В это же время Тун Яо, закончив разговор, направилась обратно в зрительный зал и услышала, как комментаторы продолжают обсуждать матч.
Комментатор А:
– …И счет у нас сейчас 2:1. ZGDX ведет на одно очко. Если СК не возьмет себя в руки в следующем раунде, они, скорее всего, упустят шанс взять чемпионский титул и попасть на Международный турнир межсезонья.
Комментатор В:
– Надо отметить, что этот матч также очень важен и для ZGDX. И дело не только в путевке на международный турнир. Ведь это последняя игра в профессиональной карьере Великолепного Мина! Мне думается, ему бы очень хотелось поставить достойную точку…
Тун Яо глянула на часы: с начала первого раунда прошло уже три часа. Долго! Мало того, что это серьезное испытание для психики любого игрока, но для Мина, мидера ZGDX, такой темп сейчас был особенно неблагоприятным.
От менеджера Сяо Жуя она знала, почему Великолепный Мин так поспешно решил покинуть игру – в середине весеннего турнира у него неожиданно обострилась травма запястья. Это случилось в одночасье: просто однажды утром он проснулся и обнаружил, что больше не может выдерживать интенсивные тренировки. И если ему случалось играть с усиленной нагрузкой, то потом он едва мог удержать стакан воды.
Хорошо хоть, что обычные матчи в сезоне игрались по принципу «до двух побед» и ограничивались тремя раундами. Поэтому влияние травмы было не столь ощутимым: команда ZGDX уверенно заняла первое место в своей группе и вышла оттуда в четвертьфинал. А там хоть и применялась система «до трех побед в пяти раундах», они играли так мощно, что за три раунда растоптали соперника всухую. И вся игра завершилась меньше чем за час.
Но вот команда СК как противник оказалась крепким орешком. Прошло три часа, и теперь Тун Яо задавалась вопросом: Мин сможет вообще продолжать со своей травмированной рукой?
Обратно в зал она вернулась с чувством неясной тревоги. Вот-вот должен был начаться четвертый раунд: игроки уже вышли из зоны отдыха и расселись по своим местам. Девушка сразу обратила внимание, что Великолепный Мин выглядит заметно уставшим, а на запястье у него надет бандаж. А воду он себе налил, используя только левую руку. Сердце у Тун Яо на мгновение замерло и заныло в плохом предчувствии…
Тогда она перевела взгляд на СК. Цзянь Ян сидел молча, с опущенной головой и смотрел исключительно в монитор. Она уже видела его таким два года назад. В то время он только начинал играть и, хотя уже закрепился в основном составе, временами показывал нестабильную игру. Как-то раз после одного проигранного матча на него обрушился шквал критики в интернете, и вечером в тот день во время видеосозвона с Тун Яо он выглядел точно так же…
А на следующее утро, проснувшись, она обнаружила его в той же самой позе, что и вечером, когда уходила спать. Только теперь он весь с головой ушел в игру. Девушка заглянула в статистику: за всю ночь одни победы, ни одного поражения. В каждом раунде Цзянь Ян тащил свою команду к победе. И к утру из Алмаза I на корейском сервере перебрался в Мастера, набрав еще около сотни очков сверху.
Что же получается, он опять вошел в состояние «бешеного берсерка»? Подумав об этом, Тун Яо с досадой нахмурилась и прикусила палец. Неужели это из-за того, что она назвала его криворуким, а его игру – позором для прощального матча Мина?
Нехорошо получилось. Проклятие, ну кто ее за язык тянул? Сказала бы просто: «Что ж, спасибо тебе за нашу победу. Продолжай в том же духе». И все!
Тун Яо растерянно смотрела на экран. Начался четвертый раунд. И да, как она и предполагала, к Цзянь Яну вернулся боевой дух, и игра выдалась крайне напряженной. Тридцать пять минут обе команды шли практически ноздря в ноздрю, и ни одной не удавалось вырваться вперед по ресурсам. И только на тридцать восьмой минуте, когда Везунчик ловко отвлек внимание противника на топе, а кэрри, Бабочка, сдерживал наступление на миде, Цзянь Ян с помощью саппорта и мидера оперативно одолел одного из эпических боссов. И с полученным от него баффом СК очень скоро перешла в наступление на ZGDX.
К этому времени по лицу Великолепного Мина уже было заметно, что он устал. Да и его движения стали не такими ловкими. Зрители первых рядов, в том числе и Тун Яо, могли видеть, что несколько раз после каких-нибудь резких действий он машинально опускал взгляд на запястье. И это само по себе говорило о том, что долго он не продержится.
Тун Яо заволновалась, а ее соседка А-Лу опустила табличку и вновь залилась слезами. Она не говорила ни слова, лишь плакала. Тун Яо протянула ей вторую пачку платков, а сама написала сообщение менеджеру команды: «У Мина совсем плохо с рукой. У вас есть замена?»
Через несколько секунд пискнуло входящее сообщение: «Да. Это было ожидаемо. В следующем раунде заменим. (Т_Т) Хрен с ним, с турниром, если у Мина могут быть серьезные проблемы с рукой из-за него».
Тун Яо вздохнула с облегчением. Из-за того, что список всех игроков, и основных, и на замену, на таких соревнованиях подается еще до начала сезона – она сама, хоть и подписала контракт с ZGDX, не могла сейчас выходить на сцену в составе команды. Так что следующий раунд должен будет сыграть нынешний заявленный дублер. Хотя в эту минуту ей отчаянно хотелось запрыгнуть на сцену, подвинуть Мина и доиграть матч за него.
Наконец, в четвертом раунде все определилось: на пятидесятой минуте победу одержала команда СК.
Да уж, эта игра стала мучением и для игроков, и для зрителей. Тун Яо увидела – когда Мин снял наушники, у него, как оказалось, даже волосы взмокли, а форма прямо-таки прилипла к спине от пота. Он встал, левой рукой придерживая правое запястье, а навстречу ему через всю сцену уже торопился врач.
Тут даже до очень непонятливых зрителей стало доходить, что происходит.
И когда Мин повернулся, чтобы сойти со сцены, тысячи человек в зале вскочили, скандируя его имя. Вот так тепло публика прощалась со своим любимцем… Мин уже почти ушел, но вдруг остановился, обернулся, левой рукой помахал аудитории, а потом низко поклонился им, тоже прощаясь.
В пятом раунде на замену вышел кто-то совсем зеленый, явно без опыта игры в таких больших соревнованиях. А тут решающий раунд чемпионата! Было заметно, что он чувствует себя, мягко говоря, не в своей тарелке.
Джанглер соперников не замедлил этим воспользоваться. К десятой минуте пятого раунда проклятый Цзянь Ян практически поселился на миде. За эти десять минут он атаковал вражеского мидера четыре раза, из них три успешно. Статистика у запасного игрока ZGDX теперь выглядела неважно: 0 убийств, 3 смерти, 0 содействий. И хотя на топе и боте команда отвоевала некоторое преимущество, на миде дела обстояли безрадостно. Как полный провал они обстояли, честно говоря!
На тринадцатой минуте, когда этот запасной столкнулся у первого босса с сильными мидером и джанглером соперника, было очевидно, что это не лучший расклад, чтобы вступать в командный бой, но он все равно кинул какое-то заклинание по группе. Команде ZGDX ничего не оставалось, как присоединиться. В итоге, несмотря на безумную атаку Лу Сычэна, который одним спеллом выкосил сразу троих, в этом тимфайте команду ZGDX вынесли под ноль.
СК тут же забрала себе первого огненного ангела, тем самым увеличив себе наносимый урон, что для ведущей стороны было огромным преимуществом. Тут-то и стало ясно, что этот матч не то что Лу Сычэн – его даже боги не спасут. И в общем…
Команда ZGDX, потерявшая одного игрока основного состава, на тридцать третьей минуте последнего раунда потерпела сокрушительное поражение, упустив первенство в Весеннем кубке 2016 года.
Когда по окончании матча заиграла музыка, Тун Яо откинулась назад и чуть сползла по сиденью – оказалось, что смотреть игру даже более утомительно, чем играть самой. Игроки СК повскакивали со своих мест, обнимая и поздравляя друг друга. Наблюдая за этим, она потерла глаза, а потом перевела взгляд на ZGDX и невольно обратила внимание на парня с края. Лу Сычэн выглядел очень спокойным. По нему нельзя было сказать, что он проиграл важный матч. Просто сидел на месте, щелкая мышкой и проверяя итоговую статистику. Потом, когда подошли игроки СК, он встал, чтобы пожать им руки. Затем проигравшие забрали свои мышки и клавиатуры и покинули сцену, а победители вышли в центр, чтобы поклониться зрителям и высоко поднять кубок…
Титул «Самого ценного игрока» получил Цзянь Ян – за свою эффективность и умение держать ритм в четвертом и пятом раундах. Когда товарищи окружили его, начали поздравлять, обнимать, растрепали шевелюру, он принял это все с улыбкой. А потом, будто вспомнив что-то, посмотрел в зал. Но знакомого лица в первых рядах фанатов ZGDX уже не было.
Всю обратную дорогу до гостиницы Тун Яо испытывала угрызения совести. Это ведь на нее нашло непонятно что. Это она наговорила сопернику такого, что он перешел в «режим берсерка». И теперь она чувствовала себя настоящим предателем, даже в глаза команде стыдно было смотреть.
Когда она добралась до отеля, на телефон ей пришло сообщение от менеджера. Он попросил ее пожить в гостинице еще пару дней, а на базу переехать в понедельник, потому что весенний турнир только что закончился и команде нужно время выдохнуть. А еще надо подготовить для нее отдельную комнату с собственной ванной.
Что ж, возражать Тун Яо не стала, ответила «ок» и отправилась в супермаркет, чтобы купить всякие мелочи, которые могли понадобиться ей в эти два дня.
Час спустя она вернулась, нагруженная пакетами.
Девушка вошла в лифт и, прижав к себе покупки, из-за которых ее было едва видно, попыталась дотянуться пальцем до кнопки. В этот момент следом вошел кто-то высокий, в наполовину расстегнутой черной куртке, из-под которой виднелась красно-черная футболка. Все это Тун Яо увидела сквозь щель между своими пакетами.
Хм… Кто это? Девушка посторонилась и с большим трудом подтянула свою ношу повыше. Теперь ей стало видно больше – идеальная линия челюсти незнакомца, а еще потрясающие ресницы, густые, придающие одухотворенный вид. Плюс высокая переносица, одинарное веко, наушники… Это был красивый человек, но тонкие губы придавали ему зловещий вид.
Это был Лу Сычэн. …Лу Сычэн?! Тун Яо крепче стиснула свои пакеты. Будь она героиней комикса – над головой появился бы целый фейерверк разноцветных кругляшков с обрывочными мыслями: «А-а-а! Это Лу Сычэн! Лу Сычэн! О господи, это же Лу Сычэн! А-а-а, это же настоящий живой Лу Сычэн! Лу Сычэн едет со мной в одном лифте, дышит со мной одним воздухом!!!»
А парень, конечно, совершенно не заметил, что в этом тихом лифте за горой пакетов прячется лицо, отражающее целую бурю эмоций. Он прошел с каменным лицом, встал за спиной Тун Яо, дотянулся до кнопки закрытия дверей, которую девушка силилась нажать, но так и не смогла, а когда лифт тронулся, ткнул еще в одну кнопку: «21». Эта кнопка располагалась на уровне шеи Тун Яо. Сделав это, он отступил назад в глубину лифта, прислонился к стене и залип в телефоне.
Тун Яо мысленно вздохнула. Сама она жила на сорок шестом этаже. Когда Лу Сычэн нажал свою кнопку, до девушки дошло, что сходить с ума сейчас не время – надо тоже выбрать свой этаж. Но с этим возникла серьезная проблема: кнопка «46» располагалась примерно на высоте ее бровей. Она вытянула палец и поняла, что гора пакетов стоит непреодолимой преградой между ней и кнопкой.
Она изворачивалась и так и этак, палец даже побелел от напряжения, вырисовывая круги, но подняться выше кнопки «36» ему не удавалось. «Блинский блин», – подумала Тун Яо, с нарастающей неловкостью глядя на одиноко горящую кнопку «21».
Парень за ее спиной был по-прежнему сосредоточен на своем телефоне. Но когда Тун Яо уже хотела сдаться и поставить пакеты на пол, он вдруг спросил, не поднимая головы:
– На какой этаж?
Голос звучал суровее, чем у школьного военрука. Поэтому Тун Яо инстинктивно вытянулась по стойке смирно и ответила:
– Сорок шестой…
Лу Сычэн отвлекся от телефона, протянул длинную руку и изящным тонким пальцем без труда нажал нужную кнопку. Тун Яо уловила едва заметный запах, смесь мыла и табака.
– Спасибо…
Стоявший сзади ничего не ответил. И снова повисла эта странная неловкая атмосфера. Лифт неторопливо двигался вверх. И чем дальше, тем сильнее Тун Яо казалось, что этот парень что-то не так понял. С каждой минутой ей становилось все больше не по себе. И когда лифт поравнялся с девятнадцатым этажом, она вдруг выпалила:
– Я и сама могла дотянуться.
Рука Лу Сычэна, листавшая что-то в телефоне, замерла.
– Кнопка всего лишь на уровне бровей. Я сама могла дотянуться, смотри.
Она напряглась, но палец по-прежнему не дотягивался выше «36». Лу Сычэн издал какой-то невнятный звук, похожий на «кхм». У Тун Яо и вовсе слов не нашлось.
Тут прозвенел звонок, лифт остановился на двадцать первом этаже, парень вышел, дверь за ним закрылась. А Тун Яо и ее непослушный палец остались внутри.