Свобода.

Именно так я ощущала приближающиеся выходные. И именно это было нужно нам с Тайлером, чтобы остановить надвигающиеся проблемы. Джефф Гилл настойчиво лез к Агате. Даже вечно спокойный и веселый Энтони заметно нервничал, разговаривая с матерью. Идея пристрелить Гилла казалась мне все более заманчивой.

В субботу утром у нас была всего одна лекция. Я нетерпеливо постукивала карандашом в ожидании ее окончания. Бессвязные слова, произнесенные миссис Стюарт, преподавательницей по экономике, пролетали мимо ушей. Я готова была взорваться, если проведу хоть еще одну бесполезную минуту в этой аудитории.

– Вам нужно будет сравнить график, а на следующем занятии, – она с прищуром посмотрела на нас, улыбаясь накрашенными губами, – мы все вместе их проверим.

Мисс Стюарт была невысокой женщиной с пухленькими щеками и каштановыми волосами. Она вела у нас теорию финансов, макро- и микроэкономику. На вид не старше пятидесяти, однако в ее глазах горел огонь и любовь к своему делу, которую именно сегодня я не могла разделять.

– Да вы уже трижды это повторили, – не выдержала я. Однокурсники лишь поддакивали мне, кивая трусливыми головами. – Мы свободны?

Женщина смерила меня недовольным взглядом, но предательский румянец проступил на щеках.

– Чтобы все было готово к понедельнику, мисс Фокс.

Но я уже поднялась со стула и скинула канцелярию в сумку.

– Хороших выходных, – ответила я и отсалютовала ей. Мне уже не терпелось переодеться, схватить парней и выскочить на улицу.

Но как только я оказалась в коридоре, с трудом подавила желание пройти мимо кабинета Нейта, хотя, если мне не изменяла память, у него сейчас было занятие. Проблема в том, что как только я пообещала больше не подрывать учебный процесс, то лишила себя возможности заглядывать в его кабинет. А в этом Богом забытом месте было не так много людей, с которыми мне нравилось разговаривать. Поэтому я довольствовалась малым – нашими гляделками в коридоре. Но каждый раз чувствовала дрожь в коленках и испытывала неконтролируемое желание вновь услышать смех Нейта. Не ту версию, что звучала в кабинете. А глубокий, чистый смех, который я не раз слышала, будучи подростком.

Как ни странно, но чувства к Нейту – единственная искренняя часть меня, которая сохранилась из того времени по сей день. Все остальное пришлось оставить в особняке Фоксов в Честнат-Хилле.

Добравшись до комнаты, я скинула юбку и блузку и вместо них натянула кожаные брюки и объемное серое худи. Мы не планировали оставаться на ночь, однако кто знал, как именно встретит нас Агата Грейс. Эта женщина одним взглядом могла уложить меня в кровать.

Тайлер прислал сообщение, что они с Энтони ждут меня на крыльце. Я на всякий случай собрала сумку, закинула туда пижаму и вышла из комнаты. В дверях мы столкнулись с Лили.

– Ты уезжаешь? – разочарованно произнесла она.

– Дела не ждут, детка. Прикрой мой зад. Если кто спросит, то я устроила марафон сна и до понедельника не собираюсь просыпаться.

Лили демонстративно вздохнула, но уголки ее губ подрагивали. Она мне нравилась. Добродушная, открытая, простая. Лучше жить с ней, чем с той же Сандрой Кейн. По крайней мере, Лили не забивалась в угол при виде меня.

– А ты остаешься?

– Да, – как-то грустно произнесла Лили. – Мне нет смысла уезжать.

Я должна была остановиться и расспросить. Но каждый подобный вопрос был шагом к сближению. А я не могла предложить ту дружбу, которую она заслуживала.

Первый этаж был заполнен студентами. Все спешили насладиться выходными и шли к выходу с сумками, сжимая плечом телефоны. Я едва не утонула в этом потоке, однако чья-то потрясающая мужская фигура возникла рядом. Стоило лишь взглянуть на коричневый ремешок часов на запястье, чтобы выяснить, кто посмел нарушить мое личное пространство.

– Миссис Стюарт не довольна твоим поведением, – нарочито строго произнес Нейт. От его тона вдоль позвоночника пробежали мурашки. Я перехватила его взгляд и не сдержала улыбки. Мне нравилось, как мягко он пытался отчитать меня.

– Передай ей, что прямолинейность – отличная черта характера. К тому же я ничего не могу поделать со способностью читать чужие мысли. Пришлось озвучить их вслух, раз остальные стеснялись.

Нейт не сдержал смешок. Мы приблизились к массивным дверям, и мне совершенно не хотелось с ним расставаться.

– Хочешь, озвучу твои мысли? – продолжила я, игнорируя любопытные взгляды.

Нейт чуть склонился. Горячее дыхание опалило ухо, заставляя меня покраснеть еще быстрее. Боже. Лучше бы я умела останавливать время.

– Здесь слишком много свидетелей, – шепнул он.

Приятное покалывание пронеслось по всему телу. Я на мгновение забыла, что легким необходим воздух, и из-за стеснения в груди могла делать лишь рваные вдохи. Опьяняющий жар разливался под кожей. Мне немедленно хотелось схватить Эндрюса, чтобы убедиться в том, что он не мираж и не плод возбужденной фантазии.

– Домогаешься до студентки, Эндрюс? – театрально прошипела я.

И произошло то, чего мое сердце так отчаянно ждало. Нейт вскинул голову и рассмеялся. Глубоким, чистым, искренним смехом, который отозвался во всем моем теле. И мне вновь было пятнадцать. Весь мир снова стал бесцветным, и лишь один человек выделяется красками на его фоне. Я облизнула губы, наслаждаясь развернувшейся ситуацией. Рядом не было Шарлотты Фокс, которая бы схватила меня за руку и оттащила в ближайший угол, чтобы отчитать. Не было пристального взгляда Виктора Фокса. Лишь Тайлер и Энтони – единственные, кто никогда и ни при каких обстоятельствах не осуждали и не обесценивали мои чувства.

– Засуди меня, – предложил он.

– Ни в коем случае. Продолжай. Я даю свое согласие.

Что-то в его взгляде переменилось. Притягательная тьма манила в свои сети, и я охотно собиралась сдаться, боясь, что он не решится на такой шаг.

– А ты все так же ищешь неприятности, хаос?

– Не могу без них жить. Собираешься присоединиться?

– Я подумаю над этим предложением. – Его глаза на мгновение опустились к моим губам, и я допустила мысль, что он склонит голову и коснется их. Сердце быстрее забилось в груди, однако Нейт качнул головой, словно пытался сбросить наваждение. Я зацепилась за эту мысль и продолжила наступление.

– Оно бессрочное, но мне нужен тот, кто не боится нарушить правила.

Из его горла вырвался тихий смех, на что мои губы в ответ изогнулись в легкой улыбке.

– Или тот, кто вытащит тебя из неприятностей? – Я прищурилась, гадая, почему он задал именно этот вопрос. Пыталась найти подсказку в выражении его лица, однако сейчас он выглядел подозрительно довольным, будто сумел загнать меня в угол.

– Или он. Хороших выходных, мистер Эндрюс.

– Хороших выходных, мисс Фокс.

Нейт напоследок одарил меня улыбкой, и я едва не растаяла от нее. Наверняка в моих глазах сейчас сверкали сердечки, настолько глупой и влюбленной чувствовала я себя. Но мне нравилось, что мир и вправду становился ярче, когда Нейт разговаривал со мной. Нравилось, что с ним я могла чувствовать себя собой и не придерживаться правил, навязанных высшим обществом.

– Теперь понятно, почему ты не собираешься со мной спать, – досадно произнес Энтони, надув губы как ребенок.

– Будем честны, малыш Грейс, у тебя никогда не было шанса.

– Даже если мы сегодня выпьем текилу?

– Даже если опустошим весь запас Агаты.

– Мать тебя убьет. – Губы Энтони растянулись в дьявольской ухмылке.

– Именно поэтому ты едешь с нами.

По дороге на парковку мы решили, что за рулем буду я. Тайлер собирался дочитать книгу на переднем сиденье, а Энтони – предаться мечтам на заднем, слушая романтичную музыку. Ладно, будем честны, Энтони обожал рэп и одно время мечтал стать вторым Эминемом. Но он был слишком мягок и добр для тяжелых строк, воспевающих бедность, потерянное детство и все остальное, с чем сталкивались многие рэперы. Безусловно, он бы мог писать о своих богатствах, машинах, яхтах и домах, но люди бы слишком остро отреагировали на реальное хвастовство. К тому же если бы он хоть в одном треке использовал такие слова, как «сучка» или «телка», я бы лично вызвала его на рэп-батл, чтобы разнести реальными фактами родом из его детства.

Ведь вряд ли бы Энтони зачитывал, как до четырех лет мочился в штанишки.

Похоже, весь Болфорд собирался на выходные свалить в город. На выезде образовалась пробка. У кого-то заглохла машина и никак не хотела заводиться. Энтони поспешил оттолкнуть автомобиль вместе с охранниками, а Тайлер же на всякий случай проверил уровень масла в своем. Я обвела взглядом нетерпеливых студентов, замечая среди них одно знакомое лицо. Ох, даже ботокс не смог скрыть складку между бровями, когда голубые глаза наткнулись на нас. Харпер Браун собственной персоной. Крашеные рыжие волосы с подкрученными концами лежали на плечах. Ни один волосок не выбивался из ее прически. Идеальная во всем. Предпочитающая одежду и парфюм от Chanel. Брови всегда вскинуты, губы поджаты и лишь изредка изгибаются в дежурной улыбке. Испуганно примчалась за дочуркой, боясь, что та попала под влияние Кэтрин.

Я не смогла сдержать ухмылки.

– Миссис Браун, здравствуйте, – крикнул Энтони, активно махая ей пыльной рукой.

Харпер поджала губы и вынужденно направилась к нам. За ней семенила Эшли, то и дело заправляя прядь волос за ухо.

– Кэтрин, Энтони, рада встрече, – процедила она сквозь стиснутые зубы.

Тайлер сразу прикоснулся к моей руке, призывая не реагировать. Однако меня было не остановить.

– Харпер, я тут недавно читала о побочном эффекте ботокса. В одной статье говорилось, что из-за него быстрее садится зрение. Думала, врут, но вы сумели доказать обратное. Может, стоит сделать операцию на зрение? Или Вульф Браун не может терпеть эти морщины?

Харпер шумно задышала носом, обведя нас троих презрительным взглядом. Энтони прикрыл меня собой и насмешливо сказал:

– Кэтрин хочет сказать, что вам стоило поприветствовать Тайлера.

– Я не приветствую мальчишку Гилла, – прошипела она.

– К счастью, мальчишка Гилл также не рад этой встрече. – Тайлер гордо поднял голову, с высоты своего роста безразлично глядя на Харпер.

– Грейс. Агате следует пересмотреть круг твоего общения, – выплюнула Харпер, сжимая руку Эшли. – Кто знает, чем это все может обернуться.

– Кто знает, чем обернется еще одна секунда, проведенная рядом с нами. Вдруг Эшли прозреет и пошлет свою мамочку к чертям? – не выдержала я, бросая взгляд на бывшую лучшую подругу. Та умоляюще взглянула в ответ, безмолвно прося остановиться. Но я готова была разорвать миссис Браун на кусочки.

– Мерзавка. Шарлотте стоило чаще пороть тебя в детстве.

Если бы не Тайлер, я бы сровняла Харпер Браун с землей. Он прижал меня к себе и стал мягко массировать плечи. Я не могла вдохнуть. Каждый нерв в моем теле натянулся до предела от произнесенных слов. Обида хлынула по венам, грозясь вырваться пролитыми слезами. Об этом знали только Эшли и Тайлер. Вот только один собирался унести эту правду в могилу, а вторая поспешила разболтать своей мамочке, вероятно для того, чтобы оправдать мое поведение.