В Петрограде 3 июля разразился правительственный кризис. Целый ряд министров-кадетов Шингарев, Мануйлов, Шаховской, Степанов и некоторые другие подали в отставку. Причиной ухода стали разногласия по украинскому, земельному и ряду других вопросов. Решение об уходе из правительства кадетами было принято после заседания ЦК партии народной свободы. На нем Милюков зачитал декларацию правительства по украинскому вопросу. После обсуждения кадеты пришли к выводу, что декларация неприемлема для них. До созыва Учредительного собрания расчленение России, по их мнению, было недопустимо, а издание акта о полной автономии Украины является именно этим шагом. Приехавший накануне в Петроград Керенский назвал новый правительственный кризис, вызванный кадетами, ударом в спину революции.

Несколько отвлекаясь от событий в Петрограде, отметим тот факт, что после обращения Временного правительства украинская центральная Рада обнародовала универсал, в котором она выступила за то, чтобы не отделять Украину от России, и поэтому приняла призыв Временного правительства к единению. В универсале говорилось, что Рада будет пополнена представителями других народностей, живущих на Украине. Теперь вернемся в столицу.

В этот же день в Петрограде вспыхнули беспорядки. Как только новость об отставке министров-кадетов разнеслась по городу, как среди рабочих и начались волнения. Особенно сильно оно проявилось на Выборгской стороне. Солдаты обходили заводы, призывая рабочих идти свергать Временное правительство. Первый пулеметный полк установил на автомобили пулеметы, и эти машины под красными знаменами с надписями «Вся власть Советам» разъезжали по городу. Всюду шли митинги. В Центральном исполнительном комитете и руководящих организациях партий все время происходили совещания.

Наиболее бурные демонстрации» происходили в районе Выборгской стороны, где первые выстрели были произведены на Самсониевском проспекте. Эти выстрелы послужили сигналом для выхода солдат Московского полка, а также рабочих местных заводов. Демонстрация была задумана уже давно, а программа была разработана Особым комитетом в штаб-квартире большевиков в особняке Кшесинской.

На Выборгской стороне солдаты-пулеметчики на заводах и улицах требовали присоединиться к их требованиям. Движение на Финляндской железной дороге было приостановлено. На заводах настроение было сдержанное, ночные смены не работали.

В Нарвском районе на фабрику «Треугольник» явились 2 делегата-пулеметчика и 3 рабочих с завода «Розе-кранца». Большинство рабочих уже разошлось, а оставшиеся высказались против выступления.

На Путиловский завод явилась такая же делегация, и заводчане присоединились к выступлению.

На Петроградской стороне солдаты и рабочие останавливали автомобили, вооружали их и вооруженными разъезжали по улицам.

На Васильевском острове настроение было спокойное, хотя отдельные заводы и не работали. В Московском районе также было спокойно. На Орудийном заводе в Литейном районе был устроен митинг, на котором было решено разойтись по домам. Исключение составила небольшая группа большевиков, около 75–100 человек, которые направились к Государственной Думе.

Сторонники умеренной части Советов рабочих и солдатских депутатов, в лице большей части петроградского гарнизона, в организованной большевиками демонстрации участия не приняли. На стороне Временного правительства и Совета рабочих и солдатских депутатов оказались 1-я и 3-я гвардейские дивизии, запасные батальоны Преображенского, Семеновского, Измайловского, Егерского, Кексгольмского, Литовского, Волынского и Петроградского полков. Эти полки не вышли.

В течение всего дня раздавались телефонные распоряжения по заводам и войсковым частям. Между 3 и 4 часами телефонистки были буквально замучены требованиями соединения из заречных частей с особняком Кшесинской. Выйдя из казарм, пулеметчики, дойдя до Литейного моста, решили дождаться присоединения к ним рабочих завода Парвиайнен, а также солдат Московского полка. Когда это подкрепление прибыло, процессия с плакатами «Долой министров», «Вся власть Советам рабочих, солдатских и крестьянских депутатов» направилась к центру города.

Около 6 часов вечера на Дворянской улице показались первые отряды войск с оружием в руках и плакатами, направлявшиеся к дворцу Кшесинской. Выступавшие заполнили всю улицу. В окнах дворца Кшесинской было видно большое движение, там шло заседание. В это время с Выборгской стороны один за другим стали прибывать грузовые автомобили, вооруженные пулеметами. На отдельных грузовиках было до 8 пулеметов, направленных в разные стороны. Солдаты были подпоясаны пулеметными лентами.

Выступившие солдаты явились в Петропавловскую крепость, выстроились перед воротами и выбрали делегатов. Те пришли к гарнизону крепости с предложением немедленно впустить их туда и передать им крепость. Делегаты указывали на недостаточность Петропавловского гарнизона, что якобы может послужить освобождению заключенных. С согласия охраны рота демонстрантов была впущена во двор, а за ней последовал огромнейший автомобиль с пулеметами.

До 8 часов вечера 3 июля 1917 г. на улицах Петрограда все было мирно и спокойно. На Невском проспекте царила обычная деловая сутолока, и ничто не предвещало тех трагических событий, которые вскоре там разыгрались.

В 8 часов вечера солдаты 1-го Пулеметного полка выступили на улицу под ленинскими лозунгами свержения «министров-капиталистов», «борьбы с буржуями» и т. д. К пулеметчикам присоединились солдаты Гренадерского, 180-го пехотного, Финляндского полков и ряда других частей.

В 9-м часу совершенно неожиданно на Невский с Литейного проспекта примчался открытый автомобиль, на котором были установлены два пулемета. Несколько солдат и один человек в штатском, находившиеся в автомобиле, держали в руках ружья наизготовку, словно собирались стрелять. Появление автомобиля и вооруженных до зубов солдат вызвало у публики недоумение. Недоумение сменилось тревогой, когда вслед за вооруженным автомобилем показались один за другим три грузовика, на которых было установлено по несколько пулеметов и находилось много солдат в самых воинственных позах и с ружьями наперевес. Солдаты кричали: «Долой Временное правительство! Смерть буржуям!» Толпа заволновалась и разбилась на ряд летучих митингов. Чувствовалось, что приближается что-то роковое.

Вооруженные солдаты бросились к ресторанам, у которых стояли машины такси и автомобили собственников. Их конфисковывали именем революции, ставили на них пулеметы, садились в них и уезжали. Солдаты, среди которых было также немало штатских, останавливали на Невском проспекте и проезжавшие частные автомобили и высаживали из них, угрожая расстрелом, водителей и пассажиров. «Очищенные» таким образом автомобили солдаты занимали сами, ставили на них пулеметы и присоединялись к другим вооруженным автомобилям. Кроме автомобилей, захваченных на улицах, солдатами было реквизировано «для нужд революции» много автомобилей в гаражах, куда являлись целые вооруженные отряды.

Весь Невский и прилегающее к нему улицы запрудили огромные толпы народа. Повсюду шли митинги, обсуждавшие это неожиданное выступление. Появившийся отряд казаков толпа встретила приветственными криками.

На Литейном проспекте между пулеметчиками и казаками произошла кровавая схватка. В половине девятого вечера сотня казаков при двух орудиях свернула с набережной на Литейный пр., навстречу им шел 1-й запасный полк. Казаки выстрелили из орудия, но в солдат не попали, те ответили залпом. К этому же времени с Литейного моста подоспел вооруженный автомобиль, открывший огонь по казакам. Казаки, оказавшись под перекрестным огнем, разбежались. В результате перестрелки были убитые и раненые. Одно орудие с 32 снарядами было доставлено в Старый Арсенал. Другое орудие казаки успели увезти с собой.

У братской могилы жертв революции на Марсовом поле собралась масса вооруженных солдат: двух пулеметных, Московского, Павловского, Гренадерского полков и некоторых других частей. Солдаты явно не понимали, зачем их подняли и куда идти. Заранее не только ничего об этом выступлении не было известно, но даже речи не заходило о какой-либо демонстрации.

В это время в трех или четырех местах Марсова поля поднялись на возвышения ораторы в штатском и стали объяснять собравшимся на этом митинге цель выступления:

– Мы должны с оружием в руках потребовать отставки всего Временного правительства и передачи власти Совету рабочих и солдатских депутатов.

Затем последовали обычные выкрики вроде «Керенский подкуплен буржуями», «Капиталисты готовят контрреволюцию» и т. п.

По завершении митинга эти части также направились в центр города.

К 12 часам ночи в сторону Невского густой массой двинулись рабочие Нарвского района. Солдаты Московского полка захватили в Михайловском училище несколько орудий и повезли их к Таврическому дворцу, но вскоре увезли пушки обратно.

По Невскому проспекту около 12 часов ночи шел 180-й запасной полк. Он шел вооруженный, со знаменем, на котором было написано: «Вся власть Советам раб., солд., крест. и батр. депут.». Когда голова колонны дошла до Аничкова моста, а основная масса оставалась около Фонтанки, внезапно раздался одиночный выстрел. Неизвестно, был ли этот выстрел случайным, намеренным или провокационным, но эффект от него оказался печальным. Солдаты открыли беспорядочную, стрельбу из ружей и пулеметов. С криками ужаса толпа бросилась бежать. Началась паника. Многие, стараясь спастись, падали па землю, вставали и снова падали. В это время заразившиеся общей паникой солдаты бросились бежать по телам лежавших. Довершили панику вырвавшиеся откуда-то несколько лошадей, оседланные, но без всадников, и понесшиеся бешеным галопом по улице, давя людей. Было много получивших ушибы и помятых.

Единичный выстрел, произведенный неизвестно кем у Аничкова моста, послужил как бы сигналом, и через минуту во многих местах столицы загрохотали ружья и пулеметы. Солдаты другого полка, шедшие по Невскому, вблизи Гостиного двора, услышали стрельбу и тоже начали стрелять. После этого беспорядочная стрельба загремела по всему Невскому проспекту. Стрельба продолжалась около 10 минут у Аничкова моста, в разных частях Невского, Литейного, Садовой, на Знаменской площади, на Марсовом поле, близ Апраксина рынка, на набережных Фонтанки, Мойки и в других местах.

Наиболее крупное столкновение произошло ночью у Казанского собора, где собравшаяся на углу Казанской улицы толпа была напугана неожиданными выстрелами. Вооруженное столкновение произошло на Невском у памятника Александру III, где два солдата попытались обезоружить автомобиль, в котором проезжали неизвестные лица, стрелявших в воздух. Было брошено несколько гранат. Их осколками и в результате стрельбы было ранено от 5 до 7 человек, большинство из которых были солдатами Павловского полка. При стрельбе было разбито несколько окон расположенных в этом районе магазинов. В основном обстрелу подвергся дом Казанского собора.

Когда на Невском началась пулеметная и ружейная стрельба, мужчины и женщины в панике бросились к стенам домов. Некоторые ложились на землю, другие вбегали в ворота и подъезды домов. Многие бросались к окнам магазинов и разбивали стекла, при этом зачастую получали порезы. Во многих местах стекла оказались выбитыми. Из витрин некоторых магазинов оказались похищенными различные вещи. Были выбиты также стекла в окнах дворца графа Строганова, на углу Невского проспекта и Мойки. Попутно были разбиты стекла и выломаны двери в банкирском доме Касаурова. Погромщики пытались ворваться внутрь, но были остановлены подъехавшими на автомобиле вооруженными солдатами.

Стрельба у Казанского собора послужила сигналом для дальнейших вооруженных столкновений. Спустя несколько минут после начала стрельбы главному начальнику милиции сообщили, что началась перестрелка у Думы. Здесь было убито 4 человека и 7 ранено.

Демонстрантами была предпринята попытка арестовать военного министра Керенского. Это наглядно демонстрировало, против кого была организована эта акция. Если бы Керенский вечерам не уехал на фронт за 2–3 часа до того, как за ним бросились на автомобилях вооруженные солдаты, то он был бы арестован.

В первом часу ночи по Невскому прошла банда хулиганов, попытавшаяся разгромить бельевой магазин «Мишель». Попытка ограбить была пресечена, и их быстро разогнали.

В 2 часа ночи солдаты, рабочие и масса граждан еще были на улице, а в Мариинскую больницу было доставлено 15 человек раненых.

В четыре часа утра на Невском проспекте появилась большая группа рабочих Путиловского завода, направлявшаяся из Таврического дворца за Нарвскую застану.

Ночью на Литейном сидели солдаты, рабочие и между ними всякого роди подозрительные личности. Все вооружены. Беспрерывно носились автомобили с вооруженными людьми, с пулеметами, но без плакатов. Большинство солдат, участвовавших в демонстрации, очень мало разбирались в происходящем. Им сказали, что надо идти, они взяли винтовки, патроны и пошли.

Красной нитью во всех разговорах проходило неудовольствие последним распоряжением военного министра о сорокалетних солдатах, которым было приказано вернуться из отпуска. И большевики в солдатской среде играли главным образом именно на этом. Причем лейтмотивом была мысль: «Мы голодать будем, так как хлеба погибнут на корню».

Всю ночь на 4 июля после стрельбы на Невском проспекте происходили митинги и собрания. На них обсуждались вопросы, связанные с последними событиями, повлекшими человеческие жертвы.

В некоторых местах на мостовой были лужи крови. Валялись фуражки, дамские шляпки, обломки зонтиков, тросточек, множество высоких каблуков от дамских ботинок, патроны, гильзы, обоймы, коробки от патронов. Много было окровавленных носовых платков, тряпок и бинтов.

Появлялись автомобили с пулеметами, окруженные вооруженными солдатами и рабочими. На некоторых находились женщины с револьверами.

Утомленные долгим хождением по улицам солдаты и граждане, не желая возвращаться в казармы и домой, располагались на ночлег на тротуарах, на кучах песка, на сложенных рельсах и бревнах. Много народа было под арками Гостиного двора.

Солдаты нескольких полков, остававшихся на стороне Временного правительства, стали постепенно разоружать отдельные группы манифестантов, изымая винтовки и автомобили с пулеметами.

Характерны отдельные эпизоды прошедшей в Петрограде ночи. Вблизи Николаевской улицы манифестанты-рабочие встретили группу солдат и гражданских, несших знамя с надписью «Да здравствует сильная Русь» и портрет Керенского. Демонстранты шумно запротестовали: «Долой Керенского!»

Но один из солдат, решительно выступив вперед, зычно крикнул:

Не смейте насиловать наших убеждений! Если вам не нравится портрет Керенского, то мы вам не мешаем носить портрет Ленина, или даже… Гинденбурга.

Слова солдата вызвали гром аплодисментов. Обошлось без столкновений.

На Суворовском проспекте большую группу вооруженных демонстрантов разогнали при помощи холодного душа. Их окатили водой из пожарных брандспойтов.

Два дня Петроград был в состоянии анархии. Лишь 5 июля властям удалось восстановить порядок. Правительство запретило любые вооруженные демонстрации. Были произведены аресты лиц, устраивавших кровопролитие.

Некоторые видные революционеры были арестованы. Ленину и ряду других видных большевиков удалось скрыться. Временное правительство заявило, что июльские беспорядки были организованы при участии германских правительственных агентов.

Стоит отметить, что особняк Кшесинской был лишь кратковременным местопребыванием Ильича. Постоянное беспокойство, тревога и запросы заставили его выбрать более уютное и спокойное место у своей сестры на Широкой улице. Ленин запретил своим соратникам устраивать какие-либо собрания вблизи своего убежища.

Когда на улицах Петрограда с орудием в руках выступили 1-й пулеметный и Московский полки, Ленин был еще в Петрограде и вечером заезжал на Широкую улицу. В этот вечер его часто вызывали к телефону. Ленин взволнованно беседовал, отвечая односложными словами и отдавая короткие распоряжения.

По словам швейцара, 5 июля Ленин в последний раз вышел к телефону. После первых услышанных им слов по телефону он побледнел и отошел от аппарата. Не прошло и двух минут, как он вновь вышел на лестницу, затем на улицу, и с тех пор о его судьбе домовой администрации было уже ничего не известно.

6 июля Дворцовой площади была построена сборная команда всех частей Петроградского гарнизона. К ним вышли члены исполкома Гоц и Авксентьев, призывавшие солдат честно и стойко исполнить свой долг перед революцией и родиной. Под начальством помощника главнокомандующего округом войска оцепили Петропавловскую крепость и вступили в переговоры с засевшими в ней большевиками.

После переговоров дело дошло до небольшой перестрелки, но без каких-либо серьезных последствий. После этого большевики заявили, что они согласны сдаться и подчиниться всем распоряжениям Временного правительства и Исполнительного комитета. В крепость въехали самокатчики и автомобили с пулеметами. После занятия Петропавловской крепости часть сборной команды была направлена для выдворения анархистов с дачи Дурново.

Штаб большевиков, размещавшийся в доме Кшесинской, был осажден правительственными войсками и без сопротивления взят, хотя накануне особняк был приведен в боевую готовность. На крыше были расставлены пулеметы, а его обитатели усиленно вооружались. Но, когда прибыли роты семеновцев, кексгольмцев и петроградцев, подкрепленных ротой моряков с Дальнего Востока, ленинцы без боя сдались на милость победителей. Одновременно был очищен от большевиков и цирк «Модерн».

В вышедшем 6 июля «Листке правды» (сама газета «Правда» не вышла) ЦК РСДРП призвал солдат и рабочих к спокойствию и выдержке. В нем говорилось, что демонстрации 3–4 июля закончились, но их участники показали правящим кругам, каковы цели выступавших. В условиях реакции вновь пришли дни упорной агитации и просвещения отсталых масс. В завершении выражалась уверенность: «Победа будет за нами».

Вторая попытка взятия власти большевиками не удалась.

Пятая и двенадцатая армии заявили Временному правительству, что по его слову они пришлют в Петроград столько войск, сколько потребуется для приведения города в порядок, так как его распущенность служит примером всему тылу.