Я собираюсь рассказать о волшебных сказках, хотя отлично сознаю, что затея эта безрассудная. Фаэри – край опасный, есть там и ловушки для неосторожных, и темницы для чрезмерно дерзких. А к чрезмерно дерзким, пожалуй, можно причислить и меня, ибо хотя я люблю волшебные сказки с тех самых пор, как научился читать, и порою о них размышляю, профессионально я их не изучал. Я в той земле – не более чем странствующий исследователь (или нарушитель границ), исполненный изумления, – но знанием небогатый.
Царство волшебной сказки обширно, глубоко и высоко, и много чем изобильно: водятся там всевозможные птицы и звери, есть там безбрежные моря и бессчетные звезды, зачаровывающая красота и вездесущее зло; радость и скорбь, острые, как мечи. Забредший в это царство, пожалуй, и вправе почитать себя счастливцем – но изобилие и необычайность увиденного сковывают язык путника, что тщится о нем поведать. А пока он там, не след ему задавать слишком много вопросов, а то ворота, чего доброго, захлопнутся и ключи потеряются.
Есть, однако, вопрос-другой, на которые докладчик, вознамерившийся рассказать о волшебных сказках, просто обязан ответить – или хотя бы попытаться, – чего бы уж там народ Фаэри не подумал о его нахальстве. Например: что такое волшебные сказки? Каково их происхождение? Для чего они нужны? Я попробую дать ответы на эти вопросы – или намеки на ответы, что мне удалось собрать по мелочи, – в первую очередь в самих сказках, мне известных, а известна мне среди великого множества лишь малая толика.