«Казаки – на молитву, папахи долой!» – призыв замполита выполнили все. Молитва и замполит – категории, на первый взгляд, взаимоисключающие. Но только для тех, кто не знает истории происхождения этой должности – заместителя командира воинской части по политическому надзору за военнослужащими и командным составом армии. В современном понимании замполиты – военные комиссары и политические руководители (политруки) – были внедрены в воинские части действующей армии в США. В годы так называемой гражданской войны между вооруженными силами южных и северных штатов 1861–1864 годов правительство президента Авраама Линкольна утвердило в штатном расписании полков и батальонов армии северян военнослужащих, приравненных к офицерскому составу, для надзора за политическими настроениями рядовых в подразделениях и комсостава в офицерских собраниях. История не сохранила фактов, подтверждающих то, что комиссары и политруки армии северян поднимали своих поднадзорных в контратаку, но свои функции они выполнили. И присутствие рядом военных священников – капелланов – им ничуть не мешало победить армию рабовладельцев.

В России институт военных комиссаров в армии и на предприятиях военно-промышленного комплекса родился в 1917 году. «Отцами» его были не наркомы большевистского правительства Ленина, а министры Временного правительства Керенского. К ноябрю 1917 года военные комиссары Временного правительства были назначены и действовали (у кого как получалось) во всех дивизиях на фронте, в тыловых частях, на предприятиях транспорта и на оборонных заводах. В их задачи входило контролирование исполнения постановления Временного правительства, приказов Ставки и разъяснение «текущего момента» солдатам, матросам и работникам транспорта и ВПК. И опять же, военкомы Временного правительства прекрасно соседствовали с войсковыми и флотскими священниками.

Это уже в атеистическом государстве СССР и в его вооруженных силах военные политработники превратились в некий гибрид среднего комсостава, политических проповедников и надзирателей за моральным обликом личного состава. Только что без рясы и креста наперсного.

С распадом Советского Союза и роспуском его вооруженных сил военных политработников в армии РФ заменили институтом заместителей строевых командиров по воспитательной работе личного состава… Уже в самом названии должности звучало что-то «детсадовское» – это за дошколятами нужен надзор воспитателей. Еще со времен позднего СССР про армейских замполитов рассказывали друг другу злые анекдоты, как бы доказывающие бессмысленность их существования в армейских рядах. В РФ отсутствие государственной идеологии было закреплено в конституции страны, естественно, военные политработники теряли смысл своей деятельности – не агитировать же солдат за лозунг «Обогащайтесь!» И практически взрослых людей, даже юных солдат-срочников, было уже поздно воспитывать.

Но началась СВО, и выяснилось, что существует лютый дефицит политических работников в действующей армии, как кадрово-контрактной, так и в добровольческих подразделениях, хотя бы потому, что у врага в частях ВСУ и тем более в неонацистских батальонах агитаторы присутствовали если не в каждой роте, то на уровне батальонного звена и выше.

Факт явный и отрадный! За все время войны, даже если считать с весны 2014 года, случаи сознательного перехода на сторону ВСУ среди воинов ДНР, ЛНР, контрактников Российской армии, добровольцев или бойцов ЧВК были исключительными. Агитация и пропаганда, вещаемая из уст политработников армии Порошенко – Зеленского, на наших защитников практически не работала. Хотя велась и ведется сильно и, надо признать, творчески и профессионально. Но безрезультативно. Так же, как, например, в 1943 году уже были малоэффективны листовки за подписью экс-генерала Власова, разбрасываемые с немецких самолетов, латавших над позициями РККА.

Но для своих бойцов сегодня тоже необходимо сформулировать политические цели СВО, тем более что, изначально объявленные в феврале 2022 года, они сильно устарели к осени 2023-го. Проще говоря, как должна будет сформулирована конечная цель победы России в этой войне?

А пока в Кремле думают над ответом на этот вопрос, сейчас ответом может быть только личный пример, знания и личное боевое мужество тех политработников, кто и сейчас служит и воюет «за ленточкой». Причем в полном взаимодействии со священниками православной церкви, благословляющими бойцов на позициях.