Моим прадедушке и прабабушке посвящается…

В ночной тишине гулко стучали рельсы, и каждый удар пронзительно отдавался в сердце Сергея. Эшелон уходил всё дальше, вглубь страны, подальше от фронта, туда, куда не прилетят фашистские самолёты и не придут оккупанты. Паровоз, выбрасывая клубы дыма, что есть силы тянул нагруженные оборудованием платформы. Это была эвакуация.

Ещё до прихода фашистских войск в Людиново было решено эвакуировать завод на Волгу, в Сызрань. Почти с первых дней войны предприятие подверглось нападениям вражеской авиации. 15 августа 1941 года в Сызрань прибыли первые эшелоны с оборудованием эвакуированного Людиновского локомобильного завода. Эвакуация завода длилась полтора месяца. Последний состав ушёл 17 сентября 1941 года.

С оборудованием были отправлены люди, чтобы организовать производство необходимой фронту продукции в тылу, и Сергей, к тому моменту уже заместитель начальника модельного цеха, попал в их число. Мелькали придорожные столбы, безмолвно отсчитывая километры пути, а все мысли Сергея были о доме и семье. Там остались мать, сёстры и младший брат Александр. Как они будут жить в оккупации без его помощи и поддержки? Ещё один брат – Василий – на фронте, и от него уже давно не было писем. Рядом кто-то тяжело вздохнул, и Сергей оглянулся. Неподолёку на платформе, неловко облокотившись на укрытый брезентом фрезерный станок, спал мастер механического участка. «Видимо, тоже о семье переживает, вот и приснилось что-то», – решил Сергей и укрыл товарища своим пальто. На небе начала заниматься заря.

Миновав километры пути, состав прибыл в район города Сызрани. Площади, где изначально предполагалось разместить прибывшее оборудование, оказались недостаточными, кроме того, имели неудобное расположение – в стороне от города и железнодорожных путей. Поэтому массивные станки было решено разгружать прямо под открытым небом, на завокзальном пустыре, рядом с проходящей линией электропередачи. Разгружали оборудование вручную, без разгрузочных платформ и кранов, станционные пути были забиты десятками поездов. Сергей и его товарищи работали с шести часов утра до девяти вечера, часто и по ночам, насколько хватало сил. Для экономии времени станки устанавливались и запускались под открытым небом, и лишь потом возводились стены будущих цехов, а прибывшим людям были выданы палатки. Палаток всем не хватало, и многим приходилось жить в наскоро вырытых землянках.

Основные строительные работы на площадке начались с подготовки котлована и закладки фундамента под 700-тонный гидравлический пресс, без которого запуск оборонного производства был невозможен. Люди работали по четырнадцать и более часов. Для рытья этого огромного котлована были привлечены жители Сызрани и окрестных деревень. Здесь Сергей и познакомился с Марией. Он увидел её, промокшую под дождём, в больших, не по размеру, сапогах, облепленных комьями мокрой глины, и сердце его сжалось. Сергей вспомнил о своих сёстрах, оставшихся в Людиново, и понял, что он просто обязан помочь этой девушке. Был перерыв, все разошлись, спрятавшись от холодных капель дождя в палатках или землянках, а она так и стояла одна у края котлована. Дождь неумолимо бил её по щекам, смывая слёзы. Сергей подошёл к ней.

– Почему ты никуда не идёшь? – спросил он.

– Мне некуда идти, – ответила она.

– Тогда пошли со мной! – скомандовал Сергей, и они быстро, насколько это было возможно, ступая по скользкой размытой дороге, направились в его землянку.

В землянке Сергей жил не один: кто-то из его товарищей был на работе, кто-то спал после трудной смены. Маленькая печь, сделанная из железной бочки, создавала уют и дарила тепло.

– Как тебя зовут? – спросил он.

– Мария, – ответила она.

– А меня – Сергей, – представился он и протянул ей небольшой кусок подсохшего хлеба. – Подкрепись, силы ещё нам понадобятся, чтобы немцев одолеть.

Мария съела хлеб и сняла промокший до нитки платок.

– Можно я его обсушу? – спросила она.

– Конечно, – ответил он.

Сергей взглянул на Марию внимательнее и увидел перед собой настоящую русскую красавицу: коса по пояс, в руку толщиной и удивительные васильковые глаза.

Они разговорились, и чем больше они рассказывали о себе, тем сильнее понимали, насколько им хорошо вместе. Так они и подружились. Сергей стал помогать Марии. Ему выдавали паёк, которым он делился с ней, а всё, что Мария зарабатывала на стройке, она отправляла матери и двум младшим сёстрам.

Силами многих людей завод начал выпускать необходимую фронту продукцию. В декабре 1941 года, спустя всего четыре месяца после эвакуации, возрождённый завод отправил первую партию продукции на фронт – тридцать пять тысяч морских мин; но строительство не прекращалось. На стройплощадке всю зиму жгли костры, обогревая бетонные конструкции и рабочих. Громадный пресс, на установку которого отводилось два года, заработал уже через шесть с половиной месяцев.

Возводились новые цеха, рабочих рук не хватало, у станков на сколоченных подставках трудились даже мальчишки, наравне со взрослыми внося вклад в общую победу над врагом, и Мария решила не возвращаться в деревню, а остаться работать на заводе. Так как жить ей было негде, она попросилась на квартиру. Хозяйка квартиры, Павла, тоже работала на заводе, они стали подругами, и их дружба продлилась всю жизнь. Однажды зимой они никак не могли отогреться у скудно протопленной печки после работы, но тут к ним в гости зашёл Сергей.

– Не грустите, девчонки, весна всё равно настанет! – шутливо сказал он, и от его слов вдруг как-то сразу сделалось теплее.

Несмотря на войну, Сергей и Мария продолжали встречаться. Оказалось, что Мария не только красива, но и прекрасный собеседник, а её умение играть на семиструнной гитаре и петь старинные романсы не оставляло слушателей равнодушными. Они поженились после Победы и прожили вместе пусть недолгую, но счастливую жизнь. У них появилось трое детей, среди которых была и моя бабушка. Родители дали ей удивительное имя – Любовь.

Сергей умер от туберкулёза, полученного во время эвакуации.

Указом Президиума Верховного Совета СССР от 6 июня 1945 года за добросовестную работу в период Отечественной войны Сергей был награждён медалью «За доблестный труд в Великой Отечественной войне 1941–1945 гг.».