На президентских выборах произошел региональный электоральный раскол, который, с одной стороны, дробил политические лагеря, а с другой – облегчал политическим элитам получение голосов и их конвертацию во власть. Например, решение очевидной проблемы русского языка, которому надо было предоставить статус государственного по белорусской схеме – через референдум, откладывалось от выборов к выборам. Всякий раз поднятая на предвыборные знамена, она автоматически определяла политика в тот или иной лагерь.
С электоральной точки зрения общество представляло собой два полюса, голосующих радикально противоположным образом: на одном – Донбасс (Донецкая и Луганская области) и Крым с Севастополем, на другом – Западная Украина (семь небольших областей). Остальные соседние регионы тяготели к этим полюсам, что проявлялось в голосовании за политические партии. Так, на Донбассе в 1990-е годы коммунисты получали подавляющее большинство, в то время как во Львове и Тернополе не могли преодолеть и 5 %-ный барьер. Аналогично обстояли дела с идеологическими оппонентами коммунистов – «Рухом», который на Донбассе не пользовался поддержкой, а во Львовском облсовете был правящей партией. В Раде такая полюсная политическая система приводила к внешнему разнообразию, на президентских выборах – к радикализации и вечному второму туру.
Феномен одно- и двухтуровых президентов подробно разобран в книге «Украинская трагедия. Технологии сведения с ума». Здесь отмечу лишь, что второй тур дает победу и власть, но не снимает накопленные противоречия в обществе: если президент побеждает во втором туре, это значит, что победил не его рейтинг, а проиграл антирейтинг оппонента.
В 1994 году Кучма победил не потому, что был популярнее Кравчука, а потому, что Кравчук был непопулярнее Кучмы. Так и получилось: в первом туре Кравчук набрал 36 % голосов и обогнал Кучму с его 31 %, но второй тур принес Кучме победу с результатом 52 на 45 %. С тех пор на всех украинских выборах президента реализуется единый сценарий: выбор лучшего из зол. Это можно видеть и в дальнейшем – в событиях 1999, 2004, 2010 и 2019 годов.
Параллельно с выборами президента № 2, которым стал Леонид Кучма, прошли выборы в Раду № 2. Они проходили по очень странной системе: в каждом одномандатном округе – маленькие выборы со своим вторым туром. Еще имелось требование к явке – не менее 50 %. Избиратели уже весной 1994 года не проявили интереса к предвыборной кампании, из-за чего в 90 % округов выборы не состоялись. После переголосовки явку удалось поднять, но даже тогда 25 % округов оказались «за бортом» из-за нежелания людей голосовать. На этом приключения не закончились. По закону победитель должен получить 50 % + 1 голос, поэтому в некоторых округах выборы проходили в три и даже в четыре тура. При этом Рада № 2 все равно осталась недоукомплектованной, а довыборы проводились еще несколько лет.
Результаты президентских и парламентских выборов 1994 года зафиксировали основные идеологические и региональные противоречия, а также отчуждение общества и государства, выраженное в нежелании участвовать в политической жизни республики. Не менее показателен состав Рады № 2: беспартийные самовыдвиженцы составили большинство в 50 %, самая большая фракция коммунистов получила 12 % мандатов, а «Рух» – всего 5 %.
Как вышло, что всего за пять лет Рада качественно преобразилась? Мало того, что вчерашние коммунисты потеряли большинство, они еще и раскололись. Появились отдельная КПУ (Коммунистическая партия) и самостоятельная СПУ (Социалистическая партия), неотличимые на уровне лозунгов и эксплуатировавшие понятную ненависть озлобленных и ностальгию смиренных граждан. Эти партии отличались своей электоральной и кадровой базой. КПУ стала партией востока, преимущественно Донбасса, так как ее возглавил бывший вожак комсомольцев из Макеевки (город-спутник Донецка). Социалистов вел пресловутый Александр Мороз, который хоть и сыграл ключевую роль в голосовании коммунистов за незалежность, но затем утратил контроль над самой большой фракцией. В 1994 году парламентские выборы проходили на несколько месяцев раньше президентских, поэтому Мороз рассматривал их в качестве трамплина. Действительно, в дальнейшем он участвовал в президентских выборах и набрал 12 %, сделавших его обладателем «золотой акции». Поддержав во втором туре Леонида Кучму, Александр Мороз конвертировал третье место на президентских выборах в пост спикера Рады № 2.