Полицейские не заставили себя ждать. Они арестовали парня в красной толстовке и посадили его на заднее сиденье своей машины, перед этим опросив всех нас, в особенности Лилу и меня.

Насколько я понимаю, за незаконное преследование есть уголовная ответственность, но этот парень нам не угрожал и не представлял никакой конкретной опасности, поэтому полиция может только ограничиться предупреждением – ну и, надеюсь, его там хорошенько припугнут.

Один полицейский предложил развезти нас по домам, наверное, потому, что заметил, как мы дрожим от страха. Во всяком случае, я точно дрожала. Уже в машине мы слышим, что удалось узнать о преследователе Лилы, потому что всё это полицейские рассказывают по громкой связи. Имя: Холден Брент. Год рождения: 2002. Возраст: 17 лет. Адрес: 3678, Оукмаунд Драйв. Ранее не привлекался.

Это реальный человек с реальным именем, даже с адресом.

Ну конечно, иначе и быть не может. Глупо думать, что у этого человека нет ничего, кроме подозрительного аккаунта.

Когда тебя везут на заднем сиденье полицейской машины, ты чувствуешь, насколько всё серьёзно. Трижды убедившись, что Лила в порядке, я обнимаю её на прощание и обещаю позвонить на следующий день. Меня всё ещё трясёт, и я прошу Робина остаться у меня. Пока мы едем в лифте, никто не издаёт ни звука. Только когда за нами закрывается дверь квартиры, оцепенение спадает и я всхлипываю.

Я понимаю, что опасность угрожала не мне. Жертвой была Лила. Я даже не представляю, насколько она могла перепугаться.

– Всё хорошо, – говорит Робин и крепко обнимает меня.

– Я просто не могу забыть ужас, который ощутила в тот момент, – говорю я. – Никогда не испытывала ничего подобного, как будто предчувствие, что сейчас обязательно случится что-то плохое.

А к страху примешивается чувство вины. Мне стоило обратить больше внимания на то, что мне писал @watcherintherye. Но я думала только о Хлое, мне в голову не могло прийти, что настоящая угроза исходит вовсе не от неё, а от него.

Холден Брент. Холден. Так же звали главного героя «Над пропастью во ржи», никнейм даже отсылает к нему. Циничный шестнадцатилетний мальчик. В школе нас заставили прочитать этот роман.

Ру мурлычет и трётся о мои ноги, пытается успокоить меня. Я беру его на руки и прижимаю к груди, а Робин тем временем обнимает меня.

– Кажется, у парня реально появилась навязчивая идея, что он должен познакомиться с Лилой. В полиции считают, что больше он на такое не осмелится. – Робин какое-то время молчит, потом продолжает: – Хорошо, что Кларк тоже его хорошенько припугнул.

– Да…

– Давай я заварю нам чай? Можем фильм посмотреть. Я бы с радостью отвлёкся на что-нибудь, – предлагает он и целует меня в макушку.

– Звучит неплохо.

Меня тянет позвонить родителям, но я не хочу их пугать, а если позвоню прямо сейчас, они точно придут в ужас. Робин обнимает меня, пока я не перестаю дрожать. Я наивно думала, что так людей преследуют только в фильмах. Желание удалить все свои аккаунты в соцсетях нарастает во мне с каждой минутой с тех пор, как мы вышли из полицейской машины. Я не обращаю на него внимания, я осознаю, что это только импульс, порождённый страхом. Это ничего не изменит, и дело даже не во мне. Да даже если бы было во мне, никто не имеет права пугать нас так, чтобы мы от страха меняли своё поведение.

Но одно я точно усвоила: никогда не выкладывай в Сеть своё местонахождение. До сих пор с трудом верится, что всё это случилось из-за салфетки.

Я иду в спальню и переодеваюсь в пижамные штаны и футболку. Когда возвращаюсь на кухню, Робин уже ждёт меня с двумя чашками чая и доброй улыбкой. Этого мальчика хочется обнимать ещё сильнее, чем плюшевого Иа. Мы садимся на диван и включаем первую попавшуюся комедию.

Только на середине фильма я чувствую, что начинаю приходить в себя. Интересно, как там Лила? Полицейские поговорили с её родителями? А если да, то как они отреагировали? Мы знакомы всего ничего, но я всё равно за неё волнуюсь. Я знаю, что Софи и Джульетте Лила бы тоже понравилась. Она открытый, светлый человек и умеет вдохновлять других.

Может, именно поэтому тот парень зашёл так далеко. Робин что-то говорит, но я не уверена, что именно срывается с моих губ: слова или сопение.

– Уинн, тебе пора идти спать… – со смешком говорит Робин.

Я киваю и невольно зеваю во весь рот.

– Хочешь, чтобы я остался? Я могу поспать здесь, – спрашивает Робин, указав на диван.

Мне бы очень этого хотелось. Меня так и подмывает сказать «да», я даже приоткрываю рот. Но я так сильно полагаюсь на Робина, на Лилу, что было бы неплохо узнать, выдержу ли я без их поддержки. Нет, я не собираюсь что-либо себе доказывать, просто должна быть уверена, что в состоянии справиться со стрессом в одиночку. Что даже если я останусь совсем одна, то проложу себе дорогу из леса к залитой солнцем дороге.

– Со мной всё будет в порядке, – говорю я, стараясь придать голосу уверенности. – Со мной Ру.

Робин сначала молча разглядывает меня, потом кивает.

– Если понадоблюсь, я через два этажа.

– Я знаю.

Робин притягивает меня к себе, целует на прощание, и мы замираем так в тускло освещённой гостиной. Робин тоже выглядит уставшим. Его голубые глаза как будто немного выцвели.

Я провожаю его до двери и ещё раз повторяю, что со мной всё будет хорошо. Когда дверь закрывается, я дважды, трижды проверяю, что она заперта. Мне даже приходит в голову мысль забаррикадироваться стулом.

– Ладно, Ру, здесь только я и ты. Мы это усвоили, да?

Котёнок поднимает ко мне свою забавную мордашку, один глаз сейчас кажется больше другого. Кажется, он хочет спать не меньше меня.

– Мы точно не будем выключать свет в ванной.