Охота на ведьм, которую привычно связывают со Средневековьем, на самом деле приходится на конец XV – середину XVII века, а это время, когда уже были созданы шедевры итальянского Возрождения, творил Шекспир, писали свои научные труды Коперник, Декарт и Ньютон. Точной даты начала этого прискорбного явления нет, но обычно исходной точкой массовой охоты на ведьм считают процесс в немецком городе Визенштайг, где в 1562–1563 годах были осуждены за ведовство и сожжены 63 женщины. Их обвинили в том, что они насылали бури и град, нанося огромный ущерб посевам. Примечательно, что за это время местный граф, инициировавший процесс, успел перейти из католичества в лютеранство и обратно, а суды и казни независимо от этого шли своим чередом. Так оно и повелось – на германских землях, да и в других странах ведьм одинаково яростно преследовали и католики, и протестанты. В этом безумии участвовали и духовные лица, и светские властители, и, главное, простые горожане и поселяне, которых буквально охватывал какой-то массовый психоз, так что некоторые исследователи всерьез утверждают, что это было последствием употребления хлеба, зараженного спорыньей: как известно, она вызывает отравление с бредом и галлюцинациями.

Но дело, конечно, не только в спорынье. В Европе это была эпоха длительных и кровавых войн, сопровождавшихся голодом и эпидемиями. Это было время глубокого кризиса католической церкви и религиозных распрей, мрачных пророчеств и ожидания конца света. Мир Средневековья – тоже неспокойный, жестокий и турбулентный, но уже обжитой и привычный – стремительно рушился, и множество ни в чем не повинных людей, в большинстве своем женщин, стали жертвами этого крушения. Свою роль сыграли религиозные дискуссии, буквально выплеснувшиеся на улицу, когда яростные проповедники, не всегда обремененные знаниями, но умелые ораторы, заводили толпу, живописуя преступления дьявола и его пособников, – не один Крамер был фанатиком.

В протестантских общинах добавлял напряжения сам суровый и аскетический образ жизни, полностью подчиненный труду и молитве, отличавшийся строгими ограничениями в быту и даже одежде. Все развлечения и маленькие радости, доступные человеку Средневековья, оказались запретным изобретением дьявола. В тяжелом труде, подчинении и изоляции, конечно, больше всего страдали женщины, поэтому нередки были случаи истерии и самооговоров. Показательным примером такого угрюмого замкнутого мирка, где все подозревают всех, может служить знаменитый Салем. К тому же в ход вновь пошли очень древние способы обличения ведьм – испытание водой, взвешивания, а также свидетельства невинного дитяти, когда для обвинения достаточно было заявления ребенка, якобы чистого душой и потому чувствующего присутствие адских сил. Приводило это к тому, что бедные малыши, оценив свою внезапную значимость, радостно указывали пальчиком на новую и новую жертву, лишь бы оставаться в центре всеобщего внимания.

Дж. Бейкер. Процесс над салемской ведьмой. Около 1892 г. Библиотека Конгресса США. Вашингтон, США

В оценке числа жертв ведовских процессов исследователи до сих пор не пришли к согласию, но ясно, что счет идет на десятки тысяч, львиная доля которых приходится на немецкие земли. Последней женщиной, осужденной за ведовство на территории современной Германии, стала Анна Швегелин, бедная горничная из баварского города Кемптен, которой по оговору товарок по работному дому в 1775 году было предъявлено обвинение в сделке с дьяволом и черной магии. Несчастная призналась во всем и была приговорена к обезглавливанию, однако исполнение приговора отложили, и в 1781 году Анна Швегелин скончалась в заключении. А последней казненной за ведовство женщиной на территории Европы стала жительница Швейцарии Анна Гёльди – ее обезглавили в 1782 году.