«Солнце светит, и растет трава, но тебе она не нужна…»

Ну как не нужна… Нужна, вообще-то. Сегодня по плану мы должны были стартовать Путь Сантьяго, но что-то пошло не так. Марго с утра сказала, что не в состоянии не то что шагать под рюкзаком, но даже встать с кровати. Сморкается каждую минуту, все горло обложило. Градусника нет, но, скорее всего, есть температура. Можно было бы отчаиваться, но стоически ловим состояние «штош» – полное принятие того, что есть.

Пока лечимся, принимаем решение продлить номер в мини-отеле еще на одни сутки, благо он оказался свободным и не пришлось переезжать в другое место. Находится номер на третьем этаже, а кухня – на втором. В отеле нет электрочайника, поэтому регулярно приходится спускаться на кухню, чтобы сделать для Марго кипяток в обычном чайнике на электрической плите. Из плюсов – там же, на кухне, стоит бутыль красного портвейна, и каждый гость может наливать себе стопочку, проходя мимо. С учетом того, что прохожу мимо каждые полчаса, – успел знатно накидаться, пока лечу Марго.

Говорят, первым человеком, который попутал берега, был Христофор Колумб: шел в Индию, попал в Америку. Видимо, я тоже сегодня попутал берега. Когда Марго уснула, не придумал ничего лучше, чем отправиться на дегустацию портвейна, дабы хоть чем-то себя занять. И где, как не в Порту, это делать – на его родине.

В подростковом возрасте мы с пацанами скидывались на самый дешевый портвейн «Золотая осень», ласково называя его Зося. Помню, однажды приговаривали сие сомнительное пойло под гитару под релевантную песню Виктора Цоя «Мама – анархия», чокаясь пластиковыми стаканчиками и радостно подпевая: «Папа – стакан портвейна». Пришла пора сравнить вкусовые характеристики напитка беззаботной молодости и настоящего португальского крепленого вина.

Накануне гид Михаил рекомендовал местечко, где можно продегустировать портвейн от местного производителя. Скрытый вдали от толп прохожих винный погребок имеет приятный интерьер со столиками в виде бочек. Каждому гостю за денежку предлагается отведать разные сорта напитка. Поскольку в отеле я подружился с красным, сейчас решил попробовать белое и розовое.

Что ж, вынужден признать – молодость проигрывает по всем фронтам. Больше всего понравился белый портвейн – сладкий, ароматный, имеет приятное послевкусие. Очень захотелось зацепить бутылочку с собой, но все еще тешу себя надеждой, что мы таки пойдем по Пути Сантьяго, а тащить в рюкзаке за плечами бутылку – как-то не улыбается.

Кстати, любопытнейший факт: самым старым ныне действующим международным торговым контрактом является договор между Португалией и Англией, подписанный аж в XVII веке. Согласно так называемой «Португальской винной квоте», Англия имеет эксклюзивные права на экспорт португальского портвейна по всему миру. Лишь только в самой Португалии разрешено продавать напиток с таким названием не от лица Англии. Причем котируется только портвейн, произведенный в долине реки Доуру. Все остальное – жалкое подобие и не имеет права так называться. Эх, жаль, если пацаны узнают, что Зося – это был вовсе не портвейн.

Напившись дарами Порту, в хорошем настроении побрел бродить вверх-вниз по рельефному городу и напитываться его энергетикой. Порту притянул к себе словно магнитом – есть у него какая-то особая атмосфера. Парящие в небе жирные чайки, шикарные панорамные виды, красивые разноцветные домики, узкие мощеные улочки с висящим на балконах домов сохнущим бельем, старые аварийные здания, размалеванные граффити, – таким Порту отложится у меня на полочке в памяти.

На ужин принес в номер для Марго в клюве кебаб из шаурмячной, а еще раздобыл имбирь. Лежит, пьет лекарства и продолжает периодически отправлять меня за кипятком, а я и рад услужить. На этикетке стоящей на кухне бутылки красуется надпись «Требуется время, чтобы найти настоящего друга. Требуется время, чтобы найти настоящий портвейн». Мне в этом плане повезло – он сам меня нашел.