Юстус усмехнулся:

– Завтра утром в старом гравийном карьере пройдёт большая гонка серийных автомобилей[1].

– Конечно! Как же я забыл об этом! – воскликнул Боб. – Мой отец пишет о ней статью для газеты. Такие гонки часто проводят на песчаных трассах, где в качестве границ используют холмы. Они служат хорошей защитой для гонщиков, ведь во время заезда пилоты намеренно врезаются друг в друга и пытаются сбить с пути.

У Питера загорелись глаза:

– То есть твой дядя хочет продать эти запчасти водителям серийных автомобилей? Это же… Для него это всё равно что второе Рождество! В Роки-Бич не часто встретишь столько клиентов одновременно! А мы сможем познакомиться с гонщиками и их механиками. Супер!

Юстус довольно рассмеялся:

– Вы попали в точку, ребята! Дядя Титус действительно надеется хорошо заработать перед гонкой. Поскольку наш магазин не такой уж большой, он решил использовать соседний пустырь, чтобы там выложить все имеющиеся у него запчасти.

Юстус указал на забор, который стремительно исчезал под точными ударами дяди Титуса:

– Поэтому вчера он выставил тридцать недавно приобретённых автомобилей на авторазбор для гонщиков.

Боб удивлённо ахнул:

– И твоя тётя с этим согласилась?

– Она считает этот план слегка безрассудным, – признался Юстус. – Но дядя Титус обещал ей, что беспорядок продлится недолго.

– И куда же он испарится? – спросил Питер.

– Он пообещал ей, что мы втроём позаботимся об этом после гонок.

Питер побледнел:

– Нам что, снова придётся убираться…

– Не переживай, пока нас попросили помочь только сегодня, – успокоил его Юстус. – Гонки начнутся уже завтра. И нам разрешили переночевать в старом трейлере между машинами на пустыре. Будем с вами сторожить магазин, раз уж забора теперь нет. Дядя Титус уже отпросил вас у родителей.

– Почему ты не рассказал нам всё это раньше? – воскликнул Боб. – Это же отличная новость!

Юстус довольно посмотрел на него:

– Я очень хотел увидеть ваши лица, когда дядя Титус примется разбирать забор.

Питер и Боб рассмеялись.

– Просто безумие! – сказал Боб. – Надеюсь, нам повезёт, и мы действительно познакомимся с гоночными командами, когда они приедут.

Питер кивнул:

– Серийные автомобили – по-настоящему крутые тачки. Эти гоночные машины уникальны тем, что построены из совершенно обычных автомобилей. Снаружи они выглядят так, словно предназначены для ежедневных поездок на работу, но технические возможности у них совсем другие! И за рулём таких машин, конечно, сидят профессионалы, которые…

Грохот досок заглушил слова Питера. Друзья обернулись и увидели, что прямо перед носом дяди Титуса рухнул остаток забора. Юстус не преувеличивал. Впереди виднелись десятки помятых машин, между которыми на земле были расстелены куски белого брезента.

– Эй, ребята! – крикнул дядя Титус друзьям. – Разложите-ка наш товар! Рулевые колёса здесь, тормозные шланги там, а двигатели поближе.

– Но мистер Джонас! – испуганно воскликнул Питер. – Мы ведь не сможем поднять двигатель. Он слишком тяжёлый.

– А вам и не придётся его поднимать, – ответил дядя Титус. Он указал на небольшой кран, стоящий на краю двора. – Я подогнал кран с магнитом так, чтобы вы без проблем могли переносить нужные вещи со двора на пустырь. С управлением, думаю, вы справитесь. Только не забудьте надеть шлемы.

– Всё будет отлично, мистер Джонас! – воскликнул Питер. Он просто сиял. – Мне кажется, управлять магнитным краном так же здорово, как водить гоночный автомобиль. И уж точно круче, чем наблюдать за погрузочным краном в порту.

Юстус рассмеялся:

– Я знал, что ты так скажешь!

Питер быстро забрался в кабину крана, направил магнит к куче старых двигателей. К нему прилипли сразу несколько, но кран поднял их без труда, перенёс к ближайшему куску брезента и легко опустил. Юстусу и Бобу оставалось только немного подтащить их.

Питер с энтузиазмом нажимал на кнопки, тянул рычаги, поворачивал кран, давя на педаль. Он с точностью до сантиметра опускал большой магнит в нужное место.

– Вот и следующая партия! – крикнул он.

– Эй, Питер, ловко у тебя получается! – похвалил Боб. – Но будь так любезен, выключи пока эту штуку.

Питер сделал, как он просил, и очередной двигатель остался лежать на брезенте.

– У тебя талант крановщика, – заметил дядя Титус. К краю пустыря он притащил походный стул, деревянный стол и старый кассовый аппарат. – Может, когда-нибудь это станет твоей профессией.

– Этот вариант годится только для работы на каникулах, мистер Джонас, – ответил Питер. – Но не на постоянной основе. По крайней мере, пока не придумают гоночные краны. Работа, конечно, серьёзная, хорошо тренирует зрение, но всё-таки сидишь на месте и никуда не мчишься.

– По мне, так это ничем не отличается от работы автогонщиков, – сказал Боб.

– Ага, конечно! – возразил Питер, который был фанатом этого вида спорта и изучал всё, что мог о нём найти. – В кабине болида «Формулы-1» пилот должен быть максимально собран. Его мозг и тело работают на полную мощность. На гонщике специальный комбинезон, в котором, поверь мне, очень жарко. Температура в машине в это время может достигать шестидесяти градусов.

– Как в сауне! – ахнул Юстус.

– Почти, – кивнул Питер. – В каждой гонке участники теряют до четырёх литров жидкости и сжигают около трёх тысяч калорий. Столько в вишнёвом пироге весом один килограмм!

– То есть если бы Юстус участвовал в гонках хотя бы по часу в день, он стал бы таким же стройным, как и раньше? – спросил Боб.

– Теоретически да, – ответил Питер.

– Хотя… наверняка, даже будучи пилотом «Формулы-1», он не удержался бы от кусочка вишнёвого пирога в промежутках между разгоном и торможением.

Юстус улыбнулся:

– Правильно мыслишь. Ведь я спец по многозадачности – то есть могу выполнять несколько дел одновременно. И проглотить кусок восхитительно сочного пирога – самое лёгкое для меня.

– Ну ты и сладкоежка! – засмеялся Питер. Внезапно он замер и посмотрел куда-то в сторону дороги, за горы металлолома. – Что это ещё такое?