«Слышала, что в 2024 году словом года по версии Оксфордского словаря стало „разложение мозга“,[8] которым описывают состояние отупения человека из-за чрезмерного использования интернета и потребления бессмысленного контента. Я тоже замечаю, что после часа у смартфона мозг как будто плавится. Усталость, раздражительность наваливаются…
Мой малыш еще кроха – всего четыре месяца, но я все еще не знаю, какую позицию занять по отношению к гаджетам и детям. С одной стороны, уже все кричат о том, что технологии сейчас вредные, с другой – мир без цифровых устройств все равно уже невозможен, если только не разразится апокалипсис. Может, наоборот, лучше, чтобы он сразу адаптированным к цифровому миру рос…»
Кристина, 29 лет
– Нужно ли ограничивать количество времени, которое ребенок проводит за экранами?
Возможно, вы решите, что мне наплевать на вашу усталость и огромное желание побыть хоть час в тишине. Вероятно, возненавидите и обесцените всю книгу за последнюю главу, которую я все-таки хочу добавить. Но я в первую очередь ученый. И я обязана предоставить данные о том, что является одним из главных факторов стресса как для вас, так и для ребенка.
Для некоторых взрослых детское развитие приравнивается к умению скроллить ленту и разбираться в телефоне. Будто появление виртуальных навыков в развивающих играх онлайн поможет ему жить. Я предполагаю, что так произошло потому, что у нашего поколения сохранились счастливые воспоминания, каким прекрасным было наше ожидание мультфильмов по телевизору: «Веселая карусель», «Спокойной ночи, малыши»… на 15 минут мы буквально прилипали к экрану и были невероятно счастливы.
Но почему же это тянет за собой такие теплые ассоциации? Потому что мы получали гормон удовольствия дофамин, который был нашей долгожданной наградой и закреплял привычку «сделал дело – гуляй (смотри мультфильм) смело» [254].
Сейчас, будучи взрослыми, когда наши центры вознаграждения в мозге – полосатое ядро, островковая доля – отдают приказ центру «решений» (префронтальная кора), что пора бы получить удовольствие и при этом не сильно напрягаться, то мозг по привычке предлагает самый простой из вариантов… мультфильмы [255].
Соответственно, наши ассоциации со счастливым детством у телевизора – это ни что иное как память о всплесках дофамина, когда ничего делать не нужно, а удовольствие все равно получишь.
В реальной жизни (это та, которая совсем без экранов) система вознаграждения работает не так: еще должна включаться система мотивации [483], которая отдает приказ что-то сделать ради достижения желаемого. Например, разжечь костер, чтобы пожарить мясо, ведь оно такое вкусненькое. Когда система мотивации сподвигла человека пошевелиться и он уже предчувствует, какое несравненное удовольствие вот-вот получит, – тогда и выделяется дофамин.
Максимальное удовольствие и выброс дофамина происходит в момент, когда действие почти завершено [484], чтобы помочь нам его завершить. То есть не в момент поедания мяса, а когда удалось развести костер, уже пошел дымок, угольки краснеют и от еды пошел аппетитный аромат.
У детей система вознаграждения работает почти так же: у ребенка что-то сначала не получается, он пытается снова и снова, и в момент, когда у него почти получилось, выделяется дофамин, и малыш получает долгожданное удовольствие. Это помогает ему пытаться вновь и вновь, чтобы в итоге отработать навык [486].
А если мы подключаем в эту рутину экраны, которые дают малышу дешевый, даже бесплатный дофамин, то зачем ребенку к чему-то стремиться? Зачем что-то делать? Нет смысла стараться совершенствовать навык, когда можно получить дофамин гораздо проще, просто ткнув на кнопку включения телевизора. Это и приводит к обвалу мотивации, концентрации внимания – а еще формированию зависимости [485].
– На что еще влияют цифровые экраны?
Глаза. Частое использование экранов приводит к развитию близорукости [256], но механизм пока слабо изучен, хотя влияние расстояния до телефона уже очевидно. Когда экран у ребенка прямо перед самым носом, приходится тратить больше энергии на фокусирование (аккомодацию), так что глаза утомляются [257, 258]. А это и приводит к повышению вероятности развития близорукости.
Тело. Образ жизни перед экраном влияет на физическую активность и ожирение [210] в том числе, ведь ребенок забывает об активности. Когда мы занимаемся спортом – даже если просто бегаем, прыгаем и ходим, – у нас растет количество полезного и важного нейромедиатора BDNF, который влияет на формирование нервных связей. Хочу заметить, что крайности не нужны: если из всех возможных вариантов активности давать ребенку только двигаться и не предлагать ему задачки для интеллектуального развития, BDNF вырабатываться хоть и будет, но куда ему тратиться? На что? На какие нервные связи? Нам просто нужно загружать префронтальную, зрительную и слуховую кору!
Вернемся к гаджетам: в 2024 году впервые зафиксировали, как у подростков снижается уровень BDNF в сыворотке крови, что связывают с повышенным ИМТ – ожирением – и малоподвижным образом жизни, проведенной за экранами [259].
Но это не самые интересные результаты эксперимента. В ходе исследования также решили проверить, что влияет на выбор пищевых продуктов школьниками: восьмилеток после уроков попросили либо смотреть мультфильмы и общаться в соцсетях, либо играть в футбол, бегать, играть в прятки. После этого ученые исследовали детей в сканере МРТ, где им показывали изображения еды полезной и вредной.
Дети, что меньше двигались, с большей вероятностью выбирали конфеты и булочки; их центры вознаграждения активировались сильнее [260]. А вот когда малыши занимались перед исследованием спортом, их мозг предпочитал любую еду почти с одинаковой вероятностью [261, 262].
Сон. Когда ребенок получает много дофамина (например, от экранов), а серотонина при этом мало (потому что не было движения), растет уровень кортизола. Поэтому нормально формироваться у мелатонина не получается [255]. Гормон сна вырабатывается шишковидной железой, когда нам полностью темно, а если в комнате горит хотя бы один источник света, даже маленький экран, для мозга это значит, что вокруг все еще дневной свет и мелатонин не нужен – привет нарушениям сна [263].
Поведение. Время, которое малыш проводит у экранов, тоже важно. Если ребенок видит картинки на экране по полтора часа в день в течение первых трех лет жизни, его родители с гораздо большей вероятностью столкнутся с симптоматикой СДВГ – синдрома дефицита внимания – у своего крохи, а это уже выльется в нетерпеливость, суетливость, плохой контроль внимания и эмоций, низкие исполнительные функции… В общем, хорошего мало.
Важно: гаджеты не вызывают СДВГ! Чаще всего он связан с генетическими особенностями ребенка [487], но гаджеты однозначно коррелируют с появлением у здоровых генетически детей симптомов СДВГ в 3 года [264], хотя официально такой диагноз ребенку, разумеется, никто не поставит.
Огромная научная работа, в которой участвовали 11 тысяч детей 9–10 лет, поставила точку в споре: какие именно формы взаимодействия с гаджетами приводят малышей к агрессивному и девиантному поведению [265]. Оказалось, что любое использование гаджетов приводит к плачевным последствиям для развития эмоционального и социального интеллекта. Это и написание сообщений, и социальные сети, и просмотр мультфильмов, и звонки по видео.
Если цифровая активность суммарно занимает больше двух часов в день, то ребенок начинает вести себя более агрессивно, может нарушать правила, проявлять физическое насилие, лгать и манипулировать. При этом если в этом возрасте время у экранов составляет уже четыре часа в день, то дети, к сожалению, имеют высокий шанс столкнуться с суицидальными мыслями и поведением в ближайшие два года [266].
Увы, ученые также пришли к выводу, что предрасположенность к просмотру программ и последующее развитие психиатрических заболеваний, таких как тревожность [267], депрессия, обсессивно-компульсивное расстройство [268], расстройство пищевого поведения [269], ожирение [270] и агрессивное поведение [271], может иметь наследственную природу. Другими словами, ребенок может иметь генетические риски больше «залипать» в экраны и получать удовольствие, не прилагая усилий. Затем гаджеты уже приводят ребенка к психиатру.
А еще есть и обратная взаимосвязь: наличие у родителей психологических проблем повышает вероятность использования ими и их детьми гаджетов [272]. И еще интересный факт: если у ребенка или взрослого была черепно-мозговая травма, он лучше восстановится после нее, если в больнице не будет цифровых экранов [273].
Когнитивные функции и концентрация внимания. Не обольщайтесь, если даете ребенку «развивающие игры» на телефоне или малыш занимается с педагогами и логопедами по видеосвязи.
Использование смартфона в любых целях повышает у ребенка непроизвольное (экзогенное) внимание, то есть ту форму концентрации, когда вокруг малыша что-то двигается, а желательно еще и вопит, и сверкает. При этом снижается произвольное (эндогенное) внимание, концентрироваться на собственной задаче и держать фокус уже сложнее [274]. А если и еще дольше использовать экраны, то в будущем возникнут сложности с обретением навыка чтения [275].
Если же заглянуть прямо в нашу голову, то мы увидим, как от 1 до 4 часов экранного времени в день вызывают перегрузку мозга, а также снижают исполнительные функции [276]. То есть устает ребенок сильнее, а концентрация внимания слабеет с каждым днем. Малыш не только физически и психически перевозбуждается, ему сложнее буквально замечать и концентрироваться на эмоциях [277], не говоря уже о том, чтобы правильно реагировать на них.
– Может, имеет значение выбор мульфильмов? Наши добрые советские точно же можно? Мы же как-то выросли без кошмаров.
Ученые тоже задавались подобным вопросом и даже проверили серию разных мультфильмов на предмет снижения исполнительных функций у детей. В итоге мерцание и частая смена кадра, цветовая насыщенность и резкость движений персонажей связаны со снижением концентрации внимания и исполнительных функций у детей. Плохим мультфильмом оказался «Губка Боб», хорошим – Caillou’s April Fools [278], в котором смена кадров редкая, а движения персонажей медленные.
– Все, у меня паника. Что делать? Запретить мультики сиюминутно?
– А как это делать, если ребенок маленький?
– А если у ребенка уже есть зависимость?
– А если есть нарушения пищевого поведения?
– А если уже есть трудности в концентрации внимания и социализации?
Сиюминутно отменять все экраны на свете мы не будем. Запрещая что-то резко, мы приведем только к обострению проблем:
• истерики;
• отказ от еды;
• девиантное и саморазрушительное поведение.
Тут хорошим примером, как ни странно, станет принцип назначения антидепрессантов. Людям с клинической депрессией или тревожно-депрессивным расстройством не назначают сразу полную дозу препарата, чтобы сразу и радикально стало хорошо. Подобранные психиатром лекарства сначала назначаются в микродозе, и постепенно доза повышается каждые несколько дней – до достижения стойкого эффекта. В нашем же случае надо помочь ребенку повысить уровень серотонина и немного – совсем чуть-чуть! – снизить количество дофамина и кортизола.
Поэтому мы по 5–15 минут сокращаем ребенку длительность пребывания с гаджетами, при этом неизменно предлагая интересную альтернативу, в идеале предполагающую активность на улице в светлое время дня [482]. А что это будет – катание с горок на ледянке, игра в бадминтон с друзьями или езда на велосипеде – уже не так важно.
А еще любое ваше внимание будет для ребенка ценнее гаджетов. Даже когда вы ругаетесь. Даже когда вы скучные. Даже когда с вами весело или вы говорите приятные слова. Поэтому давайте вместе набросаем совместных активностей, которыми вы можете увлечь ребенка, отвлекая его от гаджетов:
• Эксперименты, развивающие игры
• Сборка лего
• Совместное рисование и чтение
• Прогулки
• Массаж друг другу
• Ролевая игра
• Рисование на спине
• «Нейромама»
Ваши способы:
__________________________________________
__________________________________________
__________________________________________
__________________________________________
__________________________________________
А если у ребенка с отменой гаджетов повышается процент слез за день, то вам прямая дорога в главу об истериках.
– А чем кроме гаджетов занять ребенка, когда я не могу с ним заниматься? У меня работа и другие дела…
Здесь отлично подходит самостоятельная ролевая игра. Но! Ребенок не выберет ее сам по себе, спонтанно. Ребенка надо обучать самостоятельной ролевой игре [488]! Но в перспективе это замечательная мамоосвобождающая вещь, правда, она может потребовать от вас довольно много сил на обучение.
– И как научить ребенка самостоятельной ролевой игре?
Сначала отбираем символические игры, в которые ребенок может играть самостоятельно: например, игровое чаепитие, лечение плюшевого медведя или техобслуживание машинки [279]. С ними ребенка проще обучить самостоятельной ролевой игре. Не переживайте, если игрушки из дешевого пластика, они все равно сломаются и вы их выбросите. Но если есть возможность, будет прекрасно давать ребенку что-то деревянное, чтобы не увеличивать микропластик – это следующая человеческая эпидемия после гаджетов [489].
Детям постарше можно предложить конструктор из кубиков, лего, канцелярию, пластилин. Да, сначала вы тратите время на то, чтобы показать ребенку, как в это во все играть, придумываете глупые истории, которые для вас могут быть очень скучны. У ребенка так появляется в голове набор игровых идей и сюжетов, которые он может реализовать сам или вместе с вами. Вот здесь-то малыш уйдет в креативный мир, оставив вас наедине с рабочими задачами. О том, как вы играли с ребенком, вы еще долго будете вспоминать с чувством щемящей нежности.