Честное слово, Бергамот с удовольствием поболтал бы с Сэмом ещё, но как вы помните, он обещал себе после рабочего дня найти какое-нибудь сносное заведение и, наконец, поесть. В течении дня его планы несколько изменились. Он по-прежнему собирался отправится в кафе, но уже не просто поесть, а наесться. До отвала. До приятной тяжести в животе. И может даже остановиться только тогда, когда получится сделать (тут Бергамот заранее должен извиниться перед дамами) отрыжку. Такая похвала точно привела бы в восторг шеф-повара Китая или Монголии. Правда Бергамот никогда не был ни в Китае, ни в Монголии, а в данный момент стоял одной лапой на раскалённой мостовой (почему-то мягкая дорожка из резиновой крошки заканчивалась задолго до полицейского участка), а тремя – в полицейском участке. Зато он много читал об этих странах. И не исключал возможности, побывать там по делу или в отпуске. Но лучше, конечно, по делу, считал Бергамот. Тогда полицейский участок оплатил бы ему билеты туда и обратно и возможно выделил бы деньги на посиделки в каком-нибудь приличном местном ресторане.

Сейчас же, после долгого первого рабочего дня, в течение которого на него сначала надели наручники, а потом выделили только небольшую часть стола, Бергамот собирался найти приличный ресторан в Котвилле. А уже завтра ровно в восемь ноль-ноль, он прибудет в полицейский участок, откроет Уголовный Котэкс и наугад выберет статью, по которой нужно будет разыскать того, кто может это преступление по его Бергамотовским догадкам совершить, или того, над кем это преступление, опять же по догадкам, может совершиться.

Но судьба сжалилась над Бергамотом, и подкинула жертву преступления прямо к порогу полицейского участка. За дверью детектив увидел такое, что заставило его подозрительно прищуриться и распушить усы. К слову, Бергамот прищурился слишком уж сильно, и чуть не упустил из виду направление, куда повезли несчастную потерпевшую. Да это же типичное начало жестокого обращения с животными!

Бергамот успел заметить, что потерпевшей оказалась британская кошка. Её взгляд был грустным даже для представительниц её породы, но не он стал причиной подозрений детектива. Над бедняжкой совершалось ужасное преступление. Прямо посреди улицы, на глазах у изумлённых котов, человек вёз британскую кошку в клетке на колёсиках. Люди называют такую переноской. А как же мягкая дорожка из резиновой крошки? Она кстати виднелась неподалеку от полицейского участка. Для кого, спрашивается горела, мигала и переливалась вывеска с неоновым котом? Зачем же тогда установили перечёркнутую фигуру человека над кошачьей дорожкой? – эти мысли вихрем пронеслись в голове Бергамота. Переноска тем временем прыгала по булыжной мостовой, и вместе с ней обречённо подпрыгивала и тряслась грустная британская кошка. А потом человек с переноской, скрылся за углом киоска.

«Пирожковая» – успел заметить вывеску Бергамот. Ни секунды не раздумывая, он устремился за переноской. Но справедливо рассудил, что далеко она не уедет, поэтому успел забежать в киоск и купить два пирожка с ливером.

Преследуя переноску с заточённой в ней британской кошкой, Бергамот представлял себя Гаем Юлием Цезарем. И, сказать по правде, весьма справедливо. Цезарь славился тем, что умел делать несколько дел одновременно. А Бергамот сейчас делал даже больше. Он бежал, маскировался под праздно разгуливающего туриста, старался не упустить переноску из виду, вёз за собой чемодан, и ко всему прочему отправлял огромные куски пирожка с ливером в рот. За что желудок благодарил его приятным урчанием. Ещё бы! Несчастный был пуст целый день.

На секунду! Только на секунду Бергамот зажмурился от удовольствия, которое принёс ему очередной кусок пирожка с ливером. И вот тебе пожалуйста – человек с переноской, а следовательно и британская кошка, исчезли как будто их и в помине не было. Бергамот растерянно озирался по сторонам. За столиками уличных кафе сидели люди. Рядом, за столиками поменьше сидели кошки и коты. Они громко разговаривали, пили горячее молоко через соломинку и поили своих котят, совсем не обращая внимания на туристов, которые то и дело подходили, чтобы сфотографироваться на фоне. Возле хотдожной кошки Дуни выстроилась длинная очередь котов, желающих купить хот-дог со скидкой. Дуня всегда её делала после 18.00. Шустрые трамваи весело курсировали туда-сюда, впуская и выпуская пассажиров. По мосту, брошенному через неглубокую реку Котовку, прогуливались парочки. Жизнь в Котвилле шла своим чередом. И никто, а Бергамот спрашивал буквально каждого, наплевав на конспирацию, не видел человека и британскую кошку, заточённую в переноске.

Бергамот шумно вздохнул и сел на свой чемодан. Он вынужден был признать, что на сегодня хватит. Он сделал всё, что от него зависело, и пообещал себе завтра сделать ещё больше. А пока встал и направился к двухэтажному зданию, увитому диким виноградом. Над зданием горела и переливалась всеми цветами радуги вывеска: «Гостевой дом мадам Бланки». Ниже висела табличка: «И кошки мадам Бланки». Бергамот направился туда. Кто-то толкнул массивную деревянную дверь, Бергамот зашёл внутрь и оказался внутри просторного холла, не успев воспользоваться дверцей для кошек, вырезанной внизу двери.

– Добро пожаловать! – приветливо улыбнулась добродушная пожилая кошка и предложила Бергамоту номер на выбор: с видом на реку или на город. Она просила называть её именем хозяйки человеческой гостиницы, наотрез отказавшись говорить своё. Забегая вперёд, скажем, что детектив всё-таки узнал, как по-настоящему зовут кошку мадам Бланки. Жулька – вот как её звали. Согласитесь, совершенно не подходящее имя для такой почтенной дамы. Оно вообще больше похоже на… тс-с… собачью кличку! Поэтому просим понять пожилую кошку, забыть кличку Жулька и впредь называть её мадам Бланка.

Настоящая же мадам Бланка между тем была занята общением с посетителями. Краем уха Бергамот услышал, что речь шла о погоде. На всякий случай задержавшись рядом с людьми, детектив выяснил, что разговор совершенно пустой, без единого намёка на британскую кошку, может быть прямо сейчас терпящую жестокое обращение. Бергамот любезно улыбнулся кошачьей мадам Бланке и последовал за ней. Они поднялись по лестнице на последний этаж и остановились перед дверью без номера. Мадам Бланка изящно, как будто танцуя, толкнула дверь лапой и жестом пригласила Бергамота войти. Большое помещение с двумя окнами, выходящими на разные части города должно было когда-нибудь стать апартаментами для очень важных человеческих персон. Сейчас оно было поделено перегородками, за ними располагались номера для котов, разделённые широким коридором.

Сначала Бергамот хотел заехать в комнату с окнами, выходящими на реку, но ознакомившись с ценами, выбрал номер с видом на город. Он был дешевле. И, надо сказать, что такая экономия пошла на пользу не только кошельку Бергамота, но и ходу расследования. Но детектив знал: то, что случилось немного позже – должно было случиться. Интуиция ещё никогда не подводила его.