В середине июля Временное правительство приняло решение увеличить выпуск кредитных билетов на 2 млрд руб. Печатавший необеспеченные деньги станок начинал вертеться все быстрее, разгоняя инфляцию.

В городах резко выросли цены на жилье. Пока власти собирались опубликовать закон о нормировании цен на квартиры и комнаты, свистопляска с ценами достигла невероятных уровней. Если к квартирам это относилось в меньшей степени, то комнатами спекулировали практически все, доведя цены до 100–150 руб. за комнату. Первым и главным предлогом для взвинчивания цен служила дороговизна дров.

Как взвинчивали цены, хорошо демонстрировали некоторые примеры. Солдатский депутат Бернатович потребовал за пустую комнату 70 руб. на четвертом этаже, хотя платил 60 руб. за четыре комнаты. Другая дама хотела получить за две пустых комнаты на пятом этаже 180 руб., тогда как сама платила за пять комнат 100 руб. Статский советник требовал за две маленьких комнаты на пятом этаже 150 руб. при оплате пяти комнат в размере 80 руб. Инженер Горский не только предлагал две комнаты за 150 руб., но и хотел получить деньги за год вперед.

Особая специфика с жильем сложилась в Одессе, куда перебралось много беженцев из Румынии. Из-за враждебного отношения евреев к румынским беженцам найти квартиру для румын было крайне сложно. Евреи заявляли, что никогда не согласятся приютить у себя людей, которые на своей родине относятся к невинным еврейским гражданам с чрезвычайной жестокостью, бесчеловечно преследуя их. В связи с этим значительная часть румынских сенаторов и депутатов переехала на жительство в Херсон.

В Одессе для беженцев устраивались общежития, а малоимущие направлялись в центральные губернии.