– Ты представляешь, Аккустик, выдали всего четыре магазина к автомату! – моему возмущению не было предела. – Это всего минут на десять боя!

Офицер с позывным Аккустик, в прошлом выпускник военно-морского училища в Севастополе, лениво потянулся на койке.

– Ты, Нестор, отстал от времени. В этой войне автоматы-пулеметы – это как во Вторую мировую пулеметные тачанки. Ты бы еще на мушкеты и пищали перешел. Сейчас хозяева поля боя мы – операторы беспилотников. Мы и разведчики, и штурмовики-бомбардировщики. Ты свою «ксюху» (АКС) даже поднять не успеешь… И до беспилотника пулей не достанешь. Так что нет смысла возмущаться.

Аккустик – казак кубанского войска и офицер Черноморского флота – в целом был прав. Но кто бы мог подумать, что летающие игрушки – модели радиоуправляемых самолетиков, которыми развлекали гуляющих в парках культуры и отдыха во времена Советского Союза, – станут грозным оружием на СВО? Кто-то когда-то додумался к радиоуправляемому самолетику прикрепить видеокамеру с передачей сигнала на экран – получился беспилотник-разведчик, передающий информацию в режиме онлайн. Затем управляемый в воздухе летательный аппарат изготовили более мощным, способным нести в воздухе авиабомбу. Получился беспилотный бомбардировщик, а если аппарат не жалко, можно направить его на врага, точно так же, как советские летчики направляли свои пылающие машины на гитлеровцев. Но легендарные герои воздушных таранов наземных целей – Юкин, Маслов, Гастелло – жертвовали своими жизнями. А операторы БПЛА, нажимающие кнопки за десятки километров от поражаемых целей, не рискуют ничем.

69-летний доброволец с учебным позывным Лектор в строй становился, но носил какую-то полувоенную форму, скорее охотничий костюм, и сомневаюсь в том, чтобы он получал боевое оружие. Во всяком случае, его никто не видел в расположении батальона не то что с автоматом, даже с пистолетом.

Зато Лектор показал на экране монитора своего БПЛА-смертника «работу» своей смертельной «гарпии». На экране было видно, как бойцы ВСУ пытаются уберечься от управляемого им беспилотника-смертника. Они выбегают из траншеи, скрываются в полуразрушенном здании. Судя по распахнутым воротам – это то ли бывший коровник, то ли конюшня. Но беспилотник легко пикирует почти к земле, на высоту человеческого роста. И как мультяшный, но злющий Карлсон догоняет жертв. Последнее, что можно было увидеть на экране крупным планом, – перекошенные от предсмертного ужаса лица солдат врага. Потом экран погас. Взрыв уничтожил не только их, но и передающую изображение видеокамеру.

В казарме возникла гнетущая тишина. Каждый боец на секунду представил себя на месте уничтоженных врагов. Когда нет надежды на привычные способы защиты и вооружения, а чувствуешь себя беспомощным и обреченным, как жертва инопланетного жестокого разума. Уже позже на позициях Кинбурнской косы самому довелось видеть и слышать в воздухе БПЛА ВСУ. Действительно, что-то инопланетное, неземное и ужасающее охватывало, когда в мареве вечернего неба покачивалась полупрозрачная «этажерка» с красными и синими огнями, подмигивающими цветовыми сигналами. Почти НЛО, только опознанное и лютое.

– Вот. – Лектор снисходительно похлопал меня по плечу с автоматом. – А вы все со своими арбалетами бегаете. Ударный БПЛА, грамотно управляемый оператором, может догнать и влететь в открытое окно автомобиля, может подняться по лестнице жилого небоскреба к нужной квартире. Может сбить на взлете-посадке любой авиалайнер или стратегический бомбардировщик с ядерным оружием на борту. Морские беспилотники, управляемые с берега, могут заменить многие привычные системы охраны водного района, береговой обороны. Могут служить воздушно-морскими минными заградителями, выставляя минные заграждения. Могут быть торпедоносцами-камикадзе, нанося удары по надводным кораблям чужого флота. Могут быть подводными и одновременно взлетающими лодками без экипажей, таранящими подводную часть корабля противника. Про борьбу с танками, пехотой и артиллерией противника и говорить не приходится. Еще в две тысячи четырнадцатом году БПЛА-разведчики были почти диковинкой, сейчас это почти отдельный род войск.

– Но можно же и сбивать БПЛА! – горячится боец Бек. – Хотя бы из ручного пулемета!

– Можно, – снисходительно сказал Лектор. – Сбивают. Но если БПЛА начнут делать на конвейере, как патроны, то устанешь сбивать. Расстреляешь один, прилетят еще десять. Тут лучшее оружие – радиоэлектронная защита типа «Панцирь», когда она парализует хоть рой БПЛА. Но если стратегические объекты она прикрывает, то большую часть прифронтовых городов… сомневаюсь. А для фронтовых частей лучше всего антидроновое ружье. Но и их надо начать производить массово, как пулеметы, чтобы хоть одно на отделение, артиллерийский расчет, экипаж танка было. Включать его в стандартный набор вооружений.

Антидроновое ружье дал подержать в Новочеркасске доброволец с позывным Боцман. Моряк с медалью «За отвагу» быстро понял, что за БПЛА – будущее войны, что «Ура! И в атаку!» – это уже только в кино бывает. И превратился из моряка в аса беспилотной авиации.

А ружье? Внешне похоже на оружие из фантастических блокбастеров про космические войны. В руках автору подержать посчастливилось, научиться пользоваться – увы…

Вот такая получается история… Началось все с радиоуправляемой игрушки. А заканчивается, судя по опыту использования беспилотников на фронте СВО, коренным преобразованием доктрины использования сил флота, боевой авиации и сухопутных войск.