О-т-с-т-о-й.

Нет, серьезно, нет ничего отстойней, чем перебирать книги Тары и отклеивать стикеры. Бесполезное занятия, на которое она тратила уйму времени.

– Может, в следующий раз ты будешь поменьше клеить? – пробурчала я, снимая с одной страницы четыре стикера.

– Тебе все равно нечего делать.

– Мне? – Я наигранно приложила руку к груди. – Пока Минхо не вернулся, мы с Анатолием ответственные за камеры! Да, Анатолий?

Свинья любопытно вертелась вокруг нас, то подбегая к стикерам, то обегая от них. Несколько разноцветных полосочек приклеивались к ее пятачку, и тогда я доставала телефон, чтобы сделать фотографии, чтобы позже отправить их Рэю.

– Зачем два синих стикера на одной странице?

– Там был грустный момент. – Пожала плечами Тара. Я недовольно уставилась на нее.

– Ты могла приклеить один, итак было понятно, что это грустный момент.

Реджина бодрым шагом прошла мимо нас. Слишком довольная для той, кто ничего не делает.

– Эй, блонди, найди себе занятие! – Рявкнула я.

– Я только вернулась из лаборатории.

Мои глаза закатились. Я не была бессердечной и прекрасно знала, почему Реджина так вцепилась в лабораторию.

Даже если бы это не принесло никакого результата. Ей просто было необходимо чувствовать себя нужной.

Но все равно меня раздражало, что она сваливала каждый божий день, вместо того, чтобы заниматься бытовыми делами. Я не нанималась домохозяйкой. И уж точно не планировала тратить вечер пятницы на то, чтобы отклеивать стикеры.

Не менее довольный Билл зашел следом за Реджиной.

– Эй, красавчик, иди сюда и помогай!

– Я собираюсь готовить ужин.

– Пэйдж. – Тара шлепнула меня по руке. – Отстань от них.

– Меня бесит, что никто не страдает так же сильно, как я, – прохныкала я.

– Эгоистка.

– Да.

Я сделала вид, что вытираю слезы, но у Тары это движение вызвало улыбку. Ладно, хоть кому-то я подняла настроение.

Потому что другая часть команды не отвечала на мои сообщения. Та часть, которой юмор был жизненно необходим.

Я как никто другой знала, что горе нельзя недооценивать. И оно не всегда заключалось в смерти человека.

Взять моего отца.

Потерянный бизнес для многих лишь промах, но для него – начало похоронного марша нашей жизни. Все пошло под откос, когда он медленно, но верно разрушал наши жизни, не в силах справиться с тяжестью собственного горя. Я была ребенком и не понимала, почему отец придает этому такое огромное значение. Но мама понимала и пыталась ему помочь.

Пыталась снять с его плеч часть груза.

У нее не получилось.

Финал нашей истории вышел, как сказала бы Тара, стеклянным.

Поэтому я надоедала Алекс и Джексу. Заваливала их глупыми сообщениями, пытаясь перетянуть на ту сторону, где жизнь все еще продолжалась. Где их любили, где по ним скучали, где их ждали.

Да, даже Джекса.

Чертов ублюдок.

Ройс не должен был брать удар на себя. Мы семья и вместе справляемся со всеми проблемами.

Один падает – остальные ловят. Одно из сотен правил Соколов.

Тара пододвинула ко мне еще одну стопку книг. Я не выдержала и рухнула, раскинув руки и высунув язык.

– Давай, Пэйдж, выбирай, книги или ужин? – Все еще довольный Билл порхал по кухне, как чертова бабочка.

– Выбираю мартини.

– Мартини нет в списке, – заметила Тара, и я не выдержала и ущипнула ее. Она взвизгнула и угрожающе вскинула книгу. Если кто-то думал, что Тара красноволосый ангелочек, то этот кто-то был не я.

Она чертова банши, обожающая кровь и глазные яблоки. Ни с проста она вырезала их у каждой из своих жертв. Ублюдок, держащий ее в подвале, заставлял делать мерзкие вещи, предпочитая отсиживаться у стены и смотреть на нее, надрачивая свой вялый член.

Ученые должны были научиться воскрешать людей только для того, чтобы некоторых из них я собственноручно убила.

Внезапно свет вырубился. Весь дом погрузился во мрак, а с учетом того, что за окнами то же было темно, я не могла различить даже очертания Билла. Анатолий поддался панике, завизжал и начал носиться, заставляя Мистера Котика зашипеть.

– Блядь, – выругалась я, хватая ноутбук с открытыми камерами, – Билл, вруби чертов генератор.

Билл не успел сдвинуться с места. Странный хлопок со стороны базы донесся до нас.

Слишком громкий для вечера пятницы, с учетом того, что Минхо должен был закончить мучить солдат и вернуться домой, чтобы координировать Алекс.

– Какого…, – я не успела договорить. Раздался второй хлопок, и пол подо мной завибрировал.

Соколы на заднем дворе загорланили, а следом раздались странные звуки, словно птицы пытались сломать вольер. Юрий издал протяжный гогот, из-за чего мое сердце суматошно забилось.

Никто из нас не двигался. Мы молча смотрели друг на друга, пока подозрительная тишина окутала дом. А после раздался мощный взрыв. Такой сильный, что особняк дрогнул.

Тара схватила Анатолия и Мистера Котика, пока я судорожно водила рукой по полу в поисках тайника с оружием. Подцепив ногтем дощечку, вытащила три пистолета и два ножа. Мозг лихорадочно пытался вспомнить, где лежали маски, но благо Билл соображал быстрее меня.

– Что происходит? – Выбежала напуганная Реджина.

– Спрячься с животными, – крикнула я ей и закрепила на лице маску. Нужно было убедиться, что на нас напали, прежде чем сообщать об этом Алекс. Все прекрасно знали: она первым же рейсом прилетит сюда.

Мы с Биллом выбежали на улицу. Один столб дыма тянулся от здания тренировочного центра, второй – со стороны общежития. Чутье подсказывало не выходить за пределы ворот, но Минхо все еще не вернулся домой. Когда осознание накрыло нас, Билл первый рванул к нему.

Не успел он скрыться за воротами, как послышался третий хлопок. Земля под ногами качнулась, но я выстояла и сняла пистолеты с предохранителя. На мне была лишь кофта и штаны, которые обычно таскала Алекс. Босая, я стояла перед домом и ждала.

Солдаты не могли быть целью нападавших. Их интересовали Соколы.

По обеим сторонам от меня раздались взрывы. Забор разлетелся, камнями приземляясь возле моих ног. Тара наконец-то выбежала из дома, но сразу же остановилась. Ее глаза наполнились страхом и слезами. Я с трудом расслышала имя:

– Юрий.

– Стой!

Сердце заклокотало в груди, когда Тара рванула обратно в дом. Я открыла огонь, замечая, как сквозь бреши в заборе пробираются неизвестные солдаты. Мне нельзя было оставаться на виду, поэтому я медленно отступала, умоляя Тару быстрее спрятать гуся и додуматься выпустить Соколов.

Ком подкатил к горлу. Предательская память напомнила о чертовых пулях и больнице. На несколько секунд я оцепенела. Мощная волна паники захлестнула тело, утаскивая меня на дно. Палец бездумно сжал на курок, все еще движимый инстинктом убивать. И внезапно перед глазами возник призрачный образ Джекса. Его серые глаза полные ненависти и ярости впились в мое лицо, а ладонь звонко врезалась в щеку.

Не сдавайся, идиотка.

Я разозлилась на него, даже когда он находился за тысячу километров от меня.

Кусок дерьма.

– Пэйдж, – рявкнула Реджина, окончательно возвращая в реальность. Только сейчас я заметила, что успела спустить все обойму.

– Где животные?

– Тара прячет их.

– Ты тоже должна была спрятаться.

Реджина что-то пробормотала, но выстрелы поглотили все звуки. Солдаты, которых я успела убить, валялись у забора, а другие не спешили проникать на территорию. Мне нужно было вытащить из дома гранаты, но я не могла оставить Реджину одну. В ее крови не плескалась сыворотка, и любая пуля могла убить ее.

Отсутствие Билла и Минхо кислотой разъедало грудь. В крови бурлила ярость, ища выхода, но свистящие пули не давали приблизиться. Я не хотела проверять их состав. Я старалась оставаться хладнокровной и не позволят импульсивности управлять моими решениями.

Тара с маской на лице остановилась рядом со мной и передала автомат и гранату.

– Прикройте меня, – бросила я и спустилась по ступенькам, приближаясь к той части забора, где было больше солдат. Резко сорвала чеку и швырнула гранату. Взрыв отбросил солдат, осколки убили нескольких, однако с другой стороны на нас продолжали наступать.

Мы отстреливались до тех пор, пока не опустошили обоймы. Я не могла вступить в ближний бой, потому что тогда некому было бы приглядывать за Тарой и Реджиной. Мы медленно отступали, пока солдаты пролезали на нашу территорию. У одного из них я заметил бронзовую маску. Сердце ухнуло в желудок, а на глаза навернулись слезы.

– Назад, – прошептала я, не уверенная, что к утру кто-то из нас останется в живых.

Электричества все еще не было, так что я пыталась в темноте вспомнить и отыскать оружие, которое Алекс так услужливо спрятала. Истошный крик с улицы заставил меня на мгновение замереть. Я перевела взгляд на Реджину, понимая, что она обуза.

Она и животные.

– Быстро спускайся в подвал, – прорычала я, – возьми всех животных и спускайся в подвал. В комнате с камерами есть ключи. В конце коридора дверь. Открой ее и иди, пока не упрешься в тренировочный центр.

– Нет, – рявкнула она.

– Реджина, пожалуйста, спаси их, – чуть ли не плача, взмолилась Тара, – они не смогут себя защитить.

Окна на кухне разлетелись на осколки. У нас не было времени, чтобы принять взвешенное решение.

– Беги! – Не выдержала я, отталкивая Реджину. – Даже если дом взорвут, подвал не пострадает.

Реджина помедлила, но кивнула. Мне нужно было позаботиться и о Таре, вот только я точно знала, что она не оставит меня одну.

– Она не утащит всех животных, помоги ей и возвращайся.

Тара вместе с Реджиной рванули в правое крыло, а я обвела взглядом гостиную.

– Пэйдж!!! Тара!!! – Мне показалось, что голос принадлежал Биллу. Я быстро смахнула слезы и ногой пробила дыру в стене, пытаясь найти дурацкий тайник.

Наконец-то я нащупала несколько гранат и пистолеты. Краем глаза заметила, как Тара и Реджина бегут с животными в подвал. Я знала, что Тара возненавидит меня за это, но любила ее так сильно, что готова была за нее умереть.

Как только они спустились в подвал, я заперла дверь и пододвинула комод. Дрожь сотрясала мое тело, и впервые за долгое время я обратилась к Богу, умоляя сохранить им жизни.

Пули врезались в мое тело раньше, чем я успела открыть огонь. Мои глаза на мгновение закрылись. Ощущения были знакомые, как и боль, так что это не те самые пули, которыми стреляли в Джекса, Тару и Алекс.

Алекс.

Осознание острой стрелой врезалось в голову. Пока остальные Соколы атаковали «Плазу», она в одиночку должна была украсть Эмилио. И только мы должны были координировать ее, чтобы она не попала в лапы ни копов, ни Фрателли.

Каждая клеточка в теле наполнилась ненавистью. Я выпускала пулю за пулей, укладывая солдат на входе и не давая пробраться им в дом.

Мне не нужен был монстр, чтобы без разбора убивать.

Я сама была монстром.

Беспощадным, неконтролируемым, сумасшедшим.

Убивающим и за меньшее.

Я выбросила автомат и вытащила ножи. Первый же солдат, ворвавшийся в дом, сразу замер, как только лезвие вонзилось в его шею. Его глаза расширились, булькающий звук вырвался из горла. Я провернула рукоятку, хватая мужчину за плечо и притягивая к себе.

– Готов сдохнуть, сладенький?

Он не успел ответить. Рывком я вытащила нож и снова вонзила, заставляя мужчину захлебываться собственной кровью. Его тело грузно упало, и, прежде чем напасть на следующего, я провела окровавленным лезвием по маске, жадно вдыхая запах крови.

И если мне суждено сегодня умереть, то я утащу в ад всех, кто посмел причинить нам боль.

Звуки выстрелов продолжали доноситься с улицы, но я стояла на месте и не впускала никого из солдат. Трупы усеяли коридор, густая кровь стекала по моему лицу, просачиваясь под маску. Ярость клокотала в моей груди, требуя больше смертей.

Позади доносился глухой стук. Я знала, что Тара пытается выбить дверь, но пока она там, внизу, ей не грозит опасность. Рано или поздно, Реджина утащит ее за собой. Вот только никто не спасет чудовищ.

Если бронзовые маски не убьют меня, то это сделает Алекс.

Дьявол.

– Пэйдж!!! – Крик Тары прорвался сквозь все остальные звуки. Я крепче сжала челюсть, продолжая разрезать грудь солдата. Пришлось резко развернуть его к себе, когда новый залп выстрелов прошил тело.

Голова резко закружилась. Я до крови прикусила губу, надеясь, что Билл и Минхо смогли отбиться и хоть раз в жизни действовали как напарники, а не чертовы враги.

Убив последнего солдата, я смахнула мокрые пряди со лба и собрала валяющееся оружие. Кровь покрывала каждый дюйм кожи. Ее запах вперемешку с терпким ароматом смерти наполнил гостиную. Я жадно втянула воздух.

Три автомата. Две гранаты. Один нож.

И полный двор солдат, целящихся в меня.

– Пэйдж, беги!!!

Я перевела взгляд на ворота, где Билл тащил Минхо, прижимающего руку к животу.

– Нет, – прошептала я.

Откуда-то сбоку донесся громкий выстрел, а следом за ним резкий хлопок. Словно в замедленной съемке я смотрела, как снаряд со свистом летел в сторону дома.

Я не успела убежать.