— Ты на него хорошо повлияла. Как бы мне не больно было наблюдать за другом после твоего побега, но твой уход ему открыл глаза. Такая стрессовая терапия пошла ему только на пользу.
— А тебе? — Не удержалась я.
— И мне. — Фыркнул мужчина, но как-то печально.
— Знаешь, как-то по твоему телефонному разговору не сильно это заметно было. — И тут не смогла промолчать я. Неужели во мне опять пробудили язву?
— Знаю. Не сдержался. Дурею просто от того, что не знаю, где она, как и с кем? С ней все хорошо?
— Да. — Коротко ответила и добавила: — Настолько, насколько это возможно... — Мужчина кивнул.
Разговор им пришлось завершить, в машину вернулся Леон.
— Что-то ты долго, — прошептала любимому на ухо.
— Решил несколько срочных вопросов по телефону. — А на ушко добавил:
— Я понял, что ты хотела с Севкой поговорить, поэтому не торопился. — Не могла поверить, что Леон стал таким понимающим. Просто не верится. Я наклонилась, нежно поцеловала мужчину и произнесла в губы: «Спасибо».
Севе было приятно видеть друга таким, а не взбесившимся диким зверем, в которого он превратился, когда Лера ушла. За друзей, а Лера теперь входила в этот небольшой круг, мужчина был рад. Но у самого на душе было гадко от того, что он не может быть рядом с любимой. Мысленно ругая себя, он не мог понять, почему так сорвался в разговоре по телефону.
Приехав домой, он снова пытался позвонить Алине, но она естественно не брала трубку — гордая. Два дня он ей названивал. Не ответила, но и в ЧС не добавила, что давало надежду. Тогда он переключился на сообщения. Благо у него были выходные и он смог «маяться дурью», отвлекаясь только на тренировки. Хорошо, что тренажерный зал у них есть не только в здании, но и на этаже (благодаря Льву), потому что куда-то выходить совсем не было желания.
Алина
Вечером мне позвонила моя новая подруга Лера и попросила на нее не обижаться за то, что без спроса дала мой новый номер телефона Севе. И объяснила причину:
— Алиш, прости, но я не сдержалась. Он таким потерянным был, как робот — совсем на себя не похож. Думала: он страдает, ты страдаешь — пора бы вам уже и помириться, тем более тебе нервничать нельзя. Кто ж знал, что он так орать будет. Я даже и не подозревала, что он такой эмоциональный. Втык я ему уже дала за срыв. Не переживай.
Я не смогла сразу ничего ей ответить, чтобы Лера не услышала, что я плачу и не расстроилась.
— Лер, не переживай. Ты ни в чем не виновата. Нам все равно рано или поздно надо было поговорить.
— Правильно, поговорить. Но разве с этим пещерным человеком это удалось?
— Пока нет. — Как-то тяжело вздохнула я. И подруга все поняла.
— Достает?
— Немного.
— Немного это несколько сообщений и пару звонков?
— Нууу. — Протянула я, надеясь уйти от ответа.
— Вот же, гаденыш. Ну, я ему покажу. — По голосу было слышно, что девушка злилась.
— Лерусик, остынь. Все в порядке. Покипишует немного и успокоится.
— Ладно, как скажешь. — Подозрительно быстро согласилась подруга, и я поняла, что Севе влетит.
Эх, все-таки повезло Леону с женой, да и мне с подругой. А я по началу из-за ребят к ней настороженно относилась. Как хорошо, что все мы ошиблись. Но парней понять можно — переживали за друга. С Настей мы тоже общаемся, но с Лерунчиком мы по-настоящему «спелись», как бы сказал мой Севка.
Да, уж. Закрутилась все с ним как-то у нас быстро — с первой встречи. И отношения в стиле «только секс» перерос в непонятно что. Сначала стала иногда, по просьбе мужчины, оставаться на ночь, потом незаметно переехала, потом поняла, что влюбилась и беременна. Закончилось все тем, что меня послали… на аборт. И сказка закончилась. А я уже начала думать, что наконец-то нашла своего мужчину, с которым у меня обязательно будет «долго и счастливо». Размечталась.
А тут еще сложная беременность. И Севка объявился… Но его поведение я не понимаю и не узнаю. Написала же: «Аборт сделала», как он и хотел. Живи и радуйся. Нет же. Пристал как банный лист: «Вернись домой». Не думал же он, что после такого я все быстро забуду и вернусь к нему как ни в чем не бывало. Может потом и вернусь, но сейчас обида еще не прошла. Да я не сделала аборт, как он и просил, но он же об это не знает. Обида за то, что он так легко отказался от нашего малыша до сих пор сидит внутри и не отпускает, как я не пытаюсь себя убедить.
Вернуться еще не могу по той причине, что он же думает, что ребенка нет. Вот и зовет. А как он себя поведет, когда узнает, что я его обманула — никто не знает и предугадать сложно.
Лерке очень повезло, что Леон обрадовался ребенку. Несмотря на то, что был закоренелым холостяком и даже его отношения с Лерой на первом этапе ничего кардинального в его жизни не изменили, как и его мысли. Но уверена, что он ей ни разу не изменял, как и в том, что о детях и женитьбе он даже и не помышлял.
И на аборт ее никто не посылал. У Леона была время все переосмыслить в разлуке с девушкой, и это время он сильно изменился. И это только потому что у него к ней изначально видимо были чувства. А что вот чувствует ко мне Сева, я до сих пор не знаю. В любви мне никто не признавался, замуж не звал… Хотя и я тоже так и не успела рассказать о своих…
— Может, простишь за***нца? — Первое, что завила подруга, зайдя на следующий день меня навестить с продуктами и вкусняшками, которыми никогда не ограничивалась. Обязательно что-нибудь и для моего малыша приносила (одежду, игрушки), как-никак будущая крестная. Пока мы еще не знаем пол, поэтому цвет вещей нейтральный, которые подойдут и мальчикам и девочкам.
На приветствие подруги я заразительно засмеялась. У нее была удивительная особенность — она могла мне мгновенно поднять настроение. Мне было так легко с ней общаться, как будто мы знакомы много лет, а не «без году неделя». У меня как-то подруг ни одной и не было, только приятельницы. А когда начала встречаться с Севой, то общалась только с его друзьями.
Севка… Как же я по нему соскучилась. Действительно за***нец — снится мне каждую ночь, а в течение дня названивает и закидывает сообщениями, бередя этим душу.
Я понимаю, что вряд ли когда-то смогу забыть Севку. Во-первых, чувства просто так не пройдут. Если не все верят или они не взаимные, не означает, что их нет. Есть и их невозможно отключить по желанию или первому требованию, несмотря на причины. Во-вторых, ребенок, который мне будет напоминать отца. И, хочу не хочу, а видеться и общаться нам придется. Не смогу же я всю жизнь от него прятаться и сидеть в этой квартире — отпуск не резиновый, как и деньги.
А тут еще врач настаивает на стационаре. А я упрямая ни в какую. Сама понимаю, что рискую своим малышом, но при виде больничных стен я впадаю депрессию. Пытаюсь справиться и без больницы: много гуляю, рядом с домом как раз есть не большой парк, пью витамины, соблюдаю все предписания врача, кроме… НЕ НЕРВНИЧАТЬ…
Сева
Я сидел в своей квартире и снова напивался — очень плохая у меня привычка появилась после ухода моей Алинки. Я выключил телефон, чтобы снова не позвонить любимой и не сорваться в очередной раз. Кретин. Не могу обуздать свой темперамент, пока ее нет рядом. Раньше я так не срывался. А сейчас я себя не узнавал, как и мои друзья.
Несколько часов я заливал свой очередной срыв, пока на мое плечо не легла рука… Льва. Сначала я подумал, что таки допился и мне уже друзья мерещатся в пустой квартире. После того как «мираж» не рассевался, я стал думать, что мой друг умеет проходить сквозь стены. Но в появлении того в моей квартире ничего волшебного не оказалось — я банально забыл закрыть дверь.
— Дружище, так ты ничего не решишь. — Сразу заявил тот. Как будто мне это не известно. Но я не знаю, как снова вернуть Алинку. А алкоголь хоть на время, но притупляет ноющую боль.
— Давно такой умный стал? Забыл, как совсем недавно сам все крушил вокруг? — Напомнил я другу его недавнее поведение. И тоже из-за бабы. Все беды от них. Хотя Алинка не баба, она моя любимая женщина, но которая пока об этом не знает. По телефону как-то не хочется признаваться в чувствах, но от встреч она отказывается, потому что у нас даже телефонные разговоры пока не клеятся.
— Я помню. Очень хорошо. И боль, и состояние твое я тоже прекрасно понимаю. — Вывел из моих мыслей меня мой друг. — Поэтому и хочу тебе помочь. Мы хотим. Потому что с твоим темпераментом и взрывным характером ты еще больше наломаешь дров. И будешь потом жалеть, а вернуть уже ничего не сможешь. — Слушая друга, резко протрезвел, понимая, что тот прав.
— Сходи в душ и освежись — не помешает, а я пока кофе заварю.
— Ты сказал мы поможем. — Вспомнил слова Льва. — Ты Сашку имел в виду?
— Нет. — Усмехнулся Леон. — Мы — это я и Лера. У нее есть к тебе разговор.
— И где же твоя вездесущая и очень умная подружка? — С пол оборота завелся я. Почему-то слова о Лере меня взбесили. Опять она. Хотя мы же вроде как нашли общий язык, и с телефоном она помогла, хотя не должна была.
— Прости. — Сразу же извинился, видя, как нахмурился друг.
— Сев, фильтруй базар по отношению к Лере, прошу по-хорошему. Ты и так проштрафился в начале. — Напомнил Лев о моем былом отношение к его уже жене.
— Да, еще раз прости. Не прав я, знаю. Но не могу больше без Алинки, понимаешь? Вот и кидаюсь на всех. Чем дольше без нее, тем хуже. С ума схожу от того, что ей пришлось из-за меня избавиться от нашего ребенка, а если она не сможет больше их иметь? Или не сможет мне этого простить и не захочет возвращаться?
— Ты можешь сколько угодно себе корить и грызть, но ничего не изменится, пока вы не встретитесь и не поговорите нормально, спокойно, без эмоций и упреков.
Лера пришла через полчаса какая-то загадочная, но, оказывается, к моему делу это не относится и как только она со мной заговорила, стала сама «Мисс серьезность»:
— Сева, так дело не пойдет. Ты своими постоянными звонками, сообщениями и срывами по телефону ничего хорошего не добьешься, только сделаешь хуже. О чем потом будешь жалеть.
— Я и так все знаю. Есть какое-то конкретно предложение. — Вспылил немного я.
— Есть. Завтра я вам организую в обед встречу. Все подробности сообщу позже. От тебя требуется быть трезвым и держать себя в руках. Делай, что хочешь. Хоть валерьянки напейся, но чтобы завтра был как стеклышко и спокойный как удав.
Я хотел огрызнуться и указать на то, что она мала еще от меня что-то требовать. Но быстро одумался и взгляд Льва мне в этом тоже помог. Я понимал, что Лера пытается мне помочь. Хотя никто ее не просил об этом, тем более из-за нашего с Саней к ней отношения, я думал она настроит Левку против нас. Но нет. Сказала, что не в обиде и поняла нашу позицию. Вот не пойму она такая добрая или дура?
Хорошо, что Лев читать мысли не умеет, а то прибил меня на месте. Как Валерия вернулась, он пылинки с нее сдувает, тем более она уже в другом статусе и положении. Я уже действительно понял, что мы ошибались на ее счет и рад за друга, но из-за неопределенной ситуации с Алиной я как раненный зверь на всех кидаюсь. И не пойму почему меня так колбасит…
Валерия, как и обещала, позвонила… Ночью. И в приказном порядке приказала мне отправиться по сказанному ей адресу. Я хотел было возмутиться, но как только услышал, что Алинке плохо, спорить резко перехотелось.
Когда я приехал по нужному адресу, скорая уже была на месте. Мне ничего так никто не объяснил. Только поинтересовались, кто я и сказали в какую больницу повезли Алинку. Что мать вашу здесь происходит?
Когда я прибыл в больницу, Алину уже увезли на операцию. А я от неведения лез на стены в коридоре. Потом приехали Лера, Леон и Саня. Мне порадовать их было нечем, так как я сам вообще ничего не знал и не понимал, что вообще произошло. Лера хотела мне, что-то сказать, но тут из операционной вышли врачи.
— Светлана Михайловна, как она? — Девушка сразу бросилась к ним с вопросами.
— Лерочка, все в порядке. И маму, и малыша удалось спасти.
— Спасибо вам огромное, — искренне поблагодарила девушка. Я даже и не подозревал, что они так сдружились, что Лера так переживает, как за близкого человека.
— Благодарить нужно не меня, а Сергея Михайловича, который буквально вытащил вашу подругу с того света.
— Спасибо-спасибо вам огромное. — И девушка на радостях обняла мужчину за пояс, но быстро отодвинулась, как только услышала сзади покашливание знакомого голоса.
— Простите. Не удержалась на радостях.
— Ничего страшного. Мне приятна ваша благодарность. Но я просто делал свою работу, которую люблю. — И они оба обменялись легкими улыбками. Ничего в них такого не было, но Льву это не понравилось и он заметно нервничал. Собственнический инстинкт взял верх и он подошел и обнял свою жену. Врач все понял и сказал уже Леону:
— Я бы тоже такую девушку ревновал.
— Она моя жена. — Заметил друг.
На что врач парировал:
— Но она при этом не перестает быть девушкой. И аккуратнее, а то ребра своей жене сломает. Хватка у вас железная как я уже понял.
Леон засмеялся, когда понял, что доктор просто его подначивал. Лера уткнулась в грудь мужа, пряча улыбку, но не ничего не говоря. Ей было приятно, что ее ревнуют, а то, что так агрессивно на людях это не делать не надо было, Лев сам и так понял. Удивительно как за такой короткий период они изменились и помудрели. Видимо, им действительно разлука пошла на пользу. Очень надеюсь, что и нам пойдет.
Отвлекшись на влюбленных, я только, что понял, что я упустил. Переживая за любимую, я хотел только услышать, что все с ней хорошо. А на другую информацию даже не обратил внимания.
— Лера, мать твою. Что здесь происходит, мне кто-нибудь мне объяснит? Какой малыш? Ты меня сюда притащила, чтобы я понял как проср… профукал свое счастье и теперь она с другим и у них ребенок? Что-то я не вижу здесь счастливого папаши? — Я был зол и меня несло. Лера посмотрела на меня осуждающе: