Я вышел ростом и лицом —

Спасибо матери с отцом;

С людьми в ладу – не понукал, не помыкал;

Спины не гнул – прямым ходил,

И в ус не дул, и жил как жил,

И голове своей руками помогал…

Бродяжил и пришёл домой

Уже с годами за спиной,

Висят года на мне – ни бросить, ни продать.

Но на начальника попал,

Который бойко вербовал,

И за Урал машины стал перегонять.

Дорога, а в дороге – «МАЗ»,

Который по уши увяз,

В кабине – тьма, напарник третий час молчит,

Хоть бы кричал, аж зло берёт:

Назад пятьсот,

пятьсот вперёд,

А он зубами «Танец с саблями» стучит!

Мы оба знали про маршрут,

Что этот «МАЗ» на стройках ждут.

А наше дело – сел, поехал. Ночь, полночь…

Ну надо ж так! Под Новый год!

Назад пятьсот,

пятьсот вперёд!

Сигналим зря – пурга, и некому помочь!

«Глуши мотор, – он говорит, —

Пусть этот «МАЗ» огнём горит!»

Мол, видишь сам – тут больше нечего ловить.

Мол, видишь сам – кругом пятьсот,

И к ночи точно занесёт,

Так заровняет, что не надо хоронить!

Я отвечаю: «Не канючь!»

А он – за гаечный за ключ

И волком смотрит (он, вообще, бывает крут).

А что ему – кругом пятьсот,

И кто кого переживёт,

Тот и докажет, кто был прав, когда припрут!

Он был мне больше, чем родня —

Он ел с ладони у меня,

А тут глядит в глаза – и холодно спине.

А что ему – кругом пятьсот,

И кто там после разберёт,

Что он забыл, кто я ему и кто он мне!

И он ушёл куда-то вбок.

Я отпустил, а сам прилёг,

Мне снился сон про наш «весёлый» наворот.

Что будто вновь – кругом пятьсот,

Ищу я выход из ворот,

Но нет его, есть только вход,

и то не тот…

Конец простой: пришел тягач,

И там был трос, и там был врач,

И «МАЗ» попал, куда положено ему.

И он пришёл – трясётся весь…

А там – опять далёкий рейс,

Я зла не помню – я опять его возьму!