С самого детства, на протяжении юности, зрелости – и до глубокой старости сны помогают нам справляться с трудностями и ведут нас по пути индивидуации. Даже в конце жизни сновидения – наш ориентир на пути домой. Работники хосписа знают, что смерти часто предшествуют сны, в которых близкие больного предстают как живые и даруют ему утешение⁸.

За несколько недель до смерти Юнгу приснилось, что «он увидел „другой Боллинген“, залитый светом, и голос сказал ему, что строение закончено, в нем можно жить. Затем далеко внизу он увидел мать-росомаху, которая учила своего детеныша нырять и плавать в реке». Боллинген – это каменная башня, которую Юнг построил на берегу Цюрихского озера, чтобы отдыхать и созерцать природу. Коллега Юнга и его биограф Барбара Ханна отметила, что на последнем этапе своей жизни Юнг «часто видел сны об этом „другом Боллингене“, башня бывала на разных этапах строительства. Юнг всегда говорил о ней как о чем-то, находящемся в бессознательном, по ту сторону»⁹. Сон Юнга обещал ему дом, который ждет его в неведомом царстве, простирающемся за пределами жизни человеческого тела.

Юнг был уверен, что автор грез сопровождал его с самых ранних лет. Он поражался необычайным прозрениям, настигавшим его в детстве, начиная с трех-четырех лет. «Кто же тогда говорил со мной? – писал он перед смертью. – Кто говорил о проблемах, выходящих далеко за пределы моего понимания?»¹⁰ Этот другой, говорящий с нами на мифологическом языке души, – это автор грез. Внутри каждого из нас скрыта древняя непостижимая мудрость. Она соприкасается с вечным и соединяет каждого из нас с бесконечностью. Теперь у вас есть ключи от внутреннего царства, и вас ждет приключение всей вашей жизни.