратно. – Так вот насчет детской площадки у нашего садика… Администрация третий год не может выделить средства…»

Некоторое время Эмран слушал директора детского сада, но потом не смог совладать с собой и снова посмотрел на девушку. И опять, и опять. После третьего раза он усилием воли заставил себя прекратить эти гляделки и выслушать директора до конца. И даже пообещал профинансировать полностью обновление площадки, хотя в другой день выделил бы максимум половину суммы.

Продержавшись минуты две, Эмран снова посмотрел туда, где сидела та девушка, не нашел ее на месте и обнаружил, еле заметную среди молодежи, образовавшей круг для танцев. Ну как же хороша! Просто ангел! Большие глаза, взгляд добрый-добрый. Пухлые губы разошлись в улыбке… А когда она вышла с кем-то в круг – не танцевала, нет, плыла. Вместе с почти физическим наслаждением Эмран вдруг ощутил и другое, давным-давно забытое чувство. Ревность.

Нет, бред! Что за дела? Зачем он ревнует? С какой стати? И все-таки он ревновал и не мог отвести от пары завистливых глаз. Когда парня сменил Мика, Эмран пожалел, что взял его с собой. Стоило этому сопляку, его сыну, поманить ее пальцем, и она наверняка поползла бы за ним на коленях. И за его молодостью, и за популярностью, и за его деньгами. Эмран потерял первое, не мог предложить второе. У него были только деньги… Нет, бред.

А потом произошло похищение. Парень, танцевавший первым, проник в круг, вместе с другом подхватил девушку и поволок к выходу. Эмран не сдержался и вскочил с места, собираясь броситься на помощь, но остановился – не к лицу Сайларовым бегать по разборкам и драться за женщин. Сайларов-младший, впрочем, побежал за похитителями… с камерой в руке.

– Кто это? – опускаясь на стул, невозмутимым тоном спросил Эмран директора детского сада, хотя внутри все сгорало от боли.

– Девушка – это Зара Закиева, а парень – Рамин Юсов, – с готовностью ответил тот.

– Что-то никто не бросается ей на помощь, – заметил Эмран.

– Они и так собирались пожениться, насколько я слышал. Только родители ее против были. Семья Рамина небогата. Вот парень молодец, борется за свое счастье!

Эмран презрительно взглянул на директора. Наивный человек. За счастье борется этот пацан… Как же. Неудачник, который не в состоянии заработать достаточно, чтобы понравиться родителям девушки.

– Наверное, родственники будут недовольны? – осторожно спросил он.

– Спрашиваете, Эмран Раифович! Скандал будет ужасный. Но, думаю, придется им смириться, сами понимаете. Если ночь там проведет, кто потом ее возьмет замуж?

Эмран понимал. При мысли о том, что какой-то мелкий баран притронется к Заре, он едва не вскочил снова. Но спокойно. Спокойно. Ночь еще не прошла. Если действовать быстро и без истерики, девушка-ангел будет спасена.

– Я мог бы попробовать помочь им договориться, – задумчиво произнес Эмран.

В его голове уже выстроился простой и гениальный план. Осталось выяснить адрес нахала Юсова.

– Правда, Эмран Раифович? – Директор всплеснул руками от радости. – Вы могли бы заступиться за Рамина? Он неплохой парень, я же его с садика знаю. А мамаша Зары денежки любит…

– Да-да, конечно, – перебил Эмран. – Куда он ее увез?

– К своим, наверное… Куда еще.

Директор назвал адрес, и Эмран быстрым шагом вышел из банкетного зала.

– Па, ты куда?

Едва Эмран собрался завести машину, к ней подошел Мика.

– Сейчас вернусь, – бросил он. – Никуда не уезжай, понял меня?

– Куда я уеду без тачки, – пробурчал сын.

Эмран еще помнил главные улицы родного городка и быстро нашел дом Юсовых. Он припарковал джип в паре сотен метров от ворот, но не спешил выходить из машины. В планы его не входило уговаривать родителей девушки, чтобы они благословили молодых, – о нет. Он собирался предложить деньги родителям парня, чтобы они отказались от нее. Эмран еще толком не знал, зачем ему это нужно и что будет потом, но дал себе слово: Рамин Юсов не женится на Заре. Пока он размышлял, какую сумму предложить Юсовым, и готовил речь, подъехали еще две машины – простенькие «Лады», из которых вышли трое мужчин и женщина, наверняка родные Зары.

Эмран, хотя и считал себя москвичом, до поступления в институт жил в родной республике и хорошо знал местные обычаи. Сейчас должны были начаться разговоры-уговоры, и тот победит, кто более настойчив и красноречив. Или кто сделает такое предложение, от которого невозможно отказаться. Поправив ворот рубашки, Эмран вышел из «Мерседеса» и неспешно направился к воротам дома.

Стучаться не пришлось, калитка была открыта. Во дворе в тени навеса паслись двое парней, в одном из которых Эмран сразу признал главного похитителя.

– Добрый вечер! – поздоровались они. – Вы кого-то ищете?

Они его не узнали. Тем лучше.

– Я хочу поговорить с хозяевами.

– Эм… Простите. – Похититель, Рамин, замялся. – Сейчас у них важные дела. Я могу чем-то помочь? Что-то передать?

– Позови хозяев, парень, – беззлобно, но строго сказал Эмран. – Это еще важнее.

Ребята переглянулись, и Рамин зашел в дом. Пока его не было, Сайларов быстро осмотрел двор. Дом, в который привезли Зару, был небольшой, саманный. Эмран даже удивился, что такие еще сохранились. Дворик узкий – несколько плодовых деревьев, в углу у забора груда рухляди и металлолома. Плитка под ногами потрескалась и кое-где обломилась. Директор оказался прав, Юсовы не могли похвастаться даже средним достатком, и Эмран быстро прикинул, какая сумма будет достаточно внушительной для их семейства.

– Что случилось?

На пороге дома показался мужчина, ровесник Эмрана, и вгляделся в темноту. Эмран облегчил ему задачу и выступил в падавший из-за двери свет.

– Эмран Раифович?.. – опешил хозяин.

В отличие от молодежи, взрослые лучше знали своих именитых земляков.

– Да. – Эмран протянул руку, и Юсов осторожно ее пожал.

– Чем я могу вам помочь?.. Ой… Заходите, пожалуйста!.. – забормотал он. – Простите, у нас сейчас такая суета. Сын девушку украл. Знаете, молодые дурные головы…

Сайларов принял приглашение и зашел в дом. Его проводили на кухню – видимо, все комнаты дома уже были заняты.

– Что вам предложить, даже не знаю… – тараторил Юсов. – Жена сейчас с матерью девушки говорит. Эта женщина – просто шайтанка. Не дает нашим детям пожениться. А ведь он Зарочку со школы любил, говорил, что только на ней… А она ни в какую.

– И что, девушка согласна? – напряженно спросил Эмран.

– Была согласна поначалу. А теперь мать ее, видно, надоумила и запугала, и она упрямится. – Юсов усадил гостя на табуретку и присел напротив. – Боится матери девчонка-то. А так любит его, точно говорю. Ой, что это я все о нас. Чем могу помочь?

Эмран поерзал на неудобной табуретке и откашлялся, обругав себя за несдержанность и за то, что загнал себя в глупейшую ситуацию. Но отступать было некуда.

– Вы знаете, вообще-то именно по этому вопросу я и пришел. Я стал свидетелем похищения этой девушки и решил выяснить, могу ли что-то сделать, чтобы уладить конфликт. Поэтому и поинтересовался, согласна ли сама девушка.

– О… – произнес Юсов, не ожидавший такого внимания к своей семье. – Я признателен. Я уже говорил, что родители девушки против, но мы надеемся вправить им мозги. Если и вы с ними поговорите…

Эмран поднял руку, прерывая речь собеседника.

– Я современный человек, и я считаю, что девушка вправе сама решать, хочет ли она выходить замуж. Это крайне важно для меня, у самого две дочери. И, исходя из ваших слов, я так понял, что ваша похищенная невеста против?

Юсов замялся.

– Она боится. Матери-то. Мать у нее…

– Она вам сама это сказала? – перебил Эмран. – С девушкой кто-нибудь разговаривал? Домыслы тут ни к чему.

– Сейчас… – Хозяин неуверенно поднялся. – Я жену спрошу.

Когда Юсов вышел, Эмран медленно выдохнул и прикрыл глаза. Пока все шло не так уж плохо. Странно, конечно, выглядело его вмешательство в местечковые разборки, но богатым людям позволительно иметь свои причуды. Правда, если эта Зара согласна идти за Рамина… Тогда он на словах благословит их брак, мысленно проклянет, даст денег на приданое и вернется в Москву. И забудет про временный приступ страсти. Забудет, правда?

Вернулся Юсов с супругой.

– Вы говорили с девушкой? – сразу спросил Эмран.

Его зад болел, непривычный к табуреткам.

– Да, мы уговариваем ее, – стесняясь, проговорила женщина. – Она боится, поэтому пока отказывается. А так она согласна.

Эмран усмехнулся железной логике этого утверждения. Он предпочел бы сам спросить Зару и наверняка увидел бы по глазам, врет она или действительно не хочет оставаться. Однако это было бы уж слишком нагло, и он не рискнул настаивать на встрече.

– Боится-боится, – передразнил Сайларов. – Только и слышу, что боится. Если девушка рада, что ее украли, это бывает видно. Кого вы обманываете? Она не хочет идти за вашего сына.

Юсов открыл было рот, но Эмран жестом остановил его и продолжал:

– Давайте все уладим по-другому. Я понимаю, что вам гордость не позволяет отпустить ее просто так. Я готов компенсировать ваши моральные страдания. Сколько?

Вконец обалдевшие Юсовы смотрели на гостя, разинув рты. Эмран догадался, что до них дошел смысл не всех его слов, но слово «сколько» они поняли наверняка.

– Ну… Мы… Я даже не знаю… – вместе заговорили они.

– Подумайте, – спокойно давил Эмран. – Назовите сумму. Сыну найдете хорошую нестроптивую невесту. Ведь какая сноха из обиженной девушки? Нехорошо это. Со своими соседями еще ругаться. Зачем вам это надо?

– Мы должны посоветоваться, – быстро проговорил Юсов и потащил жену прочь из кухни.

Не выдержав, Эмран встал с места и сделал несколько шагов, чтобы размяться. Очень захотелось в свое мягкое кожаное кресло в кабинете, подальше от этого саманного домика, от этих примитивных людей, не понимавших выражения «моральная компенсация». А потом он вспомнил Зару, и в груди защемило, а по телу прокатилась волна желания, какой он не чувствовал уже так давно. Нет, он не уйдет отсюда, пока не выкупит ее!

Эмран ждал довольно долго. Наконец в кухне снова появились Юсовы.

«А теперь посмотрим, сколько стоит любовь вашего сына», – ехидно подумал Сайларов.

– Миллион! – выпалил Юсов.