Миссис Линдфорд была поражена, увидев трёх мальчиков, вернувшихся так быстро.

– Привет, ребята! Вы хотите навестить пёсика?

Слово взял Юстус.

– Нас больше интересуют его поводок и ошейник. Вы сохранили их?

– Естественно. У меня ничего не пропадает.

В этот момент Питер заметил пёсика в одном из вольеров. Тот тоже, по-видимому, узнал троих друзей.

Он радостно залаял, и Питер просунул руку сквозь прутья решётки. Пёс с любопытством лизнул его пальцы.

Миссис Линдфорд тоже подошла к ним.

– Если хотите, вы всегда можете сходить с малышом на прогулку. Только не сегодня. Скоро приедет ветеринар и осмотрит его. Обычная мера предосторожности.

Затем она пошла в сарай и вернулась с собачьим поводком и ошейником.

– Могу я спросить, почему вы так заинтересовались ими?

Юстус даже не пытался превращать это в тайну.

– Мы хотим выяснить, кто стоит за таким подлым поступком. И надеемся, что улики дадут нам подсказку.

Директор приюта вручила Юстусу улики:

– Ясно, вы решили немного поиграть в детективов.

У Юстуса не дрогнул ни один мускул.

– Для нас это не игра, – ответил он.

Миссис Линдфорд вернулась к заботе об остальных питомцах, а троица начала с поводка. Питер держал его в руках.

– Обычный собачий поводок, таких куча. Не вижу никакой подсказки в этом.

Боба больше интересовал ошейник.

– К сожалению, жетона нет, но осталось колечко, на которое он крепился.

– Больше в ошейнике нет ничего необычного? – поинтересовался Юстус.

– Нет, на коже выбито только имя производителя: Пёсик.

Питер нахмурился:

– Пёсик? Это точно что-то связанное с собаками. Возможно, компания производит и игрушки для собак.

Но Юстус думал совсем о другом.

– А что, если Пёсик – это имя нашего маленького друга? Хотя и не очень оригинальное, но почему бы и нет?

Боб отложил ошейник в сторону.

– Это легко проверить. Каждая хорошо воспитанная собака отзывается на своё имя. Давайте попробуем.

С этими словами он повернулся к вольеру.

– Пёсик, – сначала тихо позвал он, а потом громче: – Пёсик!

Внезапно малыш начал радостно лаять и вилять хвостом.

Юстус, догадка которого подтвердилась, кивнул:

– Наверняка это его имя. Так что мы сделали большой шаг вперёд.

– Но до сих пор нет никаких следов владельца собаки, – добавил Питер.

– Это правда. Но к разгадке ведёт множество мелких следов, а мы только что нашли один из них, Питер.

– Хорошо. Думаю, ты, как всегда, прав. А я, в свою очередь, пожалуй, позабочусь о завтрашнем чемпионате по скейтбордингу. Там ещё есть над чем поработать. Мне нужно перебрать всё снаряжение и подумать, что взять с собой. Для каждой дисциплины должна быть своя доска. К счастью, у меня дома всё это есть. Предлагаю встретиться завтра в «кофейнике» около двенадцати.

На этом трое друзей попрощались. Через некоторое время Юстус проехал через большие ворота и оказался на территории магазина. Над воротами большими буквами было написано: «ТИТУС ДЖОНАС. ТОРГОВЛЯ ПОДЕРЖАННЫМИ ВЕЩАМИ».

Здесь Юстус жил с пяти лет, после того как его родители погибли в результате несчастного случая. К счастью, его приютили тётя Матильда и дядя Титус. Для Юстуса это место в Роки-Бич было настоящим домом.

Его дядя выгружал из пикапа старую стиральную машину.

– Ах, хорошо, что ты пришёл, Юстус. Эта штука оказалась тяжелее, чем я предполагал. Вдвоём будет легче.

Конечно, Юстус сразу же кинулся на помощь, и скоро стиральная машина уже красовалась перед сараем с любимыми вещами дяди Титуса.

– Ты действительно думаешь, что сможешь вернуть эту старушку к жизни? – недоверчиво спросил Юстус.

– Конечно, я заставлю её работать. Часто в старых стиральных машинах отсутствует только небольшая прокладка. Люди предпочитают выбрасывать, а не чинить. Такое отношение к вещам вредно для окружающей среды, но хорошо для меня и моего бизнеса. Ну, а теперь приступим к еде. Сегодня я приготовил оладушки с яблочным соусом.

У Юстуса потекли слюнки, потому что оладьи были одним из его любимых блюд.

На тенистой веранде всё уже было приготовлено к трапезе, и тётя Матильда поставила на стол тарелку с дымящимися оладьями.

– Присаживайся, мне хочется поскорее узнать твоё мнение, чьи оладьи вкуснее: мои или Тита.

Юстус положил себе на тарелку оладушек и намазал на него большую порцию яблочного пюре.

– Это похоже на чемпионат по оладьям. У меня сегодня как раз весь день был посвящён подготовке к чемпионату.

Дядя Титус с интересом спросил:

– Что это за чемпионат?

Юстус рассказал им о новом скейт-парке и о чемпионате. Когда он упомянул о призовых деньгах, тётя Матильда хмуро покачала головой.

– Сто тысяч долларов? И кто же, интересно, такой щедрый? Если там вообще всё будет по-честному… Люди часто сходят с ума из-за денег.

Юстус предпочёл ничего не рассказывать о подлостях Скинни Норриса. Он не хотел, чтобы его тётя беспокоилась. Поэтому перевёл разговор на другую тему.

– А вы когда-нибудь катались на скейтборде? Я имею в виду, когда вы были молодыми.

Его дядя ахнул:

– Парень, мы всё ещё молоды! И остаёмся такими же. Старый – это когда перестаёшь верить в себя. Я раньше катался на скейтборде. Правда, тогда это была всего лишь простая доска, к которой мы прикрутили колёса от старых роликовых коньков. Мои друзья из Догтауна не думали ни о чём, кроме скейтборда.

Юстус взял себе ещё один оладушек.

– Догтаун? Я уже слышал название этого городка сегодня. Может, ты тоже знал Z-Boys, дядя Титус?

– Ясное дело! Позже о них даже сняли фильм. Эти ребята заново изобрели катание на скейтборде.

Они вдруг стали кататься не только по улице, но и по лестницам, летать между мусорными баками, вырисовывая в воздухе зигзаги. Однажды я видел, как ребята разобрали наполовину кусок старой трубы, разогнались в ней и пролетели прямо над головами прохожих. Но большинство жителей города возмущало такое поведение. Скейтбордисты им не подходили. Парни были слишком шумными, слишком быстрыми и слишком сумасшедшими. Мало кого из них можно было увидеть в школе. Однако позже некоторые из них действительно разбогатели и прославились благодаря скейтбордингу.

Тётя Матильда поцеловала мужа в лоб.

– Ты хоть и небогат и не знаменит, но нам повезло. Скорее всего, ты сломал бы обе руки, будучи скейтбордистом. Но теперь вернёмся к нашему вопросу: Юстус, чьи оладьи тебе больше понравились, мои или твоего дяди?

Юстусу и в бреду не пришло бы в голову выбирать между ними. Поэтому он ненадолго задумался, а потом заявил:

– С вашими оладьями дело обстоит так: для меня это вкус родного дома.