«Лучшие годы своей жизни я провел в разврате и пьянстве. Собственно, именно поэтому они и лучшие», – эти слова приписывают Генриху IV, главному меценату и покровителю Лиона своего времени. Сто процентов понимания, ноль – осуждения.

Начинаем наше европейское турне в славном французском городе Лион. На подлете к нему смотрел в иллюминатор, а на душе скреблись кошки…

Бывали ли у вас когда-нибудь такие отношения, которые длились совсем недолго, но вы всегда вспоминаете их с теплом и нежностью, объективно оценивая как самые лучшие? Теперь представьте, что спустя много лет где-нибудь за стеклом трамвая вы совершенно случайно натыкаетесь взглядом на того самого бывшего, но он вас не видит.

Какие чувства? Позвольте угадаю: грусть и тоска переполняет сосуд вашей души. Судорожно смотрите на него, и сердце замирает. В одночасье перед вами проносятся те самые моменты, когда вам было так хорошо вместе, но прошлого, увы, не вернуть. Трамвай останавливать, чтобы сойти, тоже не имеет большого смысла. Остается лишь сгримасничать непроизвольную улыбку, сглотнуть печальный комок в горле и мечтать, чтобы схожий по страсти и чувственности роман когда-нибудь вспыхнул вновь, но уже с кем-нибудь другим.

Это было краткое описание переполнявших меня эмоций в тот момент, когда я провожал взглядом проплывающую за стеклом иллюминатора гору Монблан, вершину которой топтал однажды, и это стало одним из самых ярких эпизодов в жизни. С тех пор много лет не был в этих ваших Европах. Говорят, многое изменилось не в лучшую сторону. Но мы не занимаемся оценочными суждениями. Наша миссия – исследовать. Длительный перелет из Петербурга со стыковкой в Стамбуле прошел гладко, а рослые гладковыбритые французы на границе пропустили без единого вопроса. Итак, Лион. Гастрономическая столица Франции, родина масонства и Маленького принца – какая она?

Хотите – верьте, хотите – нет, но в детстве моим любимым шоколадным батончиком был Lion, любимым мультиком – «Король Лев» (Lion King), любимым фильмом – «Леон-киллер», а любимым ниндзя-черепашкой – Леонардо. Слишком много совпадений, как по мне. Можно было бы еще сюда до кучи приплести, что любимым певцом был Валерий Леонтьев, но это не так.

Лион с его 2000-летней историей впечатлил с первого взгляда и усладил с первого глотка, оставив приятное послевкусие в душе и в горле. Холмистая местность на слиянии двух рек и сорока тысяч заведений общепита – наличие таких факторов делает город обреченным на успех. Добавим сюда шедевральную архитектуру, компактность и уют – гулять по уютным улочкам и лицезреть всю эту красоту есть одно сплошное удовольствие. И есть здесь тоже удовольствие. Сначала, правда, позарились на Макдональдс в силу отсутствия чего-либо другого возле съемной квартиры, но вечером достойно реабилитировались в приятном старинном ресторанчике с местной кухней, уминая говяжью требуху.

Если бы меня спросили раньше, какой город мира произвел самое сильное впечатление, я бы не задумываясь ответил – Иерусалим: когда бродил по его мощеным улочкам, возникали ассоциации, словно гуляю по страницам Библии. Отныне у моего фаворита появился достойный конкурент в лице Лиона, с той лишь разницей, что по нему мы сегодня гуляли как по страницам какого-то легкого ненавязчивого романа.

Помогала нам в этом гид Лариса, сопровождавшая по городу. Любопытная и крайне эрудированная дама родом из Киева, по образованию архитектор. Живет во Франции с начала 90-х годов прошлого века – аккурат с того момента, когда появилась соответствующая лазейка. Став эмигрантом, перепробовала множество разных профессий – от мойщицы посуды и гувернантки до гида-конферансье в Музее галло-римской цивилизации и сотрудника Министерства культуры Франции. Много лет назад вышла замуж за француза, но он уже давно умер. Сейчас Лариса занимается тем, к чему лежит душа, – водит туристов по Лиону, в который влюблена вот уже три десятка лет. Жизнью своей довольна и счастлива, и эта энергетика передается другим. Фактами и историями из жизни города она делилась так охотно, что буквально строчила ими как из пулемета – мы только и успевали все слушать да запоминать.

Тайными тропами завела нас в трабули – это такие узкие проходы, идущие внутри домов и соединяющие разные улицы. Оказавшись внутри, удалось увидеть убранство дворов с многовековой историей, отлично сохранивших облик своей эпохи. Эдакие французские старшие братья питерских дворов-колодцев. Без гида попасть сюда сложно. Как правило, трабули закрыты на кодовые замки. Связано это с тем, что в Лионе много бездомных, которые ночуют где придется. Им это не возбраняется до тех пор, пока не лезут на частную территорию, а трабули принадлежат муниципалитету, поэтому приходится защищаться.

Бездомные разбросаны по разным частям города и валяются себе спокойненько в коробках, на матрасах, в спальниках. У Марго при их виде возникли, мягко скажем, смешанные чувства. Я же не придавал им особого значения, вдоволь наглядевшись на сие зрелище в Буэнос-Айресе годом ранее. У европейских продвинутых – фирменные палатки, как правило, установленные под мостами. Видел нескольких «чилловых пареньков» прямо у здания лионской мэрии – один лежал отдыхал на какой-то тряпочке, другой сидел с жестяной баночкой в руках и повторял как мантру «фифти цент, фифти цент», но речь шла явно не об известном рэпере. По площади метрах в ста гордо прохаживались полицейские, но даже не посмотрели в их сторону. С другой стороны мэрии из здания вышел какой-то чиновник в костюме, сел на припаркованный велосипед и покатил домой. Говорят, мэр Лиона тоже ездит на работу на велосипеде. Не удивлюсь, если это был он.