Мне кажется, что судьба решила научить меня по-настоящему отдыхать в этой поездке. Я, как упрямый барашек, сопротивлялась.

Отвозя детей в деревню к их бабушке, я умудрилась забыть в поезде ноутбук – верный спутник всех моих поездок. Привычка совмещать отдых с работой – а вернее, работать всегда и везде, где только выдается для этого возможность, – у меня уже в крови. Просто лежать, просто смотреть на солнце или море, просто наслаждаться отдыхом и теплом я почему-то совершенно не умею. Мне обязательно нужно двигаться, нужно быть во что-то вовлеченной, нужно прикладывать ум к решению каких-то задач. Периоды, когда у меня нет дел или привычной для меня загруженности, кажутся настоящим мучением.

Бары, рестораны и кино я не воспринимаю как способ отдыха. Мне кажется это пустым увеселением, которое не дает ничего ни уму, ни душе, ни сердцу. Становится безумно жалко потраченного времени. Кажется, что в этот момент можно было сделать что-то важное, по-настоящему интересное, нужное. С возрастом вообще начинаешь иначе относиться ко времени и тратить его очень обдуманно.

Ноутбук мы, конечно, оперативно отследили и вернули. Благодаря мужественной и самоотверженной помощи сотрудников станции Вязники (пишу без тени сарказма и юмора, потому что искренне благодарна им за быстрое включение в эту проблему и благополучное ее решение). Но вернулся он не ко мне в руки, а к нашей родне в Москву с ближайшим поездом. В это время я уже сидела в самолете.

Петер – сын хозяев гостевого дома – встретил меня прямо в аэропорту. При отсутствии отелей вопрос трансфера из аэропорта приходится каждый раз решать индивидуально. В большинстве случаев гостевые дома готовы предоставить трансфер, и это ощутимо выгоднее, чем нанимать такси. Политика таксистов во всех аэропортах мира одинакова – нажиться как можно выгоднее на незнании и растерянности путешественника и содрать с него втридорога.

Правда, во время моей поездки в Бари трансфер из места проживания заказать не удалось – все-таки это был паломнический дом, и задачи у него совсем другие. Однако могу поделиться сайтом gettransfer.com, на котором можно заказать трансфер из любого аэропорта мира до того места, где вы будете отдыхать. В Бари при заказе с этого сайта мне был подан почти президентский люксовый автобус, а водитель был одет как на высочайший прием – при костюме и в галстуке.

Попросив Петера немного подождать, я купила оперативно местную сим-карту, так как не надеялась на гостевой Wi-Fi. Все-таки смартфон остался, к счастью, со мной, а значит, работу, пусть и в минимальном объеме, можно было продолжать.

Сам гостевой дом совсем не порадовал меня удаленностью от моря, но очаровал приятным природным колоритом. Соседи постоянно менялись – все время приезжали новые отдыхающие из разных стран, но было тихо и уютно. Я могла бы похвастаться чудесным бассейном, которому были рады и дети, и взрослые. Но при наличии моря купаться в бассейне кажется мне настоящим кощунством – хлорированную воду я в избытке могу найти и дома.

И конечно же, в первый день нужно было обязательно сразу рвануть на море, чтобы испытать все разочарования сразу.

Первым разочарованием была дорога. И если в Бари меня радовали автобусы, под которые просто нужно было подстроиться, то здесь автобусов не планировалось. И до Булярицы, а оттуда до ближайшего пляжа, нужно было идти добрых полчаса пешком. Пришлось изрядно поплутать первое время, но в итоге я нашла относительно короткий маршрут.

Вторым разочарованием, как ни странно, стало само море. Оно было холодным. И совсем безвкусным. Я привыкла к тому, что морская вода щедро пахнет йодом, водорослями и всем тем невыразимым набором ароматов, который хочется вдыхать бесконечно. Но у Адриатического моря каменистое дно, и из-за этого в нем мало водорослей, а потому и привычных запахов совсем нет. Это очень странно – сидеть у серебряной с металлическим отливом воды и уговаривать себя, что это и есть море.

Холодная погода, с дождями, грозами и ветром, простояла еще как минимум неделю, отложив на этот же срок вожделенное купание. Жизнь настойчиво предлагала мне отдохнуть и от этой активности – то есть отдохнуть совсем.

Наверное, вместе с умением отдыхать я когда-то давно потеряла и умение радоваться. А может быть, у меня его никогда и не было. Условия моего детства не способствовали тому, чтобы научиться быть радостной просто так: оттого, что светит солнце и сегодня хороший день. Оттого, что живы и здоровы дети. Оттого, что жива и здорова я сама и у меня есть возможность куда-то ездить. Ведь всего этого тоже могло не быть. Это на самом деле много – бесконечно много. Я же привыкла видеть в мире драму, поле для решения важных задач, преодоление и борьбу с обстоятельствами. И если посмотреть с одной стороны – во многом так оно и было. Но может быть, мне просто было нужно научиться воспринимать жизнь проще? И быть благодарной Богу за то, что у меня уже есть.

Любой психолог скажет, что все это в том числе про любовь к себе. И в этом состоит самый трудный этап моего личностного роста сейчас: научиться любить себя, ценить себя, уважать себя. Это, пожалуй, урок, на освоение которого у меня ушла добрая половина жизни. Урок, который я все еще прохожу сейчас. Но на этот раз надеюсь наконец пройти.

Любовь к себе часто путают с эгоизмом, поэтому в христианстве относятся к ней двояко. Однако Бог дает нам самость, дает таланты, дает тело. Мы отрицаем все это. Мы не любим и уничижаем все это. Мы не благодарны Ему за это.

Я не могу сказать, что ненависть к своему телу мне свойственна. Скорее я долго игнорировала его. Игнорировала его потребности, работая на трех работах одновременно и не давая ему отдыха. Игнорировала его, когда оно болело и просило ухода. Мне было некогда посещать салоны красоты.

Контакт с ним я потеряла еще в детстве – так аукнулись мне первые годы, во время которых тело было обездвижено и было приковано к коляске или кровати в связи с постоянным ношением гипса. Я привычно жила с этим практически всю свою сознательную жизнь. Я не очень любила его, когда оно вдруг ощутимо пополнело после двух родов. Я не любила его, когда имела по-мальчишески худую фигуру в юности. Оно не было модельным.

Что транслирует в мир человек, который не любит сам себя? Он транслирует нелюбовь к себе. Он, образно говоря, кричит в мир: «Не любите меня, я этого не достоин».

Точно так же я позволяла себе отношения с людьми, которые постоянно мною были недовольны, и вся суть этих отношений состояла в том, что я должна была выслушивать, какая я плохая.

Уходите от токсичных людей, прошу вас. Уходите. Учитесь себя ценить, уважать, заботиться о себе. Потому что, кроме вас, это некому делать. И для меня забота Бога обо мне и его ответ на мои молитвы проявились именно в том, что я это, наконец, увидела, осознала и смогла это сделать.

Когда вы можете дать любовь самому себе – вы транслируете это в мир. Вы довольны жизнью, собой, вам хорошо. Вы можете делиться этой любовью, потому что ее у вас много. Это ли не радостно? Только делитесь с теми, кому это действительно нужно.

Долгое время я отрабатывала достаточно грустный сценарий – я тянулась к людям, которые не испытывали ко мне настолько горячего интереса, насколько испытывала его я. Я старалась завоевать их, расположить к себе. Мне казалось, что они просто боятся или стесняются, но я могу помочь это исправить. На самом деле я строила призрачные замки на песке. Замки, в которых я была основным игроком. Замки, которые на самом деле не имели под собой никакой почвы. Отсутствие взаимности каждый раз вызывало разочарование и боль.

Я не думала тогда о равновесности, о том, что в отношениях каждый должен отдавать себя поровну. О том, что вторая сторона тоже должна прикладывать усилия, чтобы их строить. Я гонялась за ускользающими тенями и сама от этого страдала.

Так в моей жизни проигрался мой детский сценарий, в котором я не получила мужского плеча, поддержки и любви от самого главного мужчины в жизни каждой девочки – своего отца. Эта ускользающая фигура, которую нужно догнать, чтобы наконец услышать, что я важна, что я нужна, любима – это был мой фантомный типаж. Каждый раз я искала именно такой образец любви и отношений. И каждый раз терпела фиаско, потому что выбирала людей, которые изначально не могли мне дать этой любви, как не мог мне ее дать мой отец.

Перестраивать сценарий оказалось труднее всего. Я понимаю, что больше не хочу никого догонять, зажигать и вдохновлять. Я готова откликаться и вкладываться только в равновесные отношения, в которых есть забота, внимание и тепло – с обеих сторон.