Л. Н. Вилькиной

Ослепительная снежность,

Усыпительная нежность,

Безнадежность, безмятежность —

И бело, бело, бело.

Сердце бедное забыло

Все, что будет, все, что было,

Чем страдало, что любило —

Все прошло, прошло, прошло.

Все уснуло, замолчало,

Где конец и где начало,

Я не знаю, – укачало,

Сани легкие скользят,

И лечу, лечу без цели,

Как в гробу иль в колыбели,

Сплю, и ласковые ели

Сон мой чуткий сторожат.

Я молюсь или играю,

Я живу иль умираю,

Я не знаю, я не знаю,

Только тихо стынет кровь.

И бело, бело безбрежно,

Усыпительно и нежно,

Безмятежно, безнадежно,

Как последняя любовь!

Затихших волн сиянье бесконечно

Под низким, жарким солнцем декабря.

Прозрачно все и так нетленно-вечно,

Как мотылек в обломке янтаря.

Багровых скал в бездонной чаше синей

Волшебное сомкнулося кольцо.

У ног моих ночной седеет иней,

И дышит зной полуденный в лицо.

О, зимних дней уютная короткость,

В очаровании застывший лес,

И хвойных игл недвижимая четкость

В неизъяснимой ясности небес.

О, райская, блаженная пустыня,

Где и доднесь, как древле, сходит Бог,

Где все – одна любовь, одна святыня —

Уже и здесь нездешнего залог.

И пусть на миг, – но сердце не забудет

Того, что ныне сердцем я постиг.

И знаю: там уже навеки будет,

Что здесь – на миг.