Через неделю после того, как в прессу была отправлена сплетня, я совершаю нечто действительно тупое.
Настолько тупое, что это не только ставит под угрозу все расследование и мою карьеру, но и подвергает опасности Оливию Андерсон.
И, сколько бы я ни повторял себе, что она всего лишь избалованная мажорка, что от нее одни проблемы, я больше не могу в это верить, как раньше.
В последнее время, когда я беспокоюсь, что ей могут навредить, я беспокоюсь не потому, что это поставит под угрозу моего лучшего свидетеля по делу.
А потому, что это поставит под угрозу Оливию.
Но я совершаю что-то действительно глупое, когда включаю монитор в офисе и читаю переписку между Оливией и пчеловодом в личных сообщениях в социальной сети.
КАК Я МОГУ ЗАПЛАТИТЬ? – спрашивает она.
Я ПРИНИМАЮ ОНЛАЙН ОПЛАТУ ЧЕРЕЗ РАЗЛИЧНЫЕ ПЛАТФОРМЫ, КАК ВАМ УДОБНЕЕ. ОПЛАТА ДОЛЖНА БЫТЬ В ПОЛНОМ РАЗМЕРЕ. МЫ НЕ ВОЗВРАЩАЕМ ДЕНЬГИ, ЕСЛИ С УЛЬЕМ ЧТО-ТО СЛУЧИТСЯ.
Улей?
Что за… Но потом я смотрю, кому она пишет.
ПЧЕЛОВОД «КОРОЛЕВА БИ» – ВАШ МАГАЗИН ВСЕХ ТОВАРОВ ДЛЯ ПЧЕЛОВОДСТВА В ДОМАШНИХ УСЛОВИЯХ.
Мои мысли возвращаются к файлу Рида, в котором есть все: от цвета его волос до записей о том, как он сломал руку в восемь лет, и его аллергенов.
Арахис
Пчелы
Не может быть.
Да что такое с этой женщиной и ее желанием убить своего бывшего?!
Перейдя на ее вкладку психотических поисков в интернете, я замечаю новую информацию и начинаю отсматривать историю поисков:
ПЧЕЛОВОДЫ НЬЮ-ДЖЕРСИ
ГДЕ ВЗЯТЬ ПЧЕЛ В НЬЮ-ДЖЕРСИ
ГДЕ ДОСТАТЬ УЛЕЙ
МОЖНО ЛИ ПОСТАВИТЬ ПЧЕЛИНЫЙ УЛЕЙ ДОМА
ДЕЗИНСЕКТОРЫ УБИВАЮТ ПЧЕЛ?
СКОЛЬКО РАЗ ДОЛЖНА УЖАЛИТЬ ПЧЕЛА, ЧТОБЫ ТЫ ЗАБОЛЕЛ?
Боже мой, эта женщина не в себе.
«Да, но унимает ли это твой стояк на нее?» – вопрошает голос дьявола на моем плече.
Я отказываюсь даже комментировать столь возмутительное утверждение, и не потому, что разговор с самим собой делает меня потенциально сумасшедшим.
И уж точно не потому, что я отказываюсь признаться себе, что у меня действительно есть нежелательное возбуждение на Оливию Андерсон. Ни за что, не на эту мелкую угрозу.
Тот, кто по итогу окажется ее спутником, пусть лучше носит бандаж и спит с открытыми глазами.
«Ты в полной заднице», – шепчет все тот же чертов дьявол.
Ангела, который должен бы уравновешивать его, нигде не сыскать.
Возвращаясь к переписке с пчеловодом, я вздыхаю, увидев следующий вопрос Оливии:
МОГУ Я ЗАПЛАТИТЬ НАЛИЧНЫМИ?
По крайней мере, полагаю, она достаточно умна, чтобы на всякий случай попытаться затруднить ее отслеживание, заплатив наличными. Ведь оплатить картой – это все равно что повесить неоновую вывеску над головой с надписью: «Это сделала я!» – если с Ридом что-нибудь случится. Наличные запутают следы, пусть даже если немного. Хотя, если Рида убьют таинственные пчелы, кто-нибудь да пробьет человека, который доставил улей. Потребуется не так уж много времени, чтобы отыскать эту переписку в социальных сетях.
Боже, если бы она была моей, я бы отшлепал ее за такую глупость, перекинув через мое колено…
Твою мать, Валенти, возьми себя в руки.
БЕЗ ПРОБЛЕМ. КОГДА ВАМ БУДЕТ УДОБНО? – отвечает магазин.
Надеюсь, не скоро, потому что мне нужно время, чтобы…
КАК НАСЧЕТ ПРЯМО СЕЙЧАС? Я СВОБОДНА ВЕСЬ ДЕНЬ.
Господь…
Я ударяю кулаком по столу, а затем запускаю руку в волосы, поднимаю взгляд в потолок, закрываю глаза и сижу гадаю, какой черт послал мне эту психованную женщину и какой больной урод сверху решил, что вся моя карьера будет зависеть от того, чтобы она не попала в тюрьму.
Когда я открываю глаза, они уже договариваются о месте встречи (небольшая пчелиная ферма в соседнем пригороде) и обмениваются номерами телефонов.
Я сижу целых пять минут, пытаясь решить, как лучше всего поступить – как помешать Оливии заплатить человеку, чтобы тот доставил улей в дом ее бывшего. Улей пчел, которые могут вызвать у последнего анафилактический шок всего от одного укуса и, если ей повезет, или, на мой взгляд, не повезет, – убить того за считаные минуты.
Все варианты, которые я прокручиваю в голове, не подходят ни в контексте ее собственной безопасности, ни в контексте сохранения тайны расследования.
Есть только один выход, который приходит мне в голову, и он мне не нравится.
Но все же я открываю вкладку поиска и ищу номер, по которому нужно позвонить, чтобы спасти это расследование.