У нас помидоры – самые лучшие. Огромные, розовые, сладкие. Называются «Бычье сердце». Мама моет их в розовом тазу, и помидор на несколько мгновений исчезает, а потом появляется – чистый, в капельках воды. Мама удаляет ножом зелёный «пупок» и начинает резать «сердце» на кусочки. Горячие от солнца мясистые дольки истекают соком и шмякаются в кастрюлю. Я представляю, что мы первобытные люди и мама режет настоящие сердца диких быков. На быков охотились наши мужчины: дед, папа, Тон и Кит.

Жарко. Я закрываю глаза, и мне в лицо дышит зелёный бык. Он поднимает на рогах землю и пахнет травой и укропом. Я побеждаю его, вырываю из груди сердце и бросаю в кастрюлю. Бык превращается в траву. А бычье сердце быстро и громко колотится о стенки кастрюли: так-так-так. Открываю глаза. Перед нашим огородом тарахтит машина: так-так-так. Папа приехал! Мы с мамой бежим его встречать.

– Ну, дочь, как ты тут? – Папа поднимает меня высоко-высоко, потом громко целует.

Щека у него колючая, как железная сеточка для посуды.

– Сегодня будем делать шашлыки! – говорит он.

– Ура! – прыгают Тон и Кит.

– Из чего шашлык? – спрашивает дед.

– Говядина.

– Жадина-говядина, в доме шоколадина! – громко выкрикивает Кит и смеётся.

Я такое в садике слышала от мальчишек. Они хотели выбросить в мусор мой бутерброд с повидлом, а я не дала. Мне не нравится слово «говядина».

Мама режет мясо, папа его маринует. «Жадина-говядина», – доставуче вертится в голове. К вечеру шашлыки готовы. Жадина-говядина. Это, наверное, змея такая подлая – говядина.

– Папа, что такое говядина? Змея?

Папа смеётся.

– Говядина – это коровье мясо.

– Коровье?

Мне сразу представляется Василиса, та, которая нам подарок оставила. Главная любительница яблок. Неужели её тоже в говядину превратят? Она же настоящая! Убегаю ото всех, срываю с куста бычье сердце и нанизываю помидоры на шашлычную палку. Долго сижу, а потом из дома выходит мама и садится рядом. Она обнимает меня, а я делюсь с ней помидорным шашлыком.