Печально, почему так все получилось? Это ведь сродни тому, как если бы мне в транспорте лысый мужик наступил на ногу, и я бы в качестве мести принялся рубить ноги всем лысым! Я не могу даже представить, через что пришлось пройти этой бедной кошечке, но ее слова все-таки заставили меня задуматься и прислушаться к себе. Неужели само по себе влияние Амулета способно превратить меня в тварь, желающую боли и увечий моим милашкам? Мне куда интересней было бы положить к себе девчат на колени и гладить по волосам, щекоча им ушки, сидя возле камина, чем вытворять ту погань, о которой Богиня обмолвилась.

Ясно было, что ее уже не переубедить. Даже если бы она была подсвечена, я бы не смог взять ее под контроль — ведь для этого нужно добровольное согласие Путешественницы. А не добровольное… Склянка, которой пользовалась Богиня, натолкнула меня на мысль и, поинтересовавшись у Эн, я понял, что она подумала о том же самом. Скорее всего тот самый наркотик, созданный специально для нек — похоже, мой предшественник так поиздевался и над красноглазой близняшкой умницы. Так что, даже если я его применю, вряд ли это что-то изменит — она и так давно уже от него зависима.

Еще один резкий выпад, после которого Оудетт резко отскочила в сторону — на этот раз жидкостный слой как-то слишком уж замедлился, поэтому, если удар вновь придется прямо сюда, то клинок Богини ее пробьет. Десять секунд прошли, так что можно было вернуться обратно — выскользнув из тела кошечки, я применил на себя «Превращение», принимая форму ликана, после чего резко метнулся в сторону, чтобы Оудетт точно не получила новый удар.

— Трусливый поганец, ня, прямо смотрю на тебя — и вижу, что вы все одинаковы, ня! — гневно мяукнув, хищно улыбающаяся Богиня вновь метнула клинок, а я еще раз использовал «Покровительство». За счет своей Тэнэбра формы я вроде как потратил силы, равные одному применению, так что стоит рассчитывать, что еще одна активация отключит мою усилялку. А что до трусости… Надо же было как-то время потянуть, верно?

Еще одним взмахом Оудетт рассекла подскочившую к ней змею напополам — внутренности с мерзким шлепком размазались об пол, а сама тварь, корчась, продолжила извиваться уже среди собственной крови и кишок. Залитый кровью доспех и стекающие с прозрачного клинка алые капельки придавали легкомысленной в спокойное время неке грозный вид, на который можно было бы залюбоваться, если бы не общая напряженность.

Кейт по-ковбойски разрядила весь барабан револьвера в дальнего монстра с огромным копьем, который регенерировал на удивление шустро. Чтобы его поразить, Эн пришлось ненадолго отвлечься и подсветить нам точки с не успевшей затвердеть чешуей, так что боевая нека облегченно выдохнула, когда трехметровый аллигатор на двух мускулистых лапах наконец-то повалился без сил.

Иветт, поняв, что даже самые лучшие ее стрелы не смогут пробить клешню Богини, которая выступает еще и в роли щита, плюнула на это дело и принялась прошивать мелких ящеров с древковым оружием, помогая тем самым Кейт. Возвращаясь по параболе, стрелы успевали нанести по несколько ран сразу, так что на счету мортиснеки было не меньше четверти всех убийств.

Ками экономила оставшиеся силы, метко поджигая особо прытких рептилий — пусть для многих подобной атаки было недостаточно из-за сплошного чешуйчатого покрова, но продолжительное воздействие даже слабого пламени неслабо разогревало тело, отчего такие бойцы быстро выбывали из битвы.

Серпент Эн резко развернулся и откусил голову подкравшемуся невидимке — голова гуманоидного хамелеона с выпученными глазищами покатилась по полу, остановившись под одним из столиков, а сама нека даже и не обратила на это внимание. Со стороны ящерки это было весьма опрометчиво — даже если бы не сработал «Поиск», Иветт могла приметить такого хитреца с помощью своих необычных глаз.

Вот и прошли двадцать секунд, за время которых не осталось никого из рептилий. Кольцо льда было остановлено клешней, пули поглощены силовым полем, наниты из пистолета испепелены активной защитой, а стрелы — сожжены лазером или отбиты. Лишь ближний бой мы не успели толком испытать на нашей противнице, но мне не хотелось бы излишне рисковать — уже и без этого было видно, что нанитовая клешня так запросто нас не пропустит к хозяйке, не говоря уж о куче защиты разного типа.

— «Я готова!» — радостно объявила Эн, покачав хвостиком. — «Только мои наниты тоже временно отключатся, так что я буду относительно беззащитна».

Ками еле заметно кивнула на мою короткую фразу, а остальные кошечки прислали быстрое подтверждение. Пробуем.

Метнувшись вперед, я успел заметить, как Богиня радостно улыбается, еле заметно двигая кистью, чтобы уж в этот раз вогнать в меня клинок; активация рун, запрошенная у Кейт — голем на соседнем этаже, так и не задействованный до этого, громыхнул, заставив стены задрожать. Вот оно! Кошечка моргнула и шевельнула ухом в смятении, явно не ожидая, что у нас может быть «козырь». Ее зрачки изменили цвет — она явно подключилась к базам данных, судорожно ища, что мы могли сделать, а я, издав смешок, применил свое зачарование, создав мелкие копии голема: еще одна череда взрывов дала нужные секунды.

Выстрел винтовки, моего пистолета, арбалетов Иви и молния Ками: на фоне этой атаки Серпент Эн распался на тучу нанитов, с решительностью разъяренных пчел бросившихся прямо на клешню Богини, слишком отвлекшейся на отражение остальных атак. Облепив металлическую лапищу, крошечная техномошкара покопошилась буквально пару мгновений, а затем с тихим шелестом осыпалась на пол, утянув за собой и защиту красноглазой.

— Взорвал прихожую, ня? Хитро, не думала, что успеешь выяснить, насколько ценна для меня эта база, ня, чтобы подловить на этом, — заявила нека, чьи ушки мелко задрожали от гнева. — Но это больше не повторится, верно, Некомант, ня?

Клинок метнулся ко мне и остановился, задержанный защитной сферой — сразу после этого мои уши и хвост исчезли, а на тело навалилась слабость. Хотя, скорее, это просто контраст между «Усилением» и обычным состоянием.

Мимо меня пролетела фиолетовая стрела Иветт, теперь уже не задерживаемая подвижным щитом — наконечник врезался прямо в голову неки, но от попадания по коже девушки лишь разошлись энергетические волны, после чего Эн быстро подала мне другую идею, отметая мое предложение о задействовании ускоряющей песни нашего барда.

Скользнув в виде призрака внутрь Оудетт, я принял ее броней удар клинка, резко подставив спину; чертыхнувшись, Богиня ловко подцепила свое оружие обратно и тут же вновь кинула вперед — разбита защита на боку. Секунда — повреждена защита руки.

— Ну же, Некомант, не будь такой тварью, выходи! Не думай, ня, что лично мне так уж приятно убивать моих сородичей, ня! — оскалившись, красноглазая нека, помигивающая всполохами поля от непрерывных дальнобойных атак остальных девчат, разбила еще один бок Оудетт, после чего я резко вышел и тут же подхватил с пола свалившийся после смены формы «Протуберанец».

Костлявые пальцы рыцаря нажали мягкий спуск — энергетический шар устремился в стоящую всего в нескольких метрах неку, а навстречу мне полетел клинок. Слегка сменив положение, я ощутил, как тело покачнулось и стало заваливаться из-за начавшей разрушаться бедренной кости, но Эн тут же наложила «Время лечит» и я, кое как устояв, увидел, что даже шар, способный прожечь насквозь танк, лишь растекся о защиту кошечки — и все.

Казалось, что даже глаза Богини засветились ярче, когда вернувшийся клинок вновь полетел ко мне, одновременно с довольным няком девицы:

— Мяу. Хана тебе.

— Ня-а-а-а-а! — в ответ разнесся усиленный каменными сводами башни крик, и Оудетт приняла удар на грудной жидкостный слой экзоскелета. Вцепившись в оружие, кошечка тут же словно полетела вместе с ним к Богине, увлекаемая его инерцией, а затем вместо атаки или удара получилось странное.

«Влияние случая — критическая неудача».

Сумочка Богини отцепилась и полетела на пол, после чего раздался громкий звон разбившихся склянок, а следом по полу покатилась и Оудетт, вновь не удержавшаяся на ногах.

— Дура! Тупая кошатина, ня! УБЬЮ! — взвизгнув, Богиня с дрожащими руками бросилась к сумочке, раскрывшейся от падения — часть жидкости уже растеклась по полу, но, обнаружив целую склянку, нека судорожно схватилась трясущимися пальцами за нее и тут же вдохнула. Зрачки кошечки резко расширились, пузыречек со звоном разбился о камень, выскользнув из ослабевших пальцев, а затем и сама Путешественница, сделав пару шагов не удержалась на ногах и свалилась, словно сломанная игрушка, какой она наверняка сама себя и считала…

***

Стазис удержал распад кости, но Ками вместе с Эн пришлось весьма быстро ее восстанавливать, пока у меня не прекратило действовать «Превращение». Залатав мою конечность, девушки нехотя отошли в сторону, а я, отменив умение, прокусил губу до крови от боли, но примененное «Лечение» помогло.

— Нян. Я просто боялась, что «Кража» не сработает, — расстроенно заявила Оудетт, сидя неподалеку со снятым шлемом.

— Все хорошо, что хорошо кончается, — устало сказал я, покачав головой.

Пока Богиня была сосредоточена лишь на мне, Эн и Иветт смогли быстро сделать концентрированный вариант наркотика, который и передали Оудетт. Вот только, вместо того, чтобы просто подложить пузыречек, забрав остальные, нека полностью провалилась в своей попытке и разбила все имеющиеся у красноглазой запасы, оставив лишь свой вариант. Впрочем, так, возможно, даже лучше. Пугающая тенденция все возрастающего применения ядов в нашем отряде, но куда деваться?

Впервые увидев смерть неки, я был не в самом лучшем настроении, пусть даже и не был знаком с Богиней слишком уж долго. Хотя ничего особого в этом не было — от нее остались лишь кристаллик и маленькая буковка, больше ничего — похоже, что сигилл был покрыт каким-то экранирующим металлом, что неудивительно, раз в возможностях башен была способность отслеживать буковки, не так уж сложно и найти способ их скрыть.

Подобрав буковку, я вместе со своими спутницами подошел к Охотнице.

— Темная, а не исчезла, — высказал я вслух свои сомнения, повернувшись к Иветт. — Это ведь неспроста, верно?

Девушка улыбнулась уголком рта, после чего посмотрела на меня из-под шляпки.

— Видите ли, Константин, я считала, ня, что просто убить такую важную персону — излишнее расточительство. Нужно ведь допросить, ня!

Эх, а я уже подумал, что она пожалела молоденькую девушку, а тут вот как. Похвалив мортиснеку за предусмотрительность, я снял с Охотницы защитный браслет, после чего мы вкололи ей антидот. Прошло совсем немного времени — девчушка открыла глаза и, захлопав ресницами, непонимающе осмотрелась, после чего со смесью испуга и недоумения обнажила длинные клыки, попытавшись отползти подальше.

— Давай только без фокусов, ладно? Богиня больше не поможет, мы победили, все такое… И врать не нужно, мы сразу поймем.

Облизнув губы, охотница медленно села на полу и через пару секунд кивнула, осторожно сказав:

— Можно я… воскрешу фамильяра? — забавно, что на данный момент в голосе девчушки не было той приторной детскости. Еще раз предупредив, я разрешил применение заклинания. Призвав сердце, девчушка и впрямь ограничилась только восстановлением многострадального вампира, который тут же прибежал к нам, чуть не схлопотав в голову пулю от слишком напряженной Кейт.

— Ладно. Итак, кто ты вообще такая? Как звать, хобби, увлечения, кем видишь себя через пять лет?

— Рэйчел. Дочь некоманта, думаю, твоего предшественника, — ответила охотница, и мои спутницы тут же присмотрелись к ее макушке. — Ха… Нет, не от неки, от человека. В любом случае, он меня бросил, так что это не столь важно.

— А это, ня? — ткнув пальцем в сидящего на коленях рядом с девушкой вампира, спросила Эн. — Богиня его упоминала, как некоманта, но это как-то маловероятно, ня…

— Это просто тень моего отца, своего рода «кровяная» копия, он даже не полностью похож на него, — вздохнув, объявила девушка, бросив взгляд на молчаливого ликтора. — Снаряжение некоманта первоначально сканирует энергетику Амулета, а при повторных активациях использует упрощенный алгоритм, которым мы и пользовались.

Разговорившись, девчушка поведала о том, что после смерти некоманта все его неки погибли, кроме тех, соответственно, кто сидел на химии. Поскольку Эннет была весьма умной и смышленой за счет своего происхождения из того же мира, что и Энжи, ей удалось найти девчушку, живущую здесь, в одном из городов. Использовав сыворотку от альфа-вампиров, переносящую вампиризм, как болезнь, Рэйчел умышленно сделали Темной, причем весьма сильной за счет примененных зелий повышения мастерства. С помощью магии Крови она смогла скомбинировать фамильяра, за счет которого им с Эннет удалось привести в действие большинство систем в башнях тринадцатого мира, а самой новоиспеченной Богине было в удовольствие порой поиздеваться над человеком, что ее когда-то мучал.

Но, похоже, что Богиня не просто упивалась властью, хотя и не без этого: в ее планах было заменить неполноценную на ее взгляд систему некомантов, и она уже сделала подвижки в этом вопросе, вот только для выполнения плана нужна была моя синергия, а это значит — необходимо дернуть Амулет. Впрочем, особо на это кошечка не рассчитывала, так что план Лордов запереть меня в этом мире пошел ей на руку, а так удачно подвернувшиеся неки послужили неплохой приманкой — с помощью башен их сигиллы было отследить сравнительно легко после первых сигналов от населения по Эдикту, а потом уже — дело техники. Хотя первоначальные поиски без помощи от доносчиков и были весьма сложны: башен было чересчур много, и все они появились здесь давным-давно, так что об их устройстве и создателях было известно очень мало.

Вполне возможно, что и Амулет готовили для Рэйчел, если вампиризм после долгого нахождения в виде Темной вообще излечим, но, в любом случае, девица уже применила на себя «Пьющего жизнь», когда мы внезапно напали, так что теперь речь об этом не идет.

А почему, собственно, вообще о подобном речь заходит? Ну, конечно же, я понимал, что мы сделали. Похоже, что все в этом мирке уже привыкли находиться под контролем Богини, так что вот так запросто навскидку сложно предугадать, во что все это выльется, если таковая исчезнет. Начиная от контроля Ликторов, и заканчивая оперированием Теневым занавесом… Я же сам не могу здесь вечно отсиживаться, пусть башенки и весьма неплохи для проживания.

Отозвав меня в сторону, Ками хитро улыбнулась и дала очень даже неплохой совет, который после консультации с Эн я успешно реализовал. Оставив кровавые отпечатки на бумаге и получив от девчушки свою копию, я вежливо кивнул. «Контракт заключен».

— Что ж, надеюсь на плодотворное сотрудничество, Богиня.

— И я, Константин, — сделав элегантный реверанс, вампирша сдержанно улыбнулась, после чего ее фамильяр радостно пожал мне руку. — Знаешь, ты мне кажешься куда лучше моего отца. Если бы Эннет достался такой некомант, ничего бы и не случилось, — с грустью в голосе добавила девчушка, но я лишь пожал плечами.

Договор был весьма сложным и запутанным, но в целом по нему Рэйчел становилась нашим союзником, так что тринадцатый мир можно считать подконтрольным даже несмотря на то, что в нем полно нечисти. Похоже, что такая постановка дел была в радость и для самой девчушки — ведь мы больше не были врагами.

Поразмыслив немного, Рэйчел уже бодрее сказала:

— Думаю, раз все так сложилось, я могу вам показать то, над чем трудилась Эннет, — сообщив подобное, девушка провела нас к телепортационной стенке и, после ввода кода от одного из этажей, расположенных ближе к вершине, мы переместились на нужный уровень

Хм. Нечто вроде творческого бардака, должно быть, иначе и не описать — помещение было сплошь забито разномастной аппаратурой, явно пришедшей не только из разных миров, но и из разных времен: здесь можно было приметить как обычные манускрипты, так и всевозможные гаджеты, напоминающие электронные книжки, планшеты и нетбуки, а некоторые просто выглядели, как обычные кусочки стекла. Правда, среди хлама, состоящего по большей части из книг, исписанных листов бумаги и электронных плат, четко прослеживалась тонкая тропинка, ведущая в другой зал, к которому Рэйчел бодро направилась.

Новая комнатушка оказалась куда свободней, и было заметно, что здесь всегда соблюдали порядок — несмотря на примитивное каменное основание помещений, здесь не было и пылинки. По центру располагался контейнер чуть меньше пары метров высотой: его стенки были выполнены из знакомого серебристого зубчатого металла, испещренного символами — подобный я уже наблюдал как в призываемых Амулетом вещицах, так и в том мимолетном видении, которое мне открылось, пока я валялся без сознания после удара клинком от охотницы. По центру было овальное прозрачное окошко, примерно в два раза меньшее, чем сам контейнер, а сбоку были ячейки под кристаллы-батареи вместе с надписями на «акустическом» языке и плоской пластинкой под размер ладони величиной.

— Отец со мной не общался, да и Эннет была у него не в приоритете, так что я даже и не знаю причину его гибели, — равнодушным тоном сказала охотница, а я, глянув на Иветт, получил от кошечки кивок. — Известно только, что ему удалось побывать в аномалии, которые обычно возникают после использования… вот этого и подобного, — сказала девушка, похлопав по своему мечу с надписями.

— Хочешь сказать, эти штуковины с батарейками даже неизвестно из какого мира?

Охотница покачала головой и, убрав прядь волос с лица, вздохнула:

— Мы не знаем… В любом случае, вот эта вот штуковина была самой редкой из тех, что нам удалось обнаружить — других таких нет. А для активации нужна сигнатура некоманта, — пояснила девушка, проведя рукой по контейнеру.

— Похоже на капсулу восстановления, ня, — нахмурившись, сказала Эн, наматывая круги вокруг загадочной штуковины.

Рэйчел, все это время старающаяся не смотреть на Эн, с грустной улыбкой кивнула.

— Да, Эннет использовала подобную для починки, поскольку доставшаяся нам вещица была повреждена. А насчет редкости… надеюсь, вы ознакомились со справкой по Путешественницам?

Ощутив неприятное чувство, последний раз возникающее на экзамене, когда спрашивают то, что не знаешь, да еще и забыл, я сделал неопределенный взмах головой.

— Константин, стыдно не знать, как обращаться со своими спутницами, ня, — сухо произнесла Иветт, буравя меня взглядом — похоже, почувствовала мою неискренность.

Рэйчел наконец-то искренне улыбнулась, после чего пояснила:

— Нет-нет, я не про какие-то советы по уходу или подобное. Путешественниц в мире тринадцать никогда не существовало, а сам мир считается вторичным Тэнэбра, что уже значит немало, — продолжая говорить, девушка что-то нажала на контейнере, и он стал излучать тусклый бледно-фиолетовый свет. — Надеюсь, она поможет нам восстановить баланс.

«Арутаерс-капсула. Проверка.

Заряд — 100%

Вита-запасы — 100%

Алгоритм генерации в порядке.

Прайм-верб ассимилирован. Дополнительные сигиллы не требуются.

Создание Путешественницы доступно.

Общее сканирование… Готово. Мир №13. Класс — вторичный Тэнэбра мир. Предустановка качеств недоступна. Предустановка умений недоступна.

Особенности будут интегрированы с учетом ключевых черт мира.

Приступить к созданию? Требуется сигнатура Некоманта».

* * *

— Курато! Курато, мать твою, ты где есть, карга старая?! — носатый мужчина лет сорока с серебристыми волосами торопливо бежал по коридору, не обращая внимания на направленные в его сторону недоуменные взгляды. Заприметив знакомую каморку, мужчина тут же бросился к ней и, выдохнув с облегчением, со всего маху ударил кулаком по пластиковой стойке.

Морщинистая старушенция с фиолетовыми волосами сладко потянулась и, пошлепав губами, открыла глаза.

— Гут, мне показалось, или ты правда меня каргой назвал?! — повысив голос, старушенция в форме медика медленно поднялась и выдвинула одно из лезвий мульти-инструмента, закрепленного у нее на запястье.

Не показав смущения, мужчина торопливо опустил на стойку объемистый сверток — словно бы большой мешок; торопливо развернув ткань, Гут шустро отступил в сторону, потому что старушка чуть не пырнула его скальпелем.

— Ты… Старый похотливый кобель! Если ты только что с ней сделал.., — угрожающе нахмурившись, что на морщинистом лице выглядело так, будто Курато закрыла глаза, старушенция зловеще потрясла мульти-инструментом.

— Да тьфу на тебя, самой в голову всякая чушь лезет! Чтобы я что-то сделал с нашей милой Энжи? За кого ты меня принимаешь?! — возмущенно сказал Гут, но Курато была отчасти права — перед ней лежала полностью обнаженная девушка. — Мы просто нашли ее, лежащей в переулке! Думаю, все в округе благодарны ей, и никто бы плохого не сделал, но всякое бывает…

Старушка со вздохом покачала головой и тут же щупом взяла анализ, жестом выпроваживая мужчину.

— Бедняжка, все-таки хахаль тот тебя до добра не довел. Тихо мирно бы работала у меня, да и горя бы не знала, — ворча, Курато бегло осмотрела тело девушки и, приподняв ее веки, осуждающе покачала головой. — Вот ведь молодежь, то желтые кошачьи глаза себе сделает, то красные… разве ж это модно? — продолжая причитать, медик ввела неке перед ней стимуляторы, и кошечка шумно выдохнув и шевельнув ушками, открыла глаза.

Испуганно мяукнув, девушка взялась за хвостик и быстро осмотрелась, а Курато, рявкнув на собравшихся зевак, быстро накинула на плечи гостьи простенький халат.

— Ох, дорогая, ну ты чего? Что ж он с тобой сделал-то, а? — ласково начала старушка.

— Простите, я не знаю, ня… О чем вы? — захлопав ресничками, девушка склонила голову набок и тихо мяукнула.

— М-дя… Как тебя зовут хотя бы помнишь?

Замерев, нека уставилась в одну точку, после чего шевельнула ушком и неуверенно сказала:

— Эн… Эннет?