«Беовульф» уникален во многих отношениях. Мало того что он дошел до нас в единственной рукописи, так еще и целиком – ни одному из других англосаксонских эпических произведений и близко так не повезло, от них остались лишь фрагменты. Судя по всему, это вообще древнейшая эпическая поэма германских народов, отражающая дохристианскую эпоху. Еще один любопытный момент: в ней, написанной на древнеанглийском языке, нет ни слова об Англии.

Место действия «Беовульфа» – территория современной Дании, откуда через Северное море прибыли в Британию германские племена англов, саксов и ютов, а также страна гётов (гаутов) – это Южная Швеция, а возможно, полуостров Ютландия или остров Готланд. Время действия – стародавнее не только для автора рукописи: даже для англосаксов VII–VIII веков это уже предание о былом, о легендарных конунгах данов.

В центре первой части повествования – датский конунг Хродгар, который благодаря своей доблести, мудрости и удачливости добился огромной власти и богатства и, пожиная плоды своих трудов, пирует вместе с дружиной в великолепных чертогах – Хеороте, Оленьей палате. Их пиры услаждает песносказитель, рассказывающий под аккомпанемент арфы о Создателе и сотворении мира. Но эти сладостные и священные звуки невыносимы для твари из болот – «мужа жалкого и страшного», исчадия ада Гренделя. Ночью чудовище приходит в Хеорот, застав воинов крепко спящими, убивает тридцать дружинников и, предвкушая кровавое пиршество, уносит их в свою берлогу.

Автор Кодекса Ноэля, живший на рубеже XI столетия, несомненно, был христианином и, скорее всего, монахом. Конечно, он не мог допустить, чтобы положительные герои поэмы оставались язычниками. Хотя сам же подробно рассказывает в начале поэмы о похоронах другого славного конунга, с грудами сокровищ отправленного в челне к берегам вечности, что весьма точно воспроизводит языческие древнегерманские погребальные обряды V–VI веков, подтвержденные археологическими находками. Порой автор и сам как будто забывает или же сомневается в том, что его герои – добрые христиане, например он сурово порицает их за то, что они в час внезапной беды обращаются к идолам и возносят им обетные жертвы. «То суеверие, обряд языческий, то поклонение владыке адскому!» [47] – предупреждает автор. Сам же Грендель, по его авторитетному мнению, потомок братоубийцы Каина, от которого, кстати, заодно произошли эльфы, драконы, «подводные чудища и древние гиганты, восставшие на Бога».

Первая страница рукописи «Беовульфа» из манускрипта Cotton Vitellius A XV. X–XI вв. Британская библиотека. Лондон, Великобритания

И все-таки, кто же такой Грендель? Могучее чудовище, подобное человеку, но гигантское, «муж, что огромней любого смертного», и обладающее «острокогтистыми» лапами, которыми он вспарывает грудь своим жертвам. Одних он разрывает на куски и сразу пожирает, других же уносит в «дьявольской мошне», которая сшита из кожи дракона и висит у него на груди. Глаза Гренделя во тьме полыхают, как факелы, а его жуткий хохот внушает людям страх и отчаяние. Грендель не пользуется никаким оружием и сам заговорен от мечей и копий.

Не один раз, а на протяжении двенадцати лет тварь из туманных топей по ночам приходит в Хеорот и собирает там кровавую дань, по каким-то причинам не смея посягнуть лишь на трон Хродгара. В Оленьей палате царят страх и запустение, воины покидают опасный кров. Но вот однажды утром к берегу данов причаливает ладья. В ней – четырнадцать дружинников князя гётов Хигелака и их предводитель, храбрый и благородный Беовульф, «пчелиный волк», то есть «медведь». Беовульф – племянник Хигелака, решивший помочь данам в постигшей их беде.

Хродгар принимает неожиданную помощь, тем более что когда-то он оказал огромную услугу отцу Беовульфа Эггтеову, затеявшему кровную распрю и изгнанному за море. Именно конунг данов тогда дал беглецу приют и заплатил за него гётам дань крови – выкуп, после чего Эггтеов присягнул Хродгару.

Беовульф молод, но уже не новичок в ратном деле и прославился в битвах с великанами и морскими драконами. Он дает клятву покончить с Гренделем, причем, поскольку его соперник вооружен только своими когтями и чудовищной силой, сам решает выйти против него без оружия и щита. После пира в честь гостей Хродгар покидает Оленью палату, вверив ее охрану Беовульфу и его дружинникам, и те засыпают крепким сном.

Только их предводитель лишь притворился спящим и наблюдал, как ненасытное чудовище вломилось в зал, схватило одного из его воинов и тут же сожрало, хрустя костями. Затем лапы Гренделя протянулись к Беовульфу, но тот перехватил его кисть железной хваткой – и закипел поединок. Проснувшиеся дружинники окружили борющихся плотным кольцом и пытались поразить великана своими мечами, но тщетно. Зато Беовульф продолжал стискивать противника и в конце концов вырвал ему из плеча когтистую лапу. Раненый Грендель с воем бежал из дворца в свое болотное логово и там скончался.

Наутро, пройдя по кровавым следам чудовища, старейшины данов увидели омут, кипящий багровыми пузырями и темной пеной, убедились, что геенна поглотила свое исчадие навсегда, и восславили Беовульфа. Хродгар устроил в честь героя великолепный пир, щедро одарил его драгоценным оружием, доспехами и украшениями и провозгласил своим названым сыном. Долго длилось пиршество, звучали заздравные речи и песни сказителя, а в это время где-то в темной пучине в горести и злобе выла над телом сына праматерь Гренделя.