Саундтрек: XOLIDAYBOY – Пожары

Сэм

Собираем ее разбитый телефон, ждем ментов и оформляем говнюка-извращенца.

Мне просто повезло спасти девчонку вовремя. Клянусь, это просто везение! Если бы со стороны туалетов не выбежал пулей один из гонщиков, я бы даже не подумал о чем-то опасном. Настолько зациклился на ней и Лексе, что забыл о самом важном – о безопасности.

Непростительно для меня!

Пошел следом и увидел вбегающего в женский туалет мужика со знакомой татуировкой. И тут уже, как говорится, вся жизнь перед глазами.

Главное, что я успел.

Вскоре прощаемся с пьяненьким именинником, слишком уж долго обнимающим Стасю, затем едем домой, потому как дальнейшее пребывание в клубе для нее превращается, цитирую: «В один сплошной стресс».

До этого был длительный стресс у меня.

Сидеть рядом с ней, чувствовать тепло ее тела – невыносимо! А еще невыносимо знать, что на нее пялятся буржуи с соседнего вип-балкона… Да и Лекс, совершенно беззастенчиво лапающий, тоже бесит!

Прощаюсь со Стасей, пообещав, что не расскажу ее отцу о произошедшем, но он, думаю, и так все узнает. Возвращаюсь к себе в квартиру, скидываю шмотки и иду в душ. Упираюсь руками в кафель и подставляю лицо под струи воды.

В сотый раз задаю себе вопрос: что меня так бесит?! А ответа конкретного найти не могу…

То, что она нарядилась как элитная проститутка для Лекса? Или меня бесит то, что я не могу коснуться ее, как это делает он? А может, бесит, что я не могу сгрести ее в охапку и смазать большим пальцем алый глянец помады на пухлых губах?..

Кажется, за эти две недели я окончательно помешался. А еще зачастил с дрочкой в душе. Чем дольше с ней нахожусь, тем сильнее штырит, и убедить себя в том, что не для тебя, Сэм, эта ягодка росла, все сложнее. Ее отец свернет мне шею, если я перейду за границу дозволенного, а она все больше размывается с каждым днем. Причем стараниями Стаси в том числе.

Она уже не маленькая девочка, умеет манипулировать и играть на чужих чувствах. Прекрасно осознает свою сексуальность, не дура и должна понять еще с первой встречи, что понравилась мне. Безумно понравилась, хоть я и стараюсь не смешивать личные эмоции и работу. Но она умеет провоцировать, знает, как использовать свои сильные женские стороны, чего стоила одна ее эта выходка у лифта с платьем… Разве это не провокация?!

Дрянь такая, так бы и содрал эту тряпку, чтобы по жопе высокомерной нахлестать!

Почему с остальными такого не было? Почему с той же Элли, безумно красивой, между прочим, меня так не скручивало, как с этой малолетней врединой?

Выхожу из душа и падаю на кровать прямо мордой в подушку, чтобы проораться от безысходности. В сон проваливаюсь почти моментально. Подсознание в качестве издевки подсовывает мне парочку красочных моментов прошедшего дня, извращенно меняя последовательность и детали событий.

Во сне все кажется почти реальным и таким желанным…

Передо мной она, улыбающаяся и манящая меня на танцпол, все в том же блестящем платье, только в этот раз оно надето для меня и ни для кого больше. Она двигается под ритм музыки настолько эротично и завораживающе, что возбуждение раскаленной лавой вскипает в моей крови.

Беззастенчиво смотрит мне прямо в глаза и берется за шнурки по бокам, тянет их, и без того короткий подол юбки поднимается еще выше.

– Чего ты творишь, бесстыжая? – делаю шаг и перехватываю шнуровку из ее рук.

– Тебе не нравится? – выгибает бровь Стася и льнет ко мне всем телом. – Если не нравится, то просыпайся, – упирается руками мне в грудь и чуть отталкивает от себя. – Ты еще здесь?

– Здесь, – шепчу я и скольжу ладонями вверх по ее бедрам. Стася закусывает губу и блаженно прикрывает глаза. – Ты просто издеваешься… Это не реальность…

– Конечно, не реальность, – фыркает она и, распахнув глаза, обнимает меня за шею. – В реальности тебе такого не светит, да, милый?

– Не светит, – повторяю я ее слова и убираю руки.

Собираюсь отступить на шаг, но Стася не позволяет, лишь сильнее обнимает, прижимается и шепчет в самые губы:

– Тогда тем более нужно пользоваться случаем…

Смотрю в потемневшие от желания глаза Стаси и прекрасно осознаю, что все это сон, но колеблюсь. Не могу решиться вынырнуть из сладкого морока, ведь в реальности мне и правда ничего не светит. Может, стоит отпустить себя хотя бы во сне?

На этой мысли меня как раз таки выбрасывает в суровую реальность.

– Ох, твою же мать! – стону я и закрываю лицо подушкой.

Она от меня теперь даже во снах не отстанет…

Несколько минут трачу на уговоры темной стороны себя на то, чтобы просто успокоиться, а не пойти вновь снять напряжение в душе. Если у меня поедет крыша после таких снов – вините Анастасию Бергер!

За окном раннее утро, вставать с постели совсем не хочется, но звонок от отца Стаси неимоверно бодрит. Мужик пока еще не в курсе вчерашнего нападения, просто спрашивает ежедневный отчет и интересуется планами.

– Как у вас с Настей? – спрашивает Бергер, и я даже теряюсь с ответом, потому как не сразу понимаю, в какой формулировке ответить.

– Мы сработались, – коротко отвечаю я.

Если под этим бонусом можно понимать факт, что я настолько хочу вашу дочь, что она мне снится, а она так и манит своими выходками. Ох, знали б вы, Кирилл Викторович, о чем я думаю, когда ее вижу, наверное, убили бы на месте…

– Я рад, что вы сработались. До связи, Семен, – говорит Кирилл Викторович напоследок.

Бросаю взгляд на часы – через час нужно везти Стасю на трек, у нее какой-то очень важный заезд. А значит, нужно оперативно собраться, одеться и быть спокойным адекватным телохранителем, а не пускающим слюни подростком!

Так и делаю. Даю себе установку отключить мужскую часть себя, вырубить на хрен ее, пока рядом со Стасей, но… Да она издевается!

– Доброе утро, – улыбается она, как только выходит из своей квартиры с Дебби.

Волосы Стаси распущены, исходящий от нее аромат ванили моментально дурманит разум, а внешний вид вообще выбивает почву из-под ног. На девчонке полупрозрачный кружевной топ, обтягивающий грудь, и коротенькие джинсовые шортики. В руках у нее темно-синяя кожанка, и я молюсь, чтобы она ее сейчас же надела, иначе предохранители в моей башке спалит к чертям и во сне мне уже будет сниться не невинный поцелуй!

– Ничего не слышно про Калаша? – спрашивает Стася, пока мы спускаемся на лифте.

– Пока нет, обещали вызвать в случае чего, – отвечаю я, стараясь не смотреть на ее задницу в коротких шортиках. – Судя по твоему внешнему виду, ты не усвоила урок? – задаю вопрос раньше, чем успеваю себя одернуть.

– Что? – поворачивается ко мне Стася.

– Попытка изнасилования в туалете тебя ничему не научила, говорю, – язвительно добавляю я и киваю на ее голые ноги. – Продолжаешь притягивать похотливые взгляды и этим усложнять мне работу.

Работу она усложняет тем, что мой взгляд тоже притягивает, но я ей об этом не скажу.

– Знаешь что?! – торопливо начинает натягивать на себя кожанку Стася. – Когда тебя нанимали, мне никаких условий, как одеваться, не было выдвинуто! Если тебя что-то не устраивает, это твоя проблема! – тычет мне пальцем в грудь она и покидает лифт.

Моя, безусловно.

– И вообще, он не насиловать меня лез… – бурчит едва слышно и вместе с Дебби выходит на улицу.

– Стой, – ловлю девчонку за локоть и смотрю в глаза. – Поясни!

Стася облизывает губы и будто взвешивает в голове, стоит ли мне доверять. Она что-то скрывает… А мне казалось, что озверевший после поражения и жаждущий отодрать засранку мужик вполне себе хорошая версия, но, видимо, здесь есть что-то еще.

– Ну говори уже, я должен знать, – осторожно давлю я.

Вместо ответа Стася выпутывается из моей хватки, берет Дебби за ошейник и идет к машине.

Господи, как же ты меня задолбала!

Сажусь за руль и, бросив недовольный взгляд на сидящую по соседству псину, собираюсь завести двигатель.

– На той байкерской тусовке мы с Лексом видели, как Кай, тот парень, что сейчас в коме, что-то покупал у Калаша, – неожиданно начинает тараторить Стася. Разворачиваюсь к ней и вижу, как она нервно перебирает в руках «собачку» молнии на кожанке, а взгляд ее так и бегает из стороны в сторону. Она боится? – Вчера, когда я проходила мимо мужского туалета, там была открыта дверь и я увидела второго парня с гонок, его зовут Коля, и этого же Калаша. Он тоже что-то у него покупал.

Так вот что за перец вылетел со стороны туалетов!

– Калаш заметил меня и погнался. Я не думаю, что он просто собирался отомстить за ту ситуацию на квадрате. Мне кажется, что он причастен к тому, что произошло с Каем, – заканчивает свои умозаключения Стася.

Молчу и пытаюсь сложить в уме два и два. Кое-что не сходится…

– Ты думаешь, что Каю что-то подсыпали? – Она кивает. – А как же тесты, анализы? Я наслышан о точности аналитического оборудования и не думаю, что Кая пустили бы на полосу, если бы у него обнаружили в анализах наркотик или что-то вредоносное.

– Я не знаю, – закрывает глаза Стася и откидывается на спинку сиденья. – Я хочу сказать об этом Лексу, он в первый раз тоже видел, как Кай брал какую-то коробку у Калаша. Может быть, он поможет, он здесь не последний человек, парни говорят, что он богатый спонсор…

Стискиваю зубы и отворачиваюсь. Завожу двигатель и медленно выдыхаю: спокойствие, все логично. Он – спонсор на треке, я – просто ее охрана. Она может делать все что угодно, моя задача просто следить, чтобы ее не грохнули.

– Да, спроси, это хорошая идея, – со вздохом произношу я. – Только сделай это осторожно, если кто-то услышит, это может выйти боком.

– Я не такая тупая, – вздергивает подбородок Стася, одаривая меня высокомерным взглядом через отражение в зеркале заднего вида.