Я забрала Ассоль от Джейсона, который, конечно же, пошел на встречу вместе со мной. По дороге мы не разговаривали, одной рукой он держал меня крепко за руку, а второй что-то набирал в телефоне, который начал разрываться от уведомлений, когда он его включил. У меня накопилось слишком много вопросов к нему, которые я не решалась задать, но это лишь доказывало, какие между нами отношения. Мы друг друга не знали и вряд ли доверяли.

Нет, мы однозначно друг другу не доверяли.

Мужчина рядом со мной был невероятно спокоен и продолжал иногда поглаживать мою ладошку большим пальцем. Не знала, осознавал ли он, что этот жест уже вошел у него в привычку. Уж я точно начинала к нему привыкать.

Время пронеслось ужасно быстро. Я не успела привести свои мысли в порядок, не успела составить дальнейший план действия. А чувство голода меня начинало нервировать еще больше. Я безумно хотела есть, последний наш прием пищи с Джейсоном был поздним утром, когда мы купались в лучах солнца и отголосках той любви, что согревала нас обоих в его кровати. Не верилось, что это вообще происходило со мной несколько часов назад. Такое чувство, что уже прошла неделя с этих пор.

Мы зашли в небольшое кафе, которое совсем не было похоже на мою уютную кофейню. Тут много ярких цветов, казалось, этот интерьер в стиле поп-арт: абстрактные рисунки на стенах, яркий самобытный ковер на полу и увесистые люстры на потолке. Мы сели за круглый столик, где могла с легкостью поместиться компания до шести человек. Я выбрала место у стены, чтобы видеть входящих в кафе посетителей, а Джейсон уселся справа. Мы взяли в руки меню, не дожидаясь остальных.

– Добрый вечер! Вам нужно время определиться или вы готовы сразу сделать заказ? – Официанты тут были слишком молодые, не уверена, что они и школу-то успели закончить.

– Салат «Цезарь» и пасту с цыпленком. – Была бы благодарна, если они поторопятся. Даже не пожалела бы чаевых, если еда окажется на моем столе в течение ближайших минут! – И пожалуйста, сразу капучино на миндальном молоке.

– К сожалению, мы не готовим кофе на растительном молоке.

– Тогда на обычном. – Надеялась, что хоть кофе у них не из капсул или автомата.

Официант перевел взгляд на Джейсона в ожидании его заказа. На всем обслуживающем персонале была одинаковая униформа: белые рубашки и джинсы. Выглядело простенько, но это удобно для посетителей, когда им что-то требуется, – они знают, к кому обращаться. Молодой человек переминался с ноги на ногу, когда Джейсон начал говорить.

– Аналогично и побыстрее, – коротко сказал он, заставляя официанта вздрогнуть и уйти от нас как можно скорее.

– Ауч… Это было грубо, Джейсон. – Я вспомнила нашу первую встречу, когда он тоже не был особо приветливым.

– Зато он поторопится, лишь бы быстрее от нас избавиться. Я виноват, что заставил тебя голодать, нужно было забежать за перекусом.

– Все нормально. – Я гладила Ассоль по голове, успокаиваясь и отказываясь смотреть на Джейсона. Хорошо, что в Чехии нормально относятся к домашним питомцам в ресторанах и кафе, можно брать малышку с собой всегда и везде.

Как ни странно, но сейчас от Джейсона не исходили недоверие или страх, который я на секунду уловила во время прогулки. Он все тот же Джейсон Бейкер, но я не давала себе возможности расслабиться.

Через несколько минут в кафе появилась Валери, а за ней и Кристоф, который положил ей руку на поясницу, подсказывая в каком направлении идти. Она не заметила нас на противоположном краю зала, а вот Кристоф нашел мой взгляд моментально. Она резко сбросила его руку и, ничего не сказав, ускорилась, идя между столиками. Кристоф опустил взгляд в пол и сунул руки в карманы, двигаясь за ней по пятам.

Они сели к нам, Валери – слева от меня, а Кристоф – спиной к залу. Он на небольшом расстоянии от каждого из нас, так, что теперь казалось, будто он один против нас троих.

Хотя так и есть…

Официант снова подбежал, вручая меню, но Валери отказалась и попросила повторить мой заказ.

Парнишка обернулся теперь на Кристофа, тот смотрел на нас и просто произнес:

– То же самое.

М-да…

Интересно, как мы выглядели со стороны? Компания молчаливых и хмурых людей, которые отказались изучать меню и заказали одни и те же блюда. Парнишка точно не был рад, что его смена выпала на этот вечер и обслуживание этого столика. Он спешно удалился, и я смотрела ему вслед, задумываясь, нужна ли нам с Вал одинаковая форма в кофейне.

Я вернула свое внимание к собравшимся и поняла, что Джейсон не спускает взгляда с Кристофа. Боялась, если он резко пошевелится, это будет восприниматься как нападение. Кристоф тем временем разглядывал Валери, а она смотрела на меня и молила поскорее разобраться со всем и уйти подальше от одного из Янаков.

– Мне начать сразу? – Кристоф взял на себя смелость начать разговор.

Я просто кивнула, когда остальные продолжили молчать.

– У нас непростые отношения с отцом, несколько месяцев назад он позвонил и попросил вернуться в Чески-Крумлов и помочь ему открыть заведение. Сказал, что в дальнейшем оно будет переписано на меня. – Он сделал паузу, ожидая реакции. Когда никто не отреагировал, он продолжил: – Он рассказал мне, что это была его мечта молодости, но из-за твоей матери он так ее и не исполнил.

Официант принес всем одинаковый кофе и дал мне этим минуту, чтобы переварить услышанное. Я ничего не знала о своей маме, меня воспитывала бабушка, которая не любила делиться воспоминаниями. Все, что я знаю о людях, подаривших мне жизнь, – они были недостойны носить титул родителей. Бабуля сказала, что они уехали в путешествие, и на этом все. Павел и Анна Ворличек бросили свою дочь и скрылись в неизвестном направлении.

Я размешивала кофе, когда Кристоф начал снова говорить:

– Отец любил Анну, но та выбрала Павла. Он сказал, что она попросила у него деньги в долг, но потом исчезла, ничего не вернув. Это были средства на открытие маленькой пекарни.

Джейсон бросил ложку на стол, которой размешивал сахар, и уже хотел сказать ему заткнуться, но я положила руку ему на колено, останавливая.

– Продолжай, Кристоф.

Джейсон сжал мою руку. Я чувствовала его волнение и поддержку.

– Я не знаю, насколько все это правда, я просто передаю то, что говорили мне. Отец рассказывал про тебя, София. Я не буду произносить это вслух, потому что наше знакомство доказывает, что почти вся информация, сказанная мне, была ложью. Я не верю ничему, что услышал, и не собираюсь и дальше смотреть на все, что отец творит из мести.

Я убрала руку от Джейсона, облокачиваясь на стол и подпирая кистью подбородок. Наши глаза с Кристофом встретились, и я, как всегда, начала ощущать прилив тепла. Я уже чувствовала, что сейчас услышу вторую часть признания, предназначенную только для меня.

«Я расскажу все, что знаю о тебе, но, наверное, сейчас не то место, где стоит об этом говорить».

Я моргнула, давая ему знак согласия.

«Твоя тайна всегда будет со мной, ты не должна меня бояться и опасаться. Я никому не расскажу».

Снова моргнула и успокоилась. Я ему верила.

«Я очень сильно виноват перед Валери. Мне жаль…»

– Что ты собираешься делать дальше? – Я прервала наше общение, иначе скоро возникли бы вопросы.

– Я мог бы уехать и больше никогда не возвращаться. – Он перевел взгляд на мою подругу, которая по-прежнему молчала. – Но я не собираюсь совершать эту ошибку снова. Я остаюсь, и уже навсегда. Хочешь ты этого, Валери, или нет, но нам есть что обсудить. Я готов ждать столько, сколько потребуется, но я добьюсь своего.

Валери не успела ничего ответить, официант принес нам тарелки с едой: четыре совершенно одинаковые порции салата и пасты. Мы выглядели идиотами, честное слово…

Когда все утолили голод, Кристоф рассказал, как Войтех подложил специальный контейнер для переноса летающих насекомых в вентиляцию. Там он смастерил и защитную конструкцию, чтобы они не пробрались к ним в заведение. Более того, он подкупил специалиста, чтобы тот помог ему все подготовить и провернуть. Кристоф узнал обо всем случайно, когда вернулся обратно в кафе за телефоном и подслушал разговор, где обсуждались результаты дела.

– Не поверю, что ты ничего не заподозрил. Сам говоришь – отец тщательно готовил план. – Джейсон продолжал нападать на Кристофа и отмахиваться от всех сказанных им слов.

– Он хитер, а еще перестал разговаривать со мной, когда я немного испортил новую мебель.

Валери прыснула от смеха и сразу прикрыла рот рукой.

– Извините, но это уже какой-то бред!

– Хочешь, расскажу обстоятельства, Ри?

Валери тут же изменилась в лице и сжала руки в кулак.

– Нет, не хочу. И если еще раз назовешь ме…

– Я разгромил только что привезенную мебель в кафе, после того как узнал, что ты до сих пор в городе. – Он все же перебил ее и сказал то, что хотел. – После нашей первой встречи спустя девять, мать его, лет!

– До сих пор? Кристоф, ты реально думал, что я сбегу, как это сделал ты?

Я не шевелилась, боясь прервать разговор, не предназначенный для лишних ушей. Им действительно нужно поговорить, но если честно – мне было неловко слушать все это.

– Мне сказали, ты уехала в Остраву к тетке после всего случившегося!

– У меня нет тетки в Остраве! Я вообще не выезжала из города все это время, кретин! Ты сбежал! Бросил меня разбираться со всем одну!

– Как не уезжала?! Если мне…

– Ребят, мне очень жаль прерывать ваш занимательный разговор… – Джейсон поднялся и взял меня за руку. – Нам с Софией пора. Кристоф, я по-прежнему тебе не доверяю, – коротко пробубнил он.

– Вал, позвони мне обязательно, хорошо?

Подруга ничего не ответила, ее щеки пылали огнем, даже веснушки перестали быть заметны. Мне казалось, она в шоке от того, что сейчас услышала, она верила в совершенно иную историю. Как и Кристоф. Они оба заблуждались, или кто-то намеренно скормил им ложь друг о друге.

Мы вышли из кафе и направились в парк. Ассоль я спустила с поводка, давая ей больше свободы и возможности для игр. Джейсон снова достал телефон из кармана, который не переставал вибрировать весь вечер, и наконец-то ответил на звонок:

– Алло!

Он был раздражен.

– Живой, Седрик! Зачем так часто звонить?!

Кажется, это его агент. Джейсон замедлил шаг и остановился. Выражение его лица было неизменным, я не могла понять, что он чувствовал. К сожалению, я вообще ничего не слышала, не могла уловить даже интонации, но Джейсон продолжал внимательно слушать.

– Я понял, пока, – спустя, наверное, несколько минут ответил он и сбросил звонок.

Больше его телефона этим вечером слышно не было.