За окном минус тринадцать градусов. Сижу на борту Эфиопских авиалиний, которые, по договору пассажирских перевозок, должны перенести меня на расстояние тринадцати тысяч километров из Москвы в Буэнос-Айрес с двумя пересадками. На календаре тринадцатое января, мне достался тринадцатый ряд, и выход на посадку в самолет тоже был под номером тринадцать. Именно так начинаются мои латиноамериканские приключения. Совпадение это или знак – дорогому читателю предстоит узнать, если он дочитает историю до конца.

К этой поездке в Аргентину я мысленно готовился около года. Предстоит не совсем обычное путешествие в духе «выпить вина, поесть стейк, потанцевать танго» (хотя это тоже планируется). Есть у меня амбициозный гештальт, который хочу там закрыть.

Десять дней назад при попытке штурма горы Аконкагуа в Аргентине погибли двое альпинистов – россиянин и американец. Обоим было по тридцать лет. Грустно и неприятно было читать эту новость, особенно когда в ближайшие дни ты тоже планируешь туда восходить.

Аконкагуа, 6962 метра, – самая высокая гора в мире за пределами Азии. Входит в список «Семь вершин» – высочайших вершин всех частей света. Если повезет – она станет моей третьей по счету горой из данного списка после Эльбруса и Килиманджаро. Если не повезет – это будет дневник эпичного фиаско в режиме реального времени.

Накануне восхождения на Аконкагуа возник такой диалог с моей старой знакомой (хотя не такой уж и старой – всего сорок лет).

– Кухта, зачем ты туда собрался лезть? Кому что пытаешься доказать?

– Дело не в доказательстве, а в преодолении. В такие моменты происходит полная концентрация на «здесь и сейчас» и ты прям чувствуешь, что живешь, а не проживаешь.

– Ну, наверное, для тебя это так. Каждому свое. Но надо учиться и «проживать», если, конечно, хочешь долго прожить.

– Проживать в потоке хочется. И да, долго по возможности тоже, поэтому, конечно, надо оценивать все риски. Здравый смысл должен присутствовать.

Так что запасаюсь оптимизмом и здравым смыслом – и вперед, к новым вершинам.