- Ну а теперь ложись и жди своего супруга – Антигона властной рукой опрокинула  царевну на спину, с интересом наблюдая за её состоянием. Вскоре тело царевны стала охватывать дрожь влечения, и она стала постанывать от охватившего её желания все сильнее и сильнее. Когда Нефтех появился в спальне, его супруга уже металась по постели не в силах сдерживать свое желание. Так продолжалось ровно три дня, после чего Клеопатра благополучно понесла, и Нефтех стал готовиться к своему отъезду вдогонку за царем.

  Затевая женитьбу Нефтеха, Антигона очень опасалась вмешательства в это дело царицы Эвридики. Вырази она свое несогласие с замужеством Клеопатры и жрец Леодор отложил бы признание брака до возвращения Александра. Это было очень опасно, но александрийские кумушки отлично подыграли Антигоне, просто и понятно «объяснив» Эвридики подлинные причины действий Клеопатры.

  Будь на месте Эвридики царица Олимпиада, она бы провела тщательное расследование, но главная жена великого царя пальцем не пошевелила, чтобы узнать истину. Замужество Клеопатры обрадовало царицу, так как теперь все расходы на её содержание ложились на плечи мужа. И следовательно, все деньги отпущенные казной на нужды царевны и содержания её дворца переходили в руки Эвридики, а это была приличная сумма. Брат не жалел средств на содержание своей родной сестры.

  Внезапное замужество Клеопатры вызвало много разговоров в обществе Александрии, но его не успели, как следует обсудить, как появилась иная новость. В столицу прибыл новый сатрап Египта, грек Калистрат, изрядно задержавшийся в Кириене, по воле случая природы. Все сразу отметили, как он был почтителен к царице Эвридике, в чей дворец он направился сразу с пристани и как сдержанно держался со встретившим его правителем.

  Сразу после прибытия Нефтех начал передавать дела Калистрату, одновременно съехав из дворца правителя Египта. Многие жители Александрии поспешили выказать свое почтение новому сатрапу. Утром и вечером целые толпы просителей стали собираться у дверей дворца, но не многим улыбнулось счастье увидеть, а тем более поговорить с Калистратом.

  И тут дело было не в особой закрытости нового сатрапа или в том, что старый правитель стал чинить им козни. Все было просто и прозаично. На третий день своего пребывания в Александрии, Калистрат скоропостижно скончался от укуса рогатой гадюки. Эта мерзкая тварь каким-то образом сумела пробраться с болот дельты Нила в дворцовый сад, где в это время, после сытного обеда отдыхал сатрап.

  На крики несчастного сбежались слуги, затем врачи, но они ничем не смогли ему помочь. Яд рогатой гадюки был смертелен и укушенный ею человек жил не больше пяти минут.

   Многие противник Нефтеха говорили, что змея не случайно оказалась в саду, когда там отдыхал Калистрат, но бросить царскому советнику подобное обвинение в лицо никто не рискнул. После торжественных похорон сатрапа, вся Александрия застыла в ожидании развития дальнейших событий, но ждать имя нового правителя Египта долго не пришлось.

  На следующий день Нефтех собрал городской совет столицы, на котором выступил с короткой речью.

 - Судьба забрала от нас человека, в руки которого великий царь отдал верховную власть над Египтом и Александрией. Сам государь отправился в далекий поход, на время которого передал управление земель своего царства хилиархам Птоломею и Эвмену. Египет оказался в числе тех провинций, что отошли хилиарху Эвмену. Именно он должен назначить нового сатрапа Египта. Я подробно описал ему возникшее в результате  смерти Калистрата положение в Александрии и уже отправил к нему гонца с письмом.

  От этих слов Нефтеха по собранию пошел положительный гул. Всем стало ясно, что египтянин не намерен вернуться на оставленный им трон.

 - Я уверен, что хилиарх Эвмен найдет достойного нового правителя Египта, однако пока это случиться пройдет время, а трон сатрапа не может пустовать. Сам я, не могу ждать, пока хилиарх пришлет нового человека, так как, выполняя волю великого царя, должен покинуть Александрию и присоединиться к его армии. Единственное, что я могу сделать на правах прежнего правителя Египта, царского советника и царского родственника назначить по своему усмотрению временного сатрапа. Он будет править Александрией и Египтом, до тех пор, пока хилиарх Эвмен не пришлет к вам своего назначенца.

  И вновь гул одобрения пробежался по рядам собравшихся во дворце представителей власти и знати в Александрии, ибо трудно было придраться к логике и правильности слов Нефтеха.

 - После долгого раздумья, я пришел к определенному решению. Я прекрасно понимаю, что у некоторых оно вызовет удивление или не согласие, но это мое решение, за которое я готов отвечать перед хилиархом Эвменом и великим царем Александром. Данной мне нашим государем властью, я назначаю временным сатрапом Египта, свою младшую жену Антигону.

  Пока зал приходил в себя от столь неожиданного известия, стоявшая за спиной Нефтеха Антигона быстро подошла к нему и получила из его рук жезл правителя с большой царской печатью. Затем почтительно склонила голову, на которую Нефтех водрузил большую корону правителя Египта и, повернувшись лицом к собранию, громко заявила, что приложит все силы для служения великому царю Александру на своем временном посту.

  Очень многие были не согласны с выбором Нефтеха, но никто не посмел встать и выразить свое несогласие. Все прекрасно знали, какое высокое место занимал царский советник в окружении великого царя. Тем более, что всю ответственность за столь необычное назначение Нефтех брал целиком на себя и что Антигона не долго проведет на троне правителя Египта. Собравшимся ничего не оставалось, как покорно принять кандидатуру Нефтеха и разойтись.

  Конечно, не обошлось от скабрезных разговоров о том, как высоко может подняться простая рабыня, раздвигая ноги и умело вылизывая языком интересные места. Однако на следующий день, все несогласные явились к Антигоне, чтобы получить от неё указания.

  Нефтех оставался в Александрии ещё две суток. И только убедившись, что передача власти прошла спокойно, покинул столицу в сопровождении небольшого эскорта.

                Глава IV. Интриги в Вавилоне.

                Приближаясь к Вавилону, Александр был полон энергии и неутомимости, как это бывало в лучшие моменты его жизни. Строя планы по реорганизации армии, и тут же отдавая приказы по их реализации, он полностью позабыл  обиду на Нефтеха за его «неудачное» гадание относительно судьбы своего нового восточного похода.

 - Маги и предсказатели только предостерегают, тогда как меч или копье ставят последнюю точку в их предсказаниях – говорил Александр своему ближнему окружению и те охотно соглашались с ним. Сколько было страшных предсказаний с того момента как нога Александра вступила на берег Троады, знает только один великий Зевс и богини Мойры. Однако македонский царь не только успешно закончил свое начинание, но и благополучно продолжил его.

  Прибыв на берега Евфрата, Александр с легким сердцем оставил Эвмену фалангу гипаспистов. По мнению царя, они были бы ему обузой. Сначала при быстром продвижении к Согдиане, а затем и при походе через пустыню в страну Синь. Большую пользу они должны были принести ему здесь, в качестве сильного кулака для поддержки внутреннего порядка.

  Место гипаспистов в царской армии заняли молодые персидские аристократы в качестве катафрактов. Они с радостью явились в Вавилон по первому зову Александра. Многие из них хорошо проявили себя в предыдущем походе, и Александр решил разбавить численность македонцев и греков в составе тяжелой конницы.

  Подобное известие вызвало бурный восторг в рядах персидских всадников. Едва Александр объявил свое решение, как они разом спешились и нестройными рядами устремились к своему кумиру. Каждый из них считал огромным счастьем принять участие в новом царском походе в числе катафрактов.

  Не скрывая слез радости, молодые персы сначала припадали перед сидящим на коне царем на колено, а затем целовали ему либо руку, либо ногу. Кто до чего успевал коснуться. Одновременно с этим, следуя греческой традиции, они стали посвящать ему свое оружие и будущие победы. Как никто другой в царском войске, эти новоявленные неофиты македонского царя, свято верили в то, что перед ними живой бог в человеческом воплощении и трепетно желали служить ему.

   Решив вопрос с составом и числом тяжелой кавалерии, Александр не забывал и об её «легкой половине». Ещё на подходе к Вавилону, царь отправил гонца к скифам, что кочевали у южных отрогов Кавказа. Не желая тратить ни одного дня попусту, он приказал им привести своих всадников к столице Мидии - Экбатанам. Именно туда со всем своим войском и двинулся Александр из Вавилона.

  Напрасно Эвмен хотел удержать его у берегов Евфрата, мотивируя необходимости отдыха лошадям и людям. Царь был неудержим в своем стремлении как можно скорее начать поход против синов, так словно от него зависела его жизнь или смерть.

  Постоянно жадные до золота, степняки поспешили выполнить приказ великого царя. За годы службы у Александра они крепко убедились, он твердо держит свои обещания, и были готовы идти за ним куда угодно. Старый скифский правитель Скилур на это раз не смог принять участие в новом походе из-за старой травмы колена и поэтому скифскую кавалерию возглавил его старший сын энергичный Калаксай.

  Встретившись под стенами Экбатан, они радостно приветствовали Александра и с радостью влились в состав легкой македонской кавалерии, которую царь забрал у Эвмена. Её всадники вместо тяжелых доспехов имели холщовые, пропитанные солью панцири и в отличие от скифов кроме лука были вооружены ещё короткими копьями.

  Собирая войско для походов на синов, покоритель Ойкумены страстно желал взять с собой несколько десятков индийских слонов. Будущий противник наверняка понятия не имел о существовании таких животных, однако хорошо подумав, отказался от этой затеи.  Прагматик до мозга костей, он прекрасно понимал, что есть большой риск массовой гибели животных во время перехода армии через пустыню.

  Из-за столь стремительно перемещения Александра по просторам его царства, Нефтех не успел застать монарха в Вавилоне. Разумно посчитав, что на данный момент его присутствие возле царя нет острой необходимости, советник решил задержаться в Вавилоне, благо ему было о чем поговорить с хилиархом востока Эвменом.

  Прошло уже много лет с момента их первой встречи в горах Тавра, после которой бывший жрец бога Тота и скромный царский секретарь достигли больших высот и стали важными людьми.

 - Рад видеть тебя во здравии и благоденствии господин хилиарх Востока – приветствовал советник своего старого друга, переступив порог его вавилонских апартаментов.

 -  Я так же рад видеть тебя друг, особенно после твоего гадания Александру о судьбе его нового похода. В тот день я видел его глаза полные гнева, и у меня было серьезное опасение, что охваченный гневом царь решит расстаться с тобой.

 - Как видишь, твои опасения не оправдались. Александр только лишил меня трона сатрапа Египта, но не подверг опале, посчитав, что мое присутствие в походе принесет ему больше пользы. Также он хочет на деле проверить правдивость моего гадания и ткнуть меня носом, в случае если я окажусь неправым.

 - Ты играешь с огнем Нефтех, а мне очень не хочется терять тебя раньше отпущенного богами срока твоей жизни – сокрушительно покачал головой хилиарх, но египтянин в ответ только улыбнулся.

 - Мне самому очень этого не хочется, но предсказывая царю, разочарование от задуманного им похода я не сильно согрешил против истины. По моему твердому убеждению Александр не найдет в стране Синов то сказочное царства которое он ожидает найти. Снедаемый желанием любой ценой дойти до края Ойкумены и полностью покорить её просторы он делает ошибочные выводы, основываясь на не совсем верном трактовании имеющихся в нашем распоряжение сведений и потому, его там ждет сильное разочарование.

 - Почему ты так считаешь? Оракул дельты говорил об их силе и угрозе со стороны синов для нашей цивилизации и рассказ беглеца полностью их подтверждает. Именно из-за этого царь так спешно и идет на них походом – возразил хилиарх.

 - Насколько я помню, оракул говорил только об их численности, большой опасности в которой я не вижу. Да, да, не вижу! – повысил голос Нефтех, увидев, как вскинул голову хилиарх в знак своего несогласия. - Своей победой над персами царь Александр прекрасно показал всему миру, как порядок и умение бьет пусть даже вооруженную, но неорганизованную численность. Что же касается всех описанных сином диковин, то здесь вы все принимаете желаемое за действительное. Согласись Эвмен, обладай они всем тем, о чем нам рассказал этот беглый философ, то сины давно бы напали на нас, а не мы на них.

 - И что же там, по-твоему, ждет Александра? – сварливо спросил Эвмен, не имея возможности опровергнуть слова египтянина.

 - Скорее всего, страна Синь самая обычная страна в нашей Ойкумене. Со своими достоинствами и недостатками. Ничуть не лучше или хуже, Македонии, Греции и Египта только со своей особенностью обусловленной её природной изоляцией. Возможно она по своим размерам больше Персии, возможно меньше, но это не имеет большого значения.

 - И это все, что ты можешь сказать?

 - А что ты хочешь от меня услышать? Пойми, в этой стране нет Большой Тайны, нет! И увлеченный желанием найти её, Александр сильно рискует.

 - Ты, считаешь, что Александр не сможет разгромить синов? Из-за слишком большой оторванности от Согдианы, тайного оружия синов или чего-то ещё? – буквально забросал вопросами египтянина встревоженный Эвмен.

 - Я полностью верю, в военный гений Александра, который в любом сражении находил единственно верное решение и одерживал победу над любым врагом. Именно поэтому я с готовностью иду с ним в поход, а не ищу причину остаться, - с гордостью произнес Нефтех. - Говоря об опасности, я имел в виду угрозу удара в спину.