Спустя две недели после пожара «Love and Coffee» вновь открыл свои двери. Мы устроили небольшой праздник для посетителей, но в первую очередь это был наш день.

Обновленное кафе выглядело прекраснее прежнего, нам удалось сохранить индивидуальность и сделать его еще уютнее. Джейсон оплатил все затраты на технику и оборудование, мне было ужасно неловко перед ним, но он нашел для меня те самые слова и успокоил. Войтех тоже постарался на славу, но с ним разговор был короткий, и он понимал, что пока либо так, либо вообще никак.

Джейсон помогал Валери на кухне, а я готовила кофе для Шелби, когда входная дверь открылась, и к нам зашел мужчина с очень интересной внешностью. На мой взгляд, его черты лица были весьма аристократичны, а поведение чересчур выразительное или, может, даже наигранное. Первым делом я поймала его взгляд и напряглась.

«Wow, quelle nature merveilleuse! Et Jason comprend…»[18]

Француз? Единственное, что я разобрала из услышанного, – это имя Джейсон… Это… агент Джейсона сам к нам пожаловал? Меня не предупреждали, что Седрик приедет в Чехию.

– Добрый день! – Я начала нервничать сразу, как поняла, кто передо мной стоит.

– Ma beauté[19], кофе, пожалуйста.

Я приняла заказ, но он не пошел занимать свободное место, а продолжал наблюдать за моими действиями. Он хотел завести разговор, но явно не знал, с чего начать.

Я переживала и с трудом контролировала дрожь в руках и коленках. Он ведь не станет забирать Джейсона в Лондон, правильно? Мы взрослые люди, а он не его нянька. Зачем мужчина сюда явился без приглашения и предупреждения?

– Меня зовут Седрик, а вы, стало быть, мисс Ворличек?

Я поставила на стойку кружку с дымящимся черным кофе и делала все, чтобы избежать его пристальный взгляд.

– Все верно, чем могу помочь?

Я так давно не использовала в лексиконе английский, что нервничала еще и за произношение. Если Седрик сейчас для Джейсона единственный родной человек из прошлой жизни, то не хотелось перед ним выглядеть глупой и необразованной девицей.

Седрик оживился и начал жестикулировать, он был очень активен и говорил слишком громко, что посетители начали оборачиваться.

– Знаете, ma beauté. – Его вставки на французском меня раздражали, я не понимала большей части сказанного им. – Я бываю очень эксцентричным и вспыльчивым, но в моей работе это приносит плоды. Я люблю держать всех за яйца, и покрепче. – Я подавилась слюной от услышанного. – Понимаю, понимаю, прошу прощения за мой французский…

Он говорил на английском!

Джейсон, прошу тебя, выйди из кухни скорее. Почувствуй меня и приди мне на помощь! Как ты вообще работаешь на этого человека…

– Джейсон Бейкер – мой подопечный, и я… – Седрик задумался, театрально прикладывая палец к подбородку. – Я не думал, что он может влюбиться. По-настоящему, так пылко и рьяно! Ma beauté, прости его! Я не знал, что он говорит мне правду. – Мужчина начал шмыгать носом в свой клетчатый шарф на шее. – Кто мог подумать, что в Чехии он наконец найдет самого себя? Я хотел как лучше!

За моей спиной послышалось откашливание, я повернула голову и увидела Джейсона. Он подошел ко мне, прижал спиной к своей груди, крепко обнимая, положив руку на живот. Он опустил подбородок на мое плечо и посмотрел на Седрика… с издевкой?

– Больше драмы, Седрик, – сказал он на английском, и меня начало возбуждать то, как это звучит. – Плохо стараешься.

– Mon cher?[20] Что все это значит?

Джейсон повернул меня к себе лицом и притянул, чтобы поцеловать. В одну секунду я смутилась от этого, но потом расслабилась, чтобы показать всем, что это мое.

– Это значит, Седрик, – Джейсон произнес это глядя мне в глаза, – что я нашел и вернул то, что так долго искал.

– Merde![21] – выкликнул он и развел руками в стороны. – Почему ты не сказал?! Я думал, ты тут убит горем, что не можешь ее вернуть! Думал, что тебе не хватает мозгов извиниться перед девушкой и добиться ее вновь!

Седрик продолжил говорить на своем французском. Джейсон шепнул, что сейчас из его рта вышел поток ругательств и матерных слов и лучше не знать их дословный перевод.

Приготовив всем по чашечке кофе, я попросила взволнованного Кристофа занять место на кассе, Седрик хотел поговорить со мной и Джейсоном о чем-то важном. Человек проделал такой путь до нас, поэтому не хотелось его расстраивать, да и я была уверена – он не примет других вариантов.

Пришлось немного отложить план под названием «сюрприз для Валери», я заламывала руки и не могла найти себе место от переживаний за наш замысел. Но… Госпожа Шелбиана подмигнула мне со своего места, чувствуя мое состояние. Она открыла газету, чтобы погрузиться в чтение, но я знала, что она всегда рядом и ее поддержка незаменима.

– Седрик, ты мог предупредить, что приедешь, – ворчал Джейсон. – Я встретил бы тебя в Праге…

– Хотел устроить сюрприз.

– У тебя получилось, – безрадостно ответил Джейсон.

Это никак не огорчило Седрика, он на своей волне достал из своего портфеля для документов книгу и положил ее обложкой вверх на столик. Казалось, он был погружен в какой-то свой мир и отличался от тех людей, с которыми я общалась ежедневно. Джейсон потянулся к книге и ошарашенно посмотрел на Седрика:

– Это…

– Да, Джейсон Бейкер. – Его начальник широченно улыбнулся и кивнул: – Вышла из типографии несколько дней назад раньше времени. Поздравляю!!!

Он пожал руку Джейсона, а потом поцеловал в обе щеки.

Наверное, это какая-то французская традиция – целовать мужчин…

– Эй. – Я погладила Джейсона по плечу, потому что он как-то странно уставился на свою книгу. – Ты не рад?

– Рад. – Он перевел на меня взгляд, потом открыл книгу и пролистал до нужной страницы, протягивая мне. – Вот…

Я легонько улыбнулась ему и приняла из его рук творение, которому он посвятил столько времени, которое так нелегко ему далось. Эта книга привела его в другую страну и заставила влюбиться в меня.

Я перевела взгляд на то, что Джейсон хотел мне показать, и замера.

Посвящается моей волшебнице…

Ты подарила мне свободу.

Я старалась держать себя в руках и не плакать, и Джейсон притянул меня к себе на колени. Он гладил меня по спине, когда мои дрожащие руки легли ему на шею и подняли голову, чтобы зафиксировать его взгляд на мне.

Я смотрела в его серые глаза и не знала, как сказать ему, что я чувствовала. Не нашлось подходящих слов, способных это описать.

Мы молчали, забыв, где находились, и попали в свой собственный мир. Мир, в котором мы одно целое. Я сладко поцеловала Джейсона в губы, и взрыв аплодисментов заглушил мой тихий стон, сорвавшийся в тот момент.

Джейсон поднялся, все еще держа меня на руках, и начал кружить. Я смеялась, запрокидывая голову и крепко обнимая своего мужчину за шею.

Я дома и дом рядом со мной.

Помимо всего прочего, Седрик привез новый контракт для Джейсона. Теперь он не был ограничен сроками написания новых книг и имел полную свободу своих действий.

Седрик признался, что был обязан родителям Джейсона и их встреча после авиакрушения была им подстроена. Он не мог так просто позволить сыну четы Бейкеров уничтожить себя и намеренно составил контракт, который будет держать Джейсона в узде.

Единственная цель, которую он преследовал, – это заставить автора женских романов жить дальше.

Сейчас же все будет иначе, но Джейсон продолжит писать свои романы здесь, в Чехии, а присылать материалы сможет по электронной почте. Конечно, в случае успеха ему будут предложены в Англии, и не только там, презентации, мероприятия и рекламные контракты по случаю выхода книги. Но Седрик обещал согласовывать все лично, прежде чем организовывать что-то.

Больше работа Джейсона не выглядела принудительной и деспотичной со стороны руководства издательства «Sceau de Cédric».

Обсудив все детали, я дала Кристофу знак, что он может приступать к нашему плану «сюрприз для Валери». Первой в дело вступила госпожа Шелбиана и вызволила Валери из кухни под предлогом, что гостю попался просроченный крем в пирожном, и он устроил скандал в зале.

Вообще, как руководитель «Love and Coffee», это я должна была говорить Валери о случившемся, но парни сказали, что из меня получится ужасная лгунья и мне не хватит напора в голосе.

Что ж… пускай актерским талантом блещет Шелби.

Валери на эмоциях вышла из кухни, зная, что с ее кремом все в порядке. Она уже готова была вступать в словесную перепалку, как Кристоф взял ее за руку и вывел в центр кофейни. Он сразу опустился на одно колено, все посетители замерли и не издавали ни единого звука.

Валери поменялась в лице и теперь еще и хмурилась, но по-прежнему ожидая скандала с недовольным клиентом, которого на самом деле не существовало.

– Моя любимая Ри. – Кристоф наконец начал говорить заранее подготовленную речь. – Мы потеряли с тобой столько лет, живя в разлуке, и я не желаю больше медлить. Теперь, когда мы вместе, я хочу доказывать тебе каждый день, что наша любовь не случайна, она сильная и теперь уж точно переживет все ссоры и семейные конфликты. Моя жизнь без тебя не имеет смысла…

– Крис! – Вал фыркнула, перебивая его. – Торжественные речи – не твое. – По помещению пронеслось несколько ахов, и мое сердце ушло в пятки от тона Валери. Неужели она не… – Я согласна.

Я радостно завизжала, и все вокруг поддержали нас еще одним шквалом аплодисментов, но уже для пары «Валери и Кристоф».

Они слились в страстном поцелуе прямо в центре кофейни, ничего не стесняясь, в отличие от меня с Джейсоном. Но это было так искренне. Они такие… идеальные! И неважно, что предложение пошло не по плану Кристофа, и он не договорил свою речь, зато все получилось в духе Валери!

Кристоф достал из кармана небольшое колечко и надел его Валери на пальчик. Она даже прослезилась, не веря в происходящее! Кто бы мог подумать, что наша Валери будет растрогана до слез!

Идеальный день открытия дверей кофейни «Love and Coffee» превратился в настоящую двойную историю любви. Иначе быть не могло, и пусть это будет хорошим знаком.

Двери кофейни с грохотом распахнулись, колокольчик, оповещающий о гостях, отлетел куда-то в сторону, чудом не задев ничьи головы. Все открыли рты и сдерживали ужас, потому что на пороге стояла темноволосая девушка с диким взглядом и демонической улыбкой. В одной руке она держала нож, а в другой непонятный предмет с… красной кнопкой? Я внимательнее на нее посмотрела и увидела на кофте несколько цветных проводов, окружающих что-то похожее на кирпич.

Это бомба?

– О черт… – вырвалось у меня.

Кристоф и Джейсон одновременно сделали два медленных шага вперед и закрыли нас с Валери собой от сумасшедшей девушки. Судя по всему, это Джуна, которая несколько недель назад пыталась меня сжечь заживо.

Мы переглянулись с Валери, и я решила аккуратно взять телефон со стойки, чтобы позвонить в службу спасения, но мои движения сразу же увидила Джуна.

– Стой, где стоишь, тварь!

Ее голос звучал страшно и очень громко. Все вокруг боялись пошевелиться, понимая, что девушка может в любой момент нажать на детонатор взрывного устройства и убить вместе с собой кого-то из них. Несомненно, будут жертвы и раненые, если это случится.

Джейсон предпринял попытку поговорить с ней:

– Привет, Джуна. – Я слышала по его голосу, что он улыбался. – Давно не виделись. Пойдем, поболтаем один на один?

Я дернулась и хотела остановить Джейсона от опрометчивого поступка, но он завел руку назад и остановил меня. Валери шепнула, чтобы я не двигалась и не провоцировала ее.

– Нет! Ты. – Выглядывая из-за спины Джейсона, я видела, как она указывает на него рукой, в которой держит нож. – Ты бросил меня! А должен был любить. Меня.

Она сделала шаг вперед, в то время как Джейсон и Кристоф отступили назад, по-прежнему закрывая нас с Валери собой.

– Видишь это? – Теперь она подняла руку с детонатором. – Я нажму на кнопку, и пух… никого не станет.

Я слышала, как девочка, которая пришла с мамой, начала громко всхлипывать, но Джуна не реагировала на людей вокруг. Она смотрела только на нас, стоящих в центре помещения.

Я оглянулась на место, где сидела Шелби, и увидела его пустым. Сердце заколотилось в груди с неистовой частотой.

Она успела уйти?

Если это так, то я счастлива, что она сейчас не подвергала себя опасности и стрессу. А еще Ассоль и Ворон! Хорошо, что Джейсон настоял оставить их сегодня дома.

Джуна сделала еще один шаг вперед, но вместе с этим раздался рев, и она в одночасье упала лицом в пол. На ее спину навалился Войтех, припечатывая ее на месте и не давая ей возможности пошевелиться. Нож и детонатор выскочили из ее руки во время падения, и Кристоф, быстро сориентировавшись, поднял все в тот момент, когда Джейсон уже говорил с полицией по телефону. Валери схватилась за живот и начала пятиться от этого кошмара подальше, развернулась и убежала на кухню. Но перед этим я ловлю ее взгляд:

«Мне нельзя волноваться!»

Я кивнула ей, понимая, что это значит, и не знала, радоваться или принимать меры.

Вызывать бригаду скорой?

Что вообще нужно делать?

Полиция приехала через несколько минут, Джуну связали и посадили в машину, обещая нам, что она будет под особым контролем после всего, что она натворила. Взрывчатка на ее теле оказалась ненастоящей, и максимум, что произошло бы, если она нажала на активатор, – это хлопок и немного дыма с запахом пороха. Пострадала бы разве что она сама.

Джейсон обнял меня и поцеловал в висок.

– Все закончилось. – Он погладил меня по голове, оставаясь местом спокойствия посреди хаоса. – Больше никакой опасности.

Гости разошлись. Кристоф давно ушел успокаивать Валери. Несколько человек из полиции разбирались с камерами видеонаблюдения и собирали показания у тех, кто согласился остаться и поговорить с ними. Еще был Войтех, который одиноко сидел за столом и смотрел в одну точку.

Я отстранилась от Джейсона и пошла к нему.

– Спасибо. – Я легонько прикоснулась к его руке.

– Прости меня, дочка! – Он начал рыдать, и все, что мне оставалось, – это обнять его крепче. Сколько бы ошибок он ни натворил, он – человек. – Я так виноват перед всеми!

Он говорил еще много всего бессвязного, выговаривая все свои грехи и ошибки. Каясь и проклиная себя за все…

Кристоф и Валери вышли к нам, держась за руки, и присоединились к разговору.

– Пап… – Кристоф не знал, что сказать, и просто обнял его. И Валери… она тоже присоединилась, забыв на какое-то время о прошлом.

Что бы ни произошло десять лет назад, сейчас Войтех спас нас всех, и неизвестно, чем бы все могло закончиться, если бы не его отважный и рискованный поступок.

Мы не боги, чтобы судить человека. Но мы люди, чтобы прощать.

Не могла говорить за Валери и Кристофа, но моя благодарность к Войтеху за все, что он сделал для меня за последние дни, больше, чем обида за несправедливость и подлость. Я не хотела тратить время на злость и вредить этим в первую очередь себе. И я дала Войтеху шанс стать частью нас, а воспользуется он им или нет – это его воля.

– Putain[22], Джейсон! Уезжай отсюда, пока не поздно. – Седрик вылез из-под стола в дальнем углу помещения, где он сидел все это время даже после того, как все закончилось и Джуну забрали полицейские.

Мы и забыли, что он был тут все это время.

Он снял со своей головы шарф, который во время нашего знакомства был на его шее, а впоследствии служил странным способом защиты и укрытия от опасности. Волосы взъерошились, а глаза распахнулись, как два блюдца.

Джейсон первый начал смеяться, а после него и все мы безудержно захохотали.

– Нет, Седрик. Мне уже поздно отсюда уезжать. – Он поцеловал меня, а потом заключил в крепкие объятия. Наши глаза встретились: его серые, цвета утреннего рассвета после дождя, и мои карие, цвета лесного ореха, цвета любви. – Я остаюсь тут на века.