Лея

У Люси звонит телефон, и я отрываю взгляд от своего диссертационного исследования, чтобы посмотреть на нее. Она сидит рядом со мной за обеденным столом, у нас уже вошло в привычку проводить послеобеденное время вместе. Они с Колтоном выполняют свою домашнюю работу прямо здесь, рядом со мной, и если я довольна результатами, Колтон может играть в свои игры, а Люси – читать или смотреть телевизор столько часов, сколько захочет.

Обычно она сидит, уткнувшись носом в книгу, но сегодня едва отрывает глаза от телефона.

– Люси, в чем дело? – интересуюсь я с любопытством и в равной степени озабоченностью. Я понимаю, что частью бракоразводного процесса была договоренность, что у детей будут собственные телефоны, чтобы их мать могла всегда с ними связаться, но в наши дни технологии пугают. Люси могла бы разговаривать с кем угодно и где угодно. Наконец-то я понимаю паранойю своей матери. Что, если девочка болтает с каким-то больным ублюдком, который притворяется ее ровесником и набивается к ней в друзья? Я делаю глубокий вдох, стараясь изо всех сил не зацикливаться на плохих мыслях. Черт возьми. Когда я успела превратиться в свою мать?

– О, – говорит она, поднимая глаза, ее щеки покрывает румянец. Мое сердце бешено колотится в груди в ожидании худшего. – Это моя мама.

Я замираю, при мысли о бывшей жене Тора меня переполняет чувство вины. Дети все еще не оправились от развода их родителей. Последнее, что мне стоило бы делать, – это испытывать вожделение к их отцу. Люси выглядит такой счастливой при упоминании о своей матери, и у меня внутри все сжимается. Если бы она знала, чем мы с Тором занимались, ее сердце было бы разбито.

– Она говорит, что скучает по мне. Я пытаюсь убедить ее навестить меня, потому что папа никогда не отпустит меня к ней. Особенно во время учебного года. – Она замолкает в нерешительности, а затем откладывает телефон на мгновение. – Ты не могла бы… может, ты поговоришь с папой? Я знаю, что вы еще работаете вместе в колледже и, похоже, дружите. Может, он тебя послушает? Я бы попросила дядю Сайласа, но он не… ну, в общем, ему не нравится моя мама.

Я отвожу взгляд, не зная, что сказать.

– Люси, я не уверена, что имею на это право. Это кажется семейным делом.

– Но ты же член семьи, разве нет? Ты совсем не похожа на других нянь, которые у нас были. Ты на самом деле заботишься о нас, и ты папин друг.

Я вздыхаю и подаюсь вперед, чтобы заправить волосы ей за ухо.

– Люси, я ничего не обещаю. Я могу упомянуть об этом, но не уверена, как отреагирует твой отец.

Она кивает и обхватывает себя руками.

– Он злится, когда мы заговариваем о маме. Он думает, что мы этого не замечаем, но мы-то видим.

– Правда? – бормочу я, не зная, что еще сказать. Она впервые откровенничает со мной, и я не хочу отмахиваться от нее, но мне кажется неуместным обсуждать ее мать после того, как я переспала с ее отцом. Воспоминания о том, как Тор сжимал в кулаке мои волосы, пока толкался членом в мой рот, все еще свежи в моей памяти, и чувство вины почти невыносимо. То, что их отец решил начать новую жизнь, причинит детям бесконечную боль, но то, что он решил сделать это со мной, с тем, кому они доверяют… Не уверена, что они когда-нибудь смирятся с этим.

– Просто я скучаю по ней, – шепчет она прерывающимся голосом. – Я хочу, чтобы она вернулась домой. Я хочу, чтобы мы снова были счастливы.

Я обнимаю ее, разрываемая угрызениями совести. Если Люси когда-нибудь узнает о нас с ее отцом, она никогда меня не простит. Я не сомневаюсь, что она будет чувствовать себя преданной. Как мы вообще сможем ей сказать об этом?

– Разве сейчас ты не счастлива, Люси? Мы каждый день проводим время вместе, и нам весело, не так ли?

Она кивает, но всхлипывает, выдавая свою печаль. Я заключаю ее в объятия и прижимаю к себе.

– Это не то же самое. Я скучаю по ней так… так сильно. – Ее дыхание меняется, как будто она задыхается от сдерживаемых рыданий, и я еще крепче обнимаю ее. – У Колта есть папа, и между ними особая связь, а у меня была мама.

Я нежно глажу ее по волосам, изо всех сил стараясь сдержать слезы. Почему я раньше не понимала, как сильно она страдает? Она никогда не показывала и намека на то, что скучает по своей матери.

– Я понимаю, что это будет не то же самое, но, если хочешь, мы могли бы сходить с тобой в спа-салон. Мы могли бы даже позвать с нами тетю Амару, если хочешь. Ты права, милая, у Колтона есть твой отец, и они вместе играют в игры и занимаются спортом, но у тебя есть я. Мы ведь подруги?

Она отстраняется, чтобы посмотреть на меня, яростно вытирая слезы, как будто ей стыдно, что она вообще плакала. Она такая сильная маленькая девочка. Мне так жаль, что я не справилась со своими обязанностями лучше. Как бы я хотела, чтобы она не испытывала необходимости все время быть такой сильной. Я должна была быть рядом с ней. Должна была понять, что ей больно.

– Серьезно?

– Серьезней не бывает. Можем отправиться в эти выходные.

– Ты и правда это сделаешь?

– Люси, я тебя когда-нибудь обманывала?

Она качает головой и снова шмыгает носом.

– Только ты и я? И мы не возьмем с собой Колтона или папу?

– Не-а. Это только для девочек! Ты хотела бы позвать тетю Амару или мы устроим девичник только для Люси и Леи?

Она ненадолго задумывается, ее губы растягиваются в робкой улыбке.

– Только Люси и Лей, – шепчет она, и я смеюсь, чувствуя, как мое сердце переполняется радостью.

– Договорились, милая. Мне только нужно спросить разрешения у твоего папы, но думаю, он не станет возражать. – Я редко работаю по выходным, поскольку Тор любит проводить их со своими детьми, но у меня такое чувство, что он позволит мне забрать Люси на день.

– Надеюсь, он согласится, – говорит она с надеждой в голосе, и я киваю.

– Он согласится.

Я нежно глажу ее по волосам.

– Люси, ты ведь знаешь, что можешь поговорить со мной в любое время? Мне очень жаль, что я не понимала, как сильно ты скучаешь по своей маме. Я никогда не смогу заменить ее, но если бы я знала, то сделала бы все возможное, чтобы придумать с тобой занятия, которых тебе, возможно, не хватает.

– Я знаю, Лей, – кивает она.

– Что еще ты хотела бы поделать со мной?

Она колеблется, а потом кивает.

– А ты прошлась бы со мной по магазинам? Мне очень неловко делать это с Колтоном и папой. Я собиралась попросить тетушку Амару, но хочу пойти с тобой.

– Конечно, милая. Я сто лет не ходила по магазинам. Ты можешь помочь мне выбрать новые туфли.

Она хихикает.

– Лей, у тебя потрясные туфли. Я даже не знаю, где можно купить некоторые из тех, что ты носишь.

Я пожимаю плечами.

– Для меня это звучит как забавный вызов.

Люси смеется, и я вздыхаю с облегчением. Ее недавняя печаль рассеялась, но надолго ли? Она явно скучает по своей матери, и я чувствую себя самозванкой. Как будто пытаюсь занять место бывшей жены Тора в жизни каждого из них. Это вызывает у меня отвращение к самой себе.

До конца дня я не могу избавиться от этого чувства. Еще сегодня утром я с нетерпением ждала возвращения Тора домой. Представляла, как мы с ним спрячемся в одной из спален, пусть даже для короткого поцелуя. Теперь я даже думать об этом не могу. От одной только мысли о том, что я причиню детям еще больше боли, меня начинает тошнить.

Услышав, что Тор вернулся, я смотрю на часы и удивляюсь тому, как быстро пролетел день. Большую часть дня я провела в самокопании, вместо того чтобы работать над диссертацией.

– Принцесса, – произносит он, когда его глаза встречаются с моими, и сердце замирает. Его голодный взгляд блуждает по моему телу, и я сдерживаю улыбку.

– Ты вернулся раньше, чем я ожидала.

– Да, – бормочет он. – Не терпелось тебя увидеть.

– Тор, – нерешительно произношу я. – Мы можем поговорить?

Он напрягается и отводит взгляд, но я успеваю заметить обеспокоенность в его глазах. Тор кивает головой в сторону своего домашнего кабинета, и я следую за ним.

– Не такого приветствия я ожидал, – говорит он, когда за ним закрывается дверь.

– Знаю, – киваю я, – но я…

– Что ты? Передумала? Лея, только не говори, что сожалеешь о том, что произошло. Пожалуйста.

Я мотаю головой.

– Нет… и да. Я разговаривала с Люси сегодня.

Глаза Тора расширяются, в них мелькает замешательство.

– Хорошо, – говорит он, жестом предлагая мне продолжать.

– Она призналась мне, что очень скучает по своей матери, и хотела, чтобы я спросила тебя, может ли ее мама приехать в гости. Насколько я понимаю, они переписывались.

Тор прислоняется к своему столу и проводит рукой по волосам.

– Какого хрена? – бормочет он, по-видимому, больше себе, чем мне. – Какого черта она теперь хочет видеть Люси? Она ведь даже не боролась за опеку. Когда я сообщил ей, что перевожу сюда детей, она ни секунды не возражала. Она даже сказала, что некоторое расстояние пойдет нам на пользу, так с чего, черт возьми, она вдруг проявила интерес?

Я качаю головой, не зная, что сказать.

– Тор, я вижу, что Люси страдает. Мы с ней также обсуждали возможность провести день в спа-салоне, и я подумала, ты не будешь против. Могу я сводить ее туда в субботу? Я знаю, что, наверное, лезу не в свое дело, но мне бы очень хотелось.

Он выпрямляется, и его взгляд запускает мое сердце в галоп.

– Конечно, можешь, Лея. Я просто… раз уж мы вместе, я хочу, чтобы ты знала, что у меня нет никаких ожиданий от тебя. Я хочу ровно столько, сколько ты готова мне дать, и не буду просить о большем. Я не жду, что ты возьмешь на себя роль Элис. Я бы никогда не попросил тебя об этом.

Я скрещиваю руки на груди, чувствуя, как в груди зарождается гнев.

– Я не претендую на ее роль, Тор. Я переживаю за Люси. Не принимай это за скрытые мотивы.

Он улыбается, прогоняя мой гнев до того, как он успевает распространиться.

– Жаль, что у тебя нет скрытых мотивов, принцесса.

Мои глаза расширяются, и я отвожу взгляд, заставляя себя не придавать значения его словам.

– Тор… нам действительно стоит поговорить и о нас. Я переживаю о Колтоне и Люси и не хочу, чтобы на них повлияло то, что происходит между нами. Я не уверена… Может, нам не стоит…

– Нет, – перебивает он меня и приближается, обхватывая руками за талию. – Лея, я ни за что не отпущу тебя снова. То, что происходит между нами, – это наше личное дело, и мы не станем об этом распространяться. – Он обхватывает мою щеку ладонью, касаясь большим пальцем моей нижней губы. – Я ведь намеренно не предохранялся, Лея. Я хочу, чтобы у нас с тобой было будущее, такое, каким ты его себе представляешь. Мы будем держать наши отношения в секрете до тех пор, пока возможно, но это определенно не навсегда.

Я киваю, и в моей груди поселяется слабая боль. Как только дети о нас узнают, все изменится, и не обязательно к лучшему. Мы с ним находимся на пути, который непременно приведет к разногласиям. Дети все еще не оправились от развода своих родителей, и я не хочу причинять им новую боль. Возможно, я нравлюсь им как няня, но не уверена, что они примут меня в свою семью.

Не стоит забывать о моей собственной семье. У нас слишком разные культуры, и тот факт, что у Тора есть дети от предыдущего брака, будет неприемлем для моих родителей.

Я лишь надеюсь, что наши чувства достаточно сильные, чтобы пережить этот шторм. И надеюсь, никто не пострадает.