Дело рассматривалось в сентябре 2000 года в штате Индиана в США. Мистер Кэмм был обвинен в убийстве своей жены и двух детей. Дети были найдены застреленными в гараже. Жена лежала на полу. Дочь – на заднем сиденье их Ford Bronco, а сын – на переднем.
Показания мистера Кэмма: думая, что его сын все еще находится между жизнью и смертью (в отличие от жены и дочери, у него не было травмы головы), он вытащил его из машины, чтобы попытаться реанимировать.
Факты: на одежде мистера Кэмма были обнаружены следы крови.
Самопровозглашенный эксперт по морфоанализу определил, что следы на одежде мистера Кэмма соответствуют брызгам и явно указывают на то, что мужчина находился рядом с жертвами во время выстрелов. Поэтому прокурор пришел к выводу, что мистер Кэмм лгал в своих показаниях и на самом деле присутствовал при происшествии, соответственно, он виновен в тройном убийстве.
В заключении другого специалиста по морфоанализу, представленном защитой мистера Кэмма, подчеркивалось, что эти же следы были слишком малочисленны и не имели характерного распределения, соответствующего брызгам крови, и невозможно однозначно определить, какое именно событие привело к их появлению.
Несмотря на эти противоречия, Кэмм все равно был признан виновным.
Было установлено, что у Кэмма есть алиби: во время событий он играл со своей баскетбольной командой. На месте преступления также была обнаружена мужская ДНК. В 2005 году была идентифицирована ее принадлежность к Чарльзу Бони. Таким образом, он стал вторым подозреваемым по этому делу.
Между тем новая версия, выдвинутая прокурором, гласила, что «стрелял мистер Кэмм, а мистер Бони находился в тот момент рядом». И снова судья руководствовался морфоанализом, проведенным все тем же самопровозглашенным экспертом.
Мистер Кэмм снова был признан виновным.
ДНК мистера Бони была обнаружена на частях тела и одежде одной из жертв. Защитник мистера Бони, в свою очередь, указал, что следы крови на одежде мистера Кэмма указывают на то, что стрелял именно он.
Мистер Кэмм был снова признан виновным.
Затем была выдвинута четвертая версия, основанная на контактной ДНК мистера Бони на месте преступления и на жертвах. Эта контактная ДНК позволила предположить, что мистер Бони играл более активную роль, чем он утверждал изначально. Он настаивал, что никогда не прикасался к жертвам.
Судья дал присяжным новое указание: определить, считают ли они, что Кэмм помогал мистеру Бони в этом тройном убийстве или подстрекал его к нему.
Защита выдвинула протест ввиду отсутствия каких-либо доказательств того, что Кэмм когда-либо встречался с Бони. Также она ссылалась на закон о двойной ответственности, согласно которому Кэмм не может быть повторно судим по идентичным обвинениям или в результате неправомерных действий прокуратуры, поскольку Кэмм уже был оправдан по обвинению в сговоре с Бони на втором процессе.
Мистер Кэмм был оправдан после тринадцати лет судебных разбирательств, первоначально попав в тюрьму благодаря ненаучным заявлениям самопровозглашенного эксперта по морфоанализу, который никогда не проходил необходимого обучения, чтобы стать таковым.
В таком случае для научного анализа одежды мистера Кэмма было необходимо иметь полное представление о следах, имевшихся на месте преступления. Для изучения одежды необходимо исследовать ее в целом, под особым светом, чтобы зафиксировать общий вид и учесть распределение пятен. С помощью эндоскопической системы камер изучить следы в переплетении ткани. Ведь пятно на поверхности одежды не обязательно свидетельствует о том же результате, что и пятно, проникшее в переплетение ткани определенным образом. И даже при таком тщательном анализе иногда невозможно сделать категоричные выводы. Может не хватать данных, например, по истории ткани.
Быть хорошим специалистом – значит знать возможности и границы своей дисциплины. Уметь остановиться, когда это необходимо. Быть способным проводить исследования и быть в курсе уже существующих научных работ. Если невозможно научно обосновать свои выводы с точки зрения механики жидкостей или биологии, не стоит быть категоричным в своих заключениях.
В морфоанализе можно высказать свое мнение или гипотезу, основанную на имеющихся данных и общепризнанном опыте. Например, если след частично изменен, нельзя категорично говорить о событии, которое его вызвало. Мы просто выдвинем предположение, которое согласуется с элементами анализа.
Представьте себе лужу крови на полу. Прибывшие на место сотрудники скорой помощи пытались помочь пострадавшему, в результате чего часть крови из лужи пропала, а ее форма была изменена. Тем не менее по оставшейся части можно предположить, что жертва была ранена в голову и впоследствии обнаружена неподвижной в этом месте сотрудниками скорой помощи.
Именно на основании остальных морфологических критериев, имеющихся источников крови (кровоточащих ран, указанных в заключениях судебно-медицинских экспертиз) и количества практически идентичных следов, наблюдаемых на всех кровавых местах преступлений, обработанных специалистами по морфоанализу, эксперт может установить связь с подобным событием. Информация об известных источниках крови (ранах) также ограничивает количество правдоподобных гипотез.
Если у жертвы нет повреждения артерии, то гипотеза «попадание крови из артериальной раны» будет поставлена под сомнение или полностью отвергнута. Делать выводы о том, что след совместим исключительно с одним возможным кровавым событием, только на основании опыта и без дополнительных морфоаналитических данных, ненаучно.
Распознавание следа основано на дереве решений, зависящем от наблюдаемых морфологических критериев. Эта древовидная структура показывает, что если морфологический критерий отсутствует, нельзя дойти до его основания с единственным ответом – необходимо перечислить все варианты событий. Затем на основе всех других следов, имеющихся на месте преступления, данных судебно-медицинской экспертизы, наблюдений (включая данные служб экстренного реагирования) и экспертного опыта можно определить, является ли гипотеза подходящей.