И вот наступил Новый год, и начались зимние каникулы. Во всех домах красовались нарядные ёлки. Настроение у всех было весёлое, праздничное. У нас с Костей тоже было праздничное настроение, но мы решили не только гулять во время каникул, а и заниматься. В первый же день мы пошли к Ольге Николаевне и получили у неё задание на каникулы.

У Кости появилась такая охота к ученью, что он согласен был учиться по целым дням, но я решил, что мы будем работать по два часа в день, остальное время гулять, отдыхать или книжки читать. Так мы занимались с ним каждый день, и Костя начал понемногу выправляться. Когда каникулы кончились, у нас вскоре был диктант, и Костя получил за него тройку. Он был так рад, будто это была не тройка, а самая настоящая пятёрка.

– Чего ты так радуешься? – сказал я ему. – Тройка не такая уж замечательная отметка.

– Ничего, сейчас для меня хороша и тройка. Я уже давно тройки по письму не получал. Но я на этом не успокоюсь. Вот увидишь, в следующий раз получу четвёрку, а там и до пятёрки доберусь.

– Конечно, доберёшься, – сказал ему Юра. – Но ты сейчас ещё о пятёрке не думай, а скорей получай четвёрку, тогда у нас в классе ни одного троечника не будет.

– Не беспокойся, – ответил Костя, – всё будет в порядке. Теперь уже класс не будет за меня краснеть. Я теперь понял, что каждый должен бороться за честь своего класса. Я и то уже поборолся как следует, а теперь уже совсем немножко осталось.

Ольга Николаевна тоже была рада, что Шишкин стал лучше учиться.

– Пора вам, ребята, включаться в общественную работу, – сказала она нам. – Все что-нибудь делают на общую пользу, только вы ничем не заняты.

– Теперь мы тоже возьмём какую-нибудь работу, – говорю я.

– Возьмём, – говорит Костя. – Я уже давно хочу работать в стенгазете, да меня всё не выбирают в редколлегию.

– Правда, – говорю я. – Пусть нас выберут в редколлегию стенгазеты.

– В редколлегию вам ещё рано. Там должны работать самые авторитетные ребята, – сказала Ольга Николаевна.

– Ну, всё равно, мы и на какую-нибудь другую работу согласны, – говорит Костя. – Если хотите, пусть нас выберут в санкомиссию. Я уже был в санкомиссии, когда учился во втором классе. Мне очень нравилось ходить и всем приказывать, чтоб мыли руки и чтоб у всех были чистые уши.

– Санкомиссия у нас уже выбрана. Если хотите, я вам дам очень интересную работу. Нужно организовать классную библиотечку. Будете выдавать ребятам книги.

– А где взять книги? – спрашиваю я.

– Книги получите в школьной библиотеке. А шкаф я вам дос-тану.

– Я возьмусь, – говорит Костя. – Я люблю книги читать.

– Я тоже, – говорю, – возьмусь.

– Значит, договорились. Постарайтесь быть хорошими библиотекарями. Берегите книги, следите, чтоб ребята тоже бережно обращались с книгами.

Мы пошли к нашей библиотекарше Софье Ивановне, сказали, что мы теперь тоже будем библиотекарями в четвёртом классе и нам нужны книги.

– Вот и хорошо, – сказала Софья Ивановна. – Книги для четвёртого класса у меня есть. Вы сейчас их возьмёте?

Она дала нам целую стопку книг для четвёртого класса, и мы перетащили их в наш класс. Книг было много, штук сто, но когда мы поставили их в шкаф на полки, то нам показалось мало, потому что они заняли всего три полки, а три полки остались пустые.

– Может быть, нам из дому принести ещё книжек, чтоб было побольше? – сказал Костя. – Я могу штук пять принести или шесть.

– Я тоже, – говорю, – могу принести штук пять, но этого мало. На три полки не хватит.

– А что, если у ребят попросить? Может быть, у кого-нибудь есть старые книжки, которые уже прочитаны. Пусть принесут для библиотечки.

Мы поговорили об этом с Ольгой Николаевной.

– Что же, скажите ребятам, может быть, ребята откликнутся на вашу просьбу, – сказала Ольга Николаевна.

На другой день мы объявили ребятам, что теперь у нас будет своя классная библиотечка, только книг у нас ещё не очень много, и кто хочет, пусть принесёт для библиотечки хоть по одной книжке.

На эту просьбу откликнулись все ребята, и каждый принёс кто книгу, кто две, а многие принесли и больше.

Книг получилось так много, что весь шкаф целиком заполнился. Мы хотели тут же начать выдавать книги ребятам, но Ольга Николаевна сказала, что нужно сначала сделать журнал.

Мы взяли толстую тетрадь и в эту тетрадь записали каждую книгу под номером. Теперь если нужно было отыскать какую-нибудь книгу, то можно было не рыться на полках, а посмотреть по журналу.

Костя радовался, что теперь в нашей библиотечке такой порядок. Особенно ему нравилось, что все полки заняты книгами.

– Теперь как раз хорошо! – говорил он. – Ни прибавить ничего нельзя, ни убавить.

Он то и дело отворял шкаф и любовался на книги.

Некоторые книжки были уже старенькие. У некоторых еле держались переплёты или оторвались страницы. Мы решили взять такие книжки домой, чтоб починить. И вот, сделав все уроки, мы пошли с Костей ко мне, потому что у меня дома был клей, и взялись за дело.

Лика увидела, что мы починяем книжки, и тоже захотела нам помогать.

Особенно много возни у нас было с переплётами. Костя всё время ворчал.

– Ну вот! – говорил он. – Не знаю, что ребята делают с книжками. Бьют друг друга по голове, что ли?

– Кто же это дерётся книжками? – сказала Лика. – Вот ещё выдумал! Книги вовсе не для того.

– Почему же переплёты отрываются? Ведь если я буду сидеть спокойно и читать, разве переплёт оторвётся?

– Конечно, не оторвётся.

– Вот об этом я и говорю. Или вот, смотрите: страница оторвалась! Почему она оторвалась? Наверно, кто-то сидел да дёргал за листик, вместо того чтоб читать. А зачем дёргал, скажите, пожалуйста? Вот дёрнуть бы его за волосы, чтоб не портил книг! Теперь страничка выпадет и потеряется, кто-нибудь станет читать и ничего не поймёт. Куда это годится, спрашиваю я вас?

– Верно, – говорим, – никуда не годится.

– А вот это куда годится? – продолжал кричать он. – Смотрите, собака на шести ногах нарисована! Разве это правильно?

– Конечно, неправильно, – говорит Лика. – Собака должна быть на четырёх ногах.

– Эх ты! Да разве я о том говорю?

– А о чём?

– Я говорю о том, что разве правильно в книжках собак рисовать?

– Неправильно, – согласилась Лика.

– Конечно, неправильно! А на четырёх она ногах или шести, в этом разницы нет, то есть для книжки, конечно, нет, а для собаки есть. Вообще в книжках ничего не надо рисовать – ни собак, ни кошек, ни лошадей, а то один нарисует собаку, другой кошку, третий ещё что-нибудь придумает, и получится в конце концов такая чепуха, что и книжку невозможно будет читать.

Он взял резинку и принялся стирать собаку. Потом вдруг как закричит:

– А это что? Рожу какую-то нарисовали, да ещё чернилами!

Он принялся стирать рожу, но чернила въелись в бумагу, и кончилось тем, что он протёр в книге дырку.

– Ну, если б знал, кто это нарисовал, – кипятился Шишкин, – я бы ему показал! Я бы его этой книжкой – да по голове!

– Ты ведь сам говорил, что книжками нельзя бить по голове, – сказала Лика. – От этого переплёты отскакивают.

Костя осмотрел книгу со всех сторон.

– Нет, – говорит, – эта книжка выдержит, у неё переплёт хороший.

– Ну, – говорю я, – если все библиотекари будут бить читателей по голове книжками, то переплётов не напасёшься!

– Надо же учить как-нибудь, – сказал Костя. – Если у нас будут такие читатели, то я и не знаю, что будет. Я не согласен, чтоб они государственное имущество портили.

– Надо будет объяснить ребятам, чтоб они бережно обращались с книжками, – говорю я.

– А вы напишите плакат, – предложила Лика.

– Вот это дельное предложение! – обрадовался Костя. – Только что написать?

Лика говорит:

– Можно написать такой плакат: «Осторожней обращайся с книгой. Книга не железная».

– Где же это ты видела такой плакат? – спрашиваю я.

– Нигде, – говорит, – это я сама выдумала.

– Ну, и не очень умно, – ответил я. – Каждый без плаката знает, что книга железная не бывает.

– Может быть, написать просто: «Береги книгу, как глаз». Коротко и ясно, – сказал Костя.

– Нет, – говорю, – мне это не нравится. При чём тут глаз? И потом, не сказано, почему нужно беречь книгу.

– Тогда нужно написать: «Береги книгу, она дорого стоит», – предложил Костя.

– Тоже не годится, – ответил я, – есть книжки дешёвые, так их рвать нужно, что ли?

– Давайте напишем так: «Книга – твой друг. Береги книгу», – сказала Лика.

Я подумал и согласился:

– По-моему, это подойдёт. Книга – друг человека, потому что книга учит человека хорошему. Значит, её нужно беречь, как друга.

Мы взяли бумагу, краски и написали плакат.

На другой день мы повесили этот плакат на стене, рядом с книжным шкафом, и начали выдавать ребятам книжки.

Выдавая кому-нибудь из учеников книгу, Костя говорил:

– Смотри, чтоб никаких собак, ни рож, ни чертей в книге не было.

– Как это?

– Ну, возьмёшь да нарисуешь в книге какую-нибудь загогулину.

– Зачем же я стану рисовать?

– Будто я знаю! Моё дело предупредить, чтоб ни рож, ни собак. Это книжка общественная. Если б это была твоя собственная книга, тогда, пожалуйста, рисуй, но даже в собственной книжке не надо ничего рисовать, потому что после тебя она достанется твоему младшему брату или сестре или товарищу дашь почитать. Так что моё дело предупредить, а если ты не будешь слушаться, то потом я не так с тобой буду разговаривать.

– Ну ладно, сказал – и хватит.

Но Костя не унимался, и каждому, кто брал книжки, он растолковывал в отдельности, почему надо бережно обращаться с книгами.

После уроков он, пригорюнившись, сидел возле шкафа и с грустью смотрел на поредевшие ряды книг на полках.

– Эх, – горевал он. – Снова книг мало стало! Так хорошо было! Шкаф был полнёхонек, а теперь хоть бери и опять где-нибудь доставай книг.

– Что ж тут такого? – утешал его я. – Ведь ребята прочитают и принесут книги обратно.

– «Принесут»! Принести-то они принесут, да что толку! – ответил Костя. – Они одни книжки принесут, а другие взамен их возьмут. Вот никогда и не соберёшь всех книг обратно.

– Зачем же их собирать? Ведь книги для того, чтоб читать, а не для того вовсе, чтоб на полках стоять.

Я взял и себе книжку, чтоб почитать дома.

– Как? – говорит Костя. – И ты берёшь? И так книжек мало осталось.

– Да я, – говорю, – быстренько прочитаю и принесу.

Тогда и он взял себе книжку.

– Ну ничего, – утешал он сам себя. – Будет на одну книжку меньше. Всё равно их мало осталось.

С тех пор мы с Костей имели свободный доступ к книгам и стали много читать. Костя так увлёкся, что читал даже на улице. Возьмёт из библиотечки книжку, идёт по улице и читает. Кончилось это тем, что он налетел на фонарный столб и набил на лбу шишку. После этого он перестал читать на улице и читал только дома.

К библиотечной работе он относился серьёзно, и постепенно у него даже характер переменился. Он стал аккуратным, более организованным и не таким рассеянным, как раньше. К ребятам он относился требовательно. Если кто-нибудь приходил за книжкой с грязными руками, он начинал «пилить» его:

– Как тебе не стыдно? Почему у тебя такие грязные руки?

– Ну, испачкались. Тебе-то какое дело?

– Как – какое дело? Ты ведь за книжкой пришёл?

– За книжкой.

– И ты такими руками, значит, будешь брать книжку?

– Какими же мне её ещё брать руками?

– Чистыми надо брать руками. Ты ведь своими руками книжку испачкаешь!

– Ну, я приду домой – вымою.

– Нет, голубчик, иди-ка ты лучше под кран и вымой руки, а потом я тебе дам книжку.

Если кто-нибудь брал книжку и долго не приносил, Костя делал ему выговор:

– И тебе не стыдно так долго книжку держать? Другим ребятам тоже хочется почитать, а ты держишь и держишь! Если неохота читать, отдай книжку обратно, а потом снова возьмёшь.

– Я ведь не прочитал. Прочитаю и принесу.

– Так ты, может, до скончания веков будешь читать!

– Зачем до скончания веков? Книжка ведь выдаётся на десять дней.

– Ну, на десять дней. А ты когда взял?

– А я взял неделю назад. Ещё не прошло десяти дней.

– А тебе обязательно надо, чтобы все десять дней прошли? Десять дней – крайний срок. А ты прочитал раньше и приноси раньше, никто тебе не велит все десять дней держать.

– Так говорят же тебе, что ещё не прочитал!

– Ну, так читай быстрей!

Если кто-нибудь слишком быстро приносил книгу, ему это тоже не нравилось:

– Послушай, когда же ты успел прочитать? Вчера только взял книжку, а сегодня уже обратно принёс! Может быть, ты и не читал её?

– Зачем же я тогда брал?

– Откуда же я знаю, зачем ты берёшь! Может быть, ты только картинки рассматриваешь.

– Что я, маленький?

– Ну ладно, рассказывай, о чём здесь написано.

– Что это ещё за экзамен?

– Ну, мне нужно проверить, читал ты или не читал.

– Не твоё это дело! Твоё дело выдавать книжки, а не проверять.

– Нет, уж если меня назначили библиотекарем, то я должен проверить. Если ты не читаешь, то тебе, может быть, не нужно и давать книг. Пусть лучше кто-нибудь другой берёт, кто читает.

Приходилось ученику рассказывать содержание книжки.