Возвращения Зорге в строй с нетерпением ожидали не только германский посол, руководство советской разведки и члены токийской резидентуры, но и все, кто пользовался его помощью и содействием в своих делах: военно-морской атташе Веннекер, полковник гестапо Мейзингер, тайный агент гестапо и журналистка Урсула Беккер, а также многие другие, вплоть до сотрудников политической охранки, двух топтунов Ноу и Шина. Эти ждали его появления не только потому, что им надоело топтаться во дворе госпиталя. У них причины были свои, пусть и не столь масштабные, но не менее важные.

В тот вечер, когда два топтуна Ноу и Шин, следили за иностранцами у ресторана, к ним подошел старший агент и, подсев на лавочку, шепнул:

– Сейчас здесь может появиться один человек, средних лет, высокий, светлый европеец в сером костюме. За ним надо проследить. Приклейтесь к нему. Вы должны знать каждый его шаг, с кем встречается, о чем говорит, и отразить все в отчете. Его зовут Зорге. Все понятно?

Двое кивнули. Старший немного еще подумал и, перед тем как уйти, добавил:

– Он приехал на мотоцикле.

Вскоре Зорге появился. Ноу и Шин узнали его по описанию. Через минуту, когда тот зашел в ресторан, эти двое проследовали за ним и, заказав по стаканчику саке, начали следить. Зорге, как показалось топтунам, был в хорошем настроении. Поужинал, расплатился и, заказав бутылку саке в номер 61, быстро куда-то исчез.

Ноу и Шин, подождав, пока посыльный официант направился в указанный Зорге номер с бутылкой, последовали за ним. Здесь их ожидало разочарование. На стук выглянул молодой парень, а следом и девушка. Очень удивившись посланной неизвестным бутылке, они громко рассмеялись и приняли подарок. Ноу и Шину было не до смеха. Они прошлись взад и вперед по коридору, а затем быстренько спустились по ступенькам вниз, выбежали во двор, озираясь и часто дыша.

– И что нам теперь отразить в отчете? – зло спросил Шин. Ноу молча уставился в сторону. Шин посмотрел в том же направлении и увидел приближающегося к ним того самого европейца Зорге.

– Вы все еще здесь? – удивился он и, достав несколько купюр, рассовал деньги в их нагрудные карманы. – Вот, возьмите, отдохните немного. Нелегкая у вас работа.

Сказав это, европеец по имени Зорге сел на мотоцикл и уехал. Понимая, что попали впросак, Ноу и Шин решили просто выпить по стаканчику саке в ресторане.

Но не успели они и глотка сделать, как к ним подсели двое других их коллег. Эти тоже были из бывших заключенных, но с куда более темным прошлым.

– Эй, что вы тут делаете? – с кривой усмешкой спросил один из них и повернулся к напарнику. – Кэйто, посмотри на них. Они собираются пить саке.

– А где они взяли деньги, Айдзо?

– Ты разве не видел? Деньги им дал иностранец. Теперь они собираются пить за его здоровье!

– Но это же предательство! – возмутился Кэйто.

– Вы посмели взять деньги у европейца и пьете теперь за его здоровье? Да, это – предательство! И за сколько вы продались, ублюдки?

Ноу и Шин молча переглянулись. Они не были готовы к такому повороту событий. Конечно, им было известно, что пить с иностранцами в их рядах было недопустимо. Но они вообще не думали об этом. К тому же за их столиком не было никакого иностранца.

– Эй, Айдзо, мы немедленно заявим на них следователю Танака. Он уж знает, что с такими ублюдками, как они, делать, – сказал, как рубанул сплеча, Кэйто.

– Может, мы вам дадим немного денег, чтобы вы помолчали? – неуверенно предложил Ноу.

– Ха! – брезгливо воскликнул Айдзо. – Вы своими грязными деньгами хотите правду заткнуть, чтобы скрыть свой подлый поступок? Хотя… ладно, выкладывайте все на стол. Но знайте, мы их берем не себе, мы помогаем вам избавиться от вещественного доказательства.

– Теперь вы у нас на крючке, – злорадно потер руки Кэйто и, смахнув со стола купюры, сунул в свой бездонный карман. – Если мы решим проявить к вам милосердие, вы должны будете нам много денег.

– Сколько? – не удержался Ноу.

– Всю свою зарплату. Каждый.

– Но на что нам тогда жить? У нас ведь нет других доходов, – поникшим голосом произнес Ноу.

– А вы попросите у вашего господина европейца. Он, наверное, щедрая душа. Или продайте ему ваши секреты. Вы же предатели. Не забывайте об этом. И запомните, нам нет дела до этого.

Ноу и Шин переглянулись.

– Вы что, глупые головы, не поняли? – блеснул алчным взглядом Айдзо, – или вы платите нам столько, сколько мы сказали, или мы поднимем ставки. Молчание – золото. Не слыхали об этом? Если нет, то считайте, что не повезло, вами займется Танака. Он-то церемониться не будет.

– Но это будет вашим выбором. Мы донесем на вас, лишь выполняя свой патриотический долг, – забил последний гвоздь в крышку гроба Кэйто.

Покончив таким образом с разговорами, Айдзо и Кэйто взяли со стола нетронутые Шином и Ноу стаканы саке, опорожнили их и, громко рассмеявшись, ушли.

Шин и Ноу с трудом наскребли в карманах немного денег, чтобы расплатиться, вышли из бара на улицу, сели на скамью и задумались.

– А что, если пойти к следователю Танака и все ему рассказать, – вдруг предложил Ноу.

Шин, который был по возрасту старше, а значит, и последнее слово оставалось за ним, рассудил иначе:

– Он нам не поверит.

– Думаешь, он поверит им?

– Он не поверит ни нам, ни им. Он просто отправит нас назад за решетку. Возможно, кому-то тюрьма и второй дом, но я не хочу снова сесть.

– Тогда я не знаю, что делать, – опустил руки Ноу.

– Слушай, Ноу, – тронул его за плечо Шин, – а что, если нам сходить на завод?

– Какой завод? – недоуменно спросил тот.

– Где мы начинали работать.

– Это после тюрьмы, осведомителями, что ли? – уныло заметил Ноу и сник окончательно. – Ты хочешь занять денег у рабочих? Откуда они у них?

– Не знаю. Но у меня есть идея получше.