— У меня есть огонь и убеждение, и газ. Целитель тоже проснулся. Затем есть телекинез и кислота.

— И это все?

— Да, я боюсь. Я всего лишь один дракон, Елена. Ты можешь представить, если бы я обладал всеми своими способностями и применил их к тебе? Святое дерьмо.

Она рассмеялась.

— Хорошо, так откуда ты знаешь, есть ли у тебя остальные?

— Я чувствую изменения в теле. Я либо теряю чувствительность, либо заболеваю. Лихорадка от огня была самой сильной, а потом я загорелся.

Ее глаза расширились.

— Что?

— Да, потом будет круто. Экспериментировать с этим было потрясающе.

Она просто кивнула с огромными круглыми глазами. Мои плечи вздрогнули.

— И ты хочешь знать, почему я называю тебя зверюгой?

Я усмехнулся.

Она посмотрела на меня и прикусила нижнюю губу. Черт, я просто хотел поцеловать ее снова.

— У тебя есть щит? — прошептала она.

Я огляделся. Почему она хотела, чтобы я поднял свой щит?

— Блейк? — взмолилась она.

— Хорошо. — Я поставил свой щит, и она посмотрела на него.

— Щит Миши безупречен.

— О, тише. Ты же знаешь, что она собиралась убить меня, верно?

Она улыбнулась.

— Да, она очень рада, что ей больше не нужно этого делать. Мы одинаково очарованы.

— О, так теперь я очаровываю тебя.

— Ты — альфа всех тварей, Блейк.

Я ухмыльнулся и покачал головой.

— Это безопасно?

— Да, через это никто не услышит.

— Хорошо, мне нужно тебе кое-что сказать.

— Что?

— Папа умолял меня подождать тебя, прежде чем я кому-нибудь расскажу?

— Жако?

— Нет, мой настоящий папа.

Она взошла.

— Ты видела его?

Она кивнула.

— Хорошо, теперь я здесь.

Она обняла свои колени.

— Елена, в чем дело?

Ее взгляд метнулся ко мне.

— Это мой папа, Блейк. Он все еще жив.