Чарли и Мейсон вернулись домой одновременно. Случалось такое редко: обычно они оба пользовались машинами вместе с друзьями, а в компании Мейсона народу было гораздо больше, чем у Чарли. Она всегда считала, что таким способом ее старший брат дает понять, что лучше забраться в одну машину вместе с пятью парнями, чем мучаться тридцать минут в обществе младшей сестры.

Но сегодня Чарли остановила «Бронко» у дома как раз в тот момент, когда Мейсон шел по подъездной дорожке. Изогнувшись на сиденье и прищурившись, сквозь заднее окно Чарли разглядела незнакомую машину, заворачивающую за угол. Длинная и черная. Может, кабриолет старой модели. Ни у кого из друзей Мейсона такого не было. Иначе Чарли запомнила бы его.

Ей в голову закралась догадка насчет владельца машины.

Чарли вышла из «Бронко» и хлопнула дверцей в тот момент, когда Мейсон подошел к двери дома. Он даже не удосужился посмотреть, кто подъехал.

– Кто тебя подвез? – еще издалека спросила Чарли.

– И я рад тебя видеть, сестренка, – бросил Мейсон через плечо, вставляя ключ в замок.

– Ну правда, Мейсон. – Она торопливо прошла через газон перед домом и приблизилась к брату. – Это был Элиас, да?

Мейсон обернулся и прищурился.

– А если и так, что с того?

– Просто он мне не нравится, – сказала Чарли. – Какой-то мутный. Вчера я встретила его в лесу, и…

– Он мутный? – Брат вынул ключ из замка и побрякал им. – Он только что переехал в этот город. Ему наверняка было любопытно. А вот что там делала ты?

– М-м… – Она прикусила нижнюю губу. Пожалуй, она все же поспешила с выводами. Но, с другой стороны, Элиас действительно назвал ее по имени, хотя она не говорила ему, как ее зовут.

Или все же сказала?

Вот черт. Мейсон совсем заморочил ей голову.

– И все равно, – упрямо повторила Чарли. – Дело не только в этом. С ним что-то… не так.

Покачав головой, Мейсон отвернулся и снова вставил ключ в замок.

– Какое тебе вообще дело?

– Просто не хочу, чтобы ты общался с опасными людьми.

– Отлично. – Он повернул ключ и толкнул дверь. – Ну само собой. Значит, теперь ты проявляешь интерес к моей жизни.

Чарли вошла в дом следом за братом.

– И какого черта это значит?

Он бросил ключи на столик в прихожей.

– Неважно. – Скинув с плеча рюкзак, Мейсон уронил его на пол. – Элиас хороший парень, Чар. Может, чуток холодноватый, но не по своей вине. Детство у него выдалось трудное.

Ей вспомнилось, как прикосновение к его коже обожгло ей пальцы. И вовсе не холодноватый, мысленно возразила она. Холода в нем нет и в помине.

– Откуда тебе известно, какое у него было детство? – спросила она. – Он пробыл в городе несколько дней. За это время вы просто не могли так сблизиться.

– Мы сидим вместе на некоторых уроках. – Мейсон направился по коридору в кухню. – Вообще-то он много чего мне рассказал. Живет в приемной семье. В очередной, уже десятой за десять лет. Всю жизнь болтается по чужим людям.

От этих слов у Чарли защемило в груди. У Элиаса нет родителей. Может, умерли. Если так, значит, это от горя он стал таким.

Она могла это понять и посочувствовать ему.

Гадство. А ведь она в самом деле поспешила с выводами насчет Элиаса.

– Да?.. – откликнулась она, все еще стоя в коридоре. – Этого я не знала.

– Конечно, не знала, – ответил Мейсон из кухни. Чарли слышала, как он гремит посудой, открывает шкафы и холодильник. Должно быть, ищет, чем бы перекусить. – Честно говоря, удивительно уже то, что ты задумалась о ком-то настолько, чтобы составить мнение о нем.

Она могла бы спросить, что он имеет в виду. Могла бы, если бы была готова услышать ответ. И, честно говоря, ее саму удивляло, как много места стал занимать Элиас Эверхарт в ее мыслях. Насколько сильным оказалось ее желание узнать о ее прошлом. И совершенно напрасно. Как оказалось, он просто еще один человек. Со своими недостатками, бедами и историей, в центре которой зияет смерть. Ответить брату Чарли не удосужилась. Повернувшись, она поднялась по лестнице, ощущая в груди странную пустоту, словно лишилась чего-то, даже не догадываясь раньше, что обладала этим.

* * *

После смерти Софи мама Чарли решила полностью преобразить комнату близнецов. Она убрала оттуда кровать Софи, поставив вместо нее письменный стол, заменила ковер и перекрасила стены. Будто считала, что, если избавиться от всех свидетельств существования Софи, Чарли перестанет горевать.

Она ошибалась.

Мама могла снять все постеры и рисунки ее сестры, унести пухлые подушки, которые Софи любила складывать горой на постели, но не воспоминания. Не могла очистить комнату от призраков ее смеха, улыбок, игр, которые близнецы затевали вместе. Призраки поселились в этих стенах навечно.

Чарли шагнула к широкой кровати, которой мама заменила ее прежнюю, такую же, как у Софи, и неожиданно у нее в заднем кармане завибрировал телефон. Сбросив обувь, она достала телефон и ответила на звонок.

– Надо поговорить, – вместо приветствия выпалила Лу.

Чарли упала на кровать.

– Только пожалуйста, не надо снова про бал.

– Нет, не про него. – На заднем фоне слышался какой-то хруст – Лу наверняка грызла «Принглс», которыми предпочитала подкрепляться после уроков. – А про то, как ты встретилась с Элиасом Эверхартом в лесу, а мне не рассказала.

– Нечего было рассказывать. Мы обменялись всего парой слов.

– Ну да, и эта пара слов его явно впечатлила.

Чарли перекатилась по постели и задрала вверх ноги.

– Насчет этого не знаю.

– Зато я знаю. – Снова хруст. – И что меня особенно взволновало, так это что ты наконец занялась тем, чем я давно твержу тебе заняться.

– Чем это?

– Перестать замыкаться в себе, – объяснила Лу. – Завести новых друзей. Просто жить. И так далее.

– О, прекрати! Всего и был-то один разговор.

– Теперь уже два разговора, – поправила Лу. – Ладно, не важно. Слышала последние новости про Робби?

– Нет. – В Чарли мгновенно вспыхнуло любопытство. – Что случилось?

– В лесу нашли еще символы. Похожие на те, что вырезаны на ясене. По всему лесу.

«А-а, – подумала Чарли. – Об этом они могли бы узнать и от меня».

– И все они, похоже, скандинавские. Во всяком случае, так говорят в новостях. – Чарли услышала шорох ткани – Лу поерзала, меняя позу. – Интересно, что это значит. Ставлю на серийного убийцу, фетиш которого – викинги.

– Чтобы ты – и зациклилась на серийном убийце? Ни за что бы не подумала.

– Нечего критиковать мое хобби. Могла бы воспользоваться парочкой своих.

– Хобби?

Лу фыркнула.

– Нет. Ясно же, что парочкой серийных убийц. И для здоровья полезно.

Чарли рассмеялась.

– Пока, Лу.

– Рассмешила тебя – считай, достижение. – Чарли услышала легкий смех Лу. – Спокойной ночи, Чарльз. До завтра.